Глава 4. Национальный вопрос в III Государственной

Национальный вопрос в III Государственной Думе Российской Империи действительно стоял остро, но решался он крайне неоднозначно. По сути, единого подхода к этому вопросу полностью не было - позиции всех фракций кардинальным образом различались, а общий фон задавала политика царского правительства.

Ключевым фактором стал новый избирательный закон, который был обнародован самодержавным правительством утром третьего июня 1907 года. Он резко сократил представительство национальных окраин: народы Средней Азии и ряда других регионов Российской Империи вообще были лишены права голоса. В итоге, в самом парламенте осталось совсем немного депутатов от национальных групп - около 26 человек. Следовательно, это сразу сузило все возможности для диалога.

Русские националисты, в частности, "Русская национальная фракция", главным лидером которой был Пётр Балашов, выступали за проведение крайне жесткой линии, которая заключалась в дальнейшем ограничении прав национальных меньшинств.

Октябристы подходили к этому самому вопросу совершенно иначе. Они не делали национальный вопрос в качестве центрального на протяжении всего периода деятельности третьей Думы, рассматривая его скорее как целый набор частных проблем отдельных регионов или групп. Но, при этом в отдельных случаях октябристы могли находить определенные точки соприкосновения с националистами - например, в вопросах укрепления государственности. Но, со временем между нарастали противоречия. В частности, националисты хотели конкретных жестких мер по решению этого вопроса, в то время как октябристы порой выступали за более умеренный и взвешенный подход.

Левые фракции, прежде всего социал-демократы и трудовики, видели в национальном вопросе часть общей проблемы правового неравенства. Они требовали гражданского равенства для всех народов империи, отмены сословных, национальных и вероисповедных ограничений.

Депутаты от национальных окраин - польское "Коло", белорусско-литовская группа, мусульманская фракция - использовали думскую трибуну для того, чтобы поднимать конкретные проблемы, в частности, автономию, развитие местного самоуправления, образование на родном языке, положение тех или иных конфессий. Например, в комиссии по народному образованию обсуждали, сколько лет должно длиться обучение на родном языке в "инородческих школах". Эти споры были очень напряженными.

В качестве первого примера в рамках национального вопроса в третьей Думе можно назвать польский вопрос. После сокращения представительства польские депутаты сначала пытались отстаивать требование автономии, но, позднее, некоторая часть из них во главе с Владиславом Грабским, отказалась от этого курса, решив, что так шансов на реальные уступки значительно больше. Обсуждались и более частные проблемы. Например, введение городского самоуправления в Польше с допущением польского языка.

Второе - это аграрная политика царского правительства. Переселенческая политика П.А. Столыпина, которая была направлен на освоение национальных окраин, напрямую затрагивал интересы коренных народов Сибири и Средней Азии. В Госдуме работали над национальными аспектами этой самой проблемы. В частности, обсуждали: каким именно образом изменения в землепользовании скажутся на местных общинах.

Наконец, местное управление и суд. Демократическим депутатам удалось провести поправку, которая предусматривала знание судьями семи языков. Это было важно для доступности правосудия для нерусского населения.

Возникает вполне закономерный вопрос: почему все-таки не удалось найти полноценного решения национального вопроса в III Государственной Думе?

В частности, первой главной причиной вполне можно назвать полное отсутствие комплексного подхода. В Госдуме не создали специальной комиссии, которая бы системно занималась межнациональными отношениями. Вопросы решались чисто фрагментарно.

Имелись противоречия между думскими фракциями. Националисты и левые находились по разные стороны баррикад, а октябристы часто колебались, из-за чего блоки по национальным вопросам были крайне неустойчивыми.

Наконец, еще одной очередной причиной стала политика правительства. Проводимый властям курс на централизацию и русификацию задавался сверху, и это, в большинстве своем, определяло так или иначе тон общественных дискуссий.

В конечном итоге, национальный вопрос в III Государственной думе Российской Империи так и не был разрешен. Наоборот, полное игнорирование большинства требований и целый ряд ограничительных мер лишь усилило рост недовольства в национальных окраинах империи, и заложили определенную основу для дальнейшего обострения национальных противоречий.