Алёна Малова. Глава 25. Первая ниточка

Май 1992 года выдался тёплым, но Алёна Малова этого почти не замечала. Сжимая в пальцах блокнот с торопливыми заметками, она шла по тротуару, ощущая глухое эхо тревоги с каждым шагом. Дима шагал рядом — молчаливый, будто взвешивающий каждое слово.

Возле подъезда дежурили подростки лет четырнадцати пятнадцати, зорко оглядывая всех, кто приближался к дому. Алёна невольно замедлила шаг.

— Это дежурные, — тихо пояснил Дима. — Подозрительных не впускают. Тут свои порядки.

У старого подъезда облупившаяся краска на дверях словно хранила историю дома.

— Тут живёт Руслан, один из авторитетов «40 штата», — так же тихо добавил Дима.

Алёна крепче сжала блокнот и достала ручку.

— Ты пойдёшь со мной? Или можешь подождать здесь.

Дима усмехнулся без веселья:

— Нет, я с тобой. Старые связи иногда работают, даже если ты давно не в игре.
Пацаны у подъезда расступились, узнав Диму. Скрипнула дверь, впуская их в полумрак лестничной клетки, пахнущей сыростью и пылью. На площадке второго этажа Дима негромко, но уверенно постучал. За дверью послышались тяжёлые шаги, тишина — будто кто то прильнул к глазку. Щёлкнул замок, и на пороге появился мужчина лет двадцати пяти со шрамом на лице и насторожённым взглядом.

— Дима? — в голосе Руслана звучало не удивление, а недоверие. — Ты что тут делаешь? И с кем?

Дима шагнул вперёд:

— Привет, Руслан. Знаю, что не ждал. Но дело серьёзное. Это Алёна, журналистка. Пишет про убийство Консула.

Руслан перевёл взгляд на Алёну, в нём мелькнули уважение и тревога.

— Журналистка… Ну, заходите. Только тихо. Соседи любопытные.

В тесной квартире с низким потолком на столе стоял остывший чай, рядом лежала потрёпанная колода карт. Руслан сел, скрестив руки, и посмотрел на гостей, словно оценивая, можно ли им доверять.

— Консул… — его голос стал тише. — Костя был не таким, как все. Старался, чтобы дела шли без лишней резни. А теперь его нет — и всё полетит к чертям.

Алёна достала блокнот:

— Кто мог это сделать? Кто был заинтересован в его смерти?

Руслан хмыкнул с горечью:

— Да тут полгорода заинтересовано. «30 штат» давно хотел подмять наши точки, нашу контору. Консул стоял у них был поперёк горла.

— А кто конкретно? — наклонился вперёд Дима. — Кто нажимал на курок?

Руслан пожал плечами, но глаза потемнели:

— Этого не знаю. Но слышал разговоры: приказ мог прийти от авторитетов «30 штата».

— От кого именно? — прошептала Алёна.

Руслан помолчал, потом вздохнул и посмотрел на Диму:

— Помнишь Талгата, Сипка? Если кто и мог стоять за этим — так это он.

Имя ударило по сознанию Алёны, словно холодный ветер. Дима побледнел.

— Талгат… Но зачем ему убивать Консула? Они вроде не враждовали.

Руслан горько усмехнулся:

— Дружба в нашем мире хрупкая. Сегодня за одним столом, завтра он мешает тебе дышать. Талгат всегда думал наперёд. Если Консул стал помехой — не колебался бы ни секунды.

Алёна закрыла блокнот, чувствуя, как складывается пугающая мозаика.

— Спасибо, вы нам очень помогли.

Руслан кивнул, в его взгляде читалось предостережение:

— Не думайте, что это конец. Полезете дальше — они почувствуют. И тогда будут только пули и тишина.

На улице воздух казался густым и тяжёлым. Пацаны у подъезда настороженно покосились на них, но Дима бросил: «Всё нормально», и те чуть расслабились.

— Талгат, — прошептал Дима, и имя прозвучало как приговор. — Если это правда…
Алёна посмотрела на него с холодной решимостью:

— Значит, мы должны это доказать. Люди должны знать правду. Даже если она опасна.

Дима медленно кивнул — пути назад не было.

— Ладно. Что будем делать дальше?

Алёна задумалась:

— Попробуем найти кого-нибудь из тех, кто видел Консула в последние дни. Любая деталь может стать ключом.

Она расправила плечи и сделала первый шаг.

— Пойдём. У нас мало времени.

Они шли решительно, понимая, что ставки стали выше. Вокруг город жил обычной жизнью: кто то спешил на работу, кто то смеялся, кто то мечтал о лучшем дне.