02. Посылка из Японии

--- --- --- Предыдущая глава: http://proza.ru/2021/12/29/1419


* * * Любовь оставляет место тишине, страх заполняет её собой * * *

К вечеру кухонный стол оказался завален пузырчатой плёнкой, японской упаковочной бумагой и яркими обёртками. Посылку Галина ждала почти два месяца. Небольшой тибетский центр отправлял заказы только по региону, поэтому коробка сначала попала к родственникам в Японии. Те добавили несколько подарков от себя, и уже через Сашу посылка добралась до Израиля.

Саша приходилась Галине племянницей, а после приезда из Японии первое время жила у неё, поэтому в этом доме давно была своей. Сейчас она сидела рядом с тётей, подобрав под стул длинные ноги. Прямые чёрные волосы и узкий разрез глаз выдавали родство. Вера пересела поближе к кузине и машинально принялась приглаживать кончики собственных волнистых волос. Дани устроился поодаль. Худой, сутулый, с рассеянным взглядом, он почти не участвовал в семейном разговоре. Вера знала, что Саша встречается с ним уже несколько лет, но видела его так редко, что он всё равно казался посторонним.

Без пояснений Саши содержимое посылки выглядело не особенно интересно. Кузина сверялась с листком японских надписей и зачитывала перевод, но для Веры всё сводилось к странной куче вещей: ритуальная карточка-цакли с изображением какого-то божества, травы для окуривания, невзрачный шнурок, несколько ярких анимешных наклеек, маленький тканевый омамори, мягкий брелок в виде лохматой куколки с зубастой улыбкой, бронзовая пхурба с трёхгранным лезвием и конской головой на рукояти, а ещё увесистая чёрная свеча. Их кот Пирош немедленно забрался в опустевшую коробку, с трудом уложил внутри своё крупное рыжее тело и блаженно прикрыл глаза.

Аркадий уплетал пельмени, не отрываясь от телефона и не проявляя к гостям ни малейшего интереса. Негромкий разговор мамы с Сашей почему-то показался Вере неестественно тихим. Она вспомнила о недавнем ритуале, о котором так и не решилась рассказать, и молчание стало почти невыносимым.

- Мяу! - заявила Вера, слезая со стула и протискиваясь под мамину руку.

- Что, мой котёнок? - Галина машинально погладила её по голове, давая понять, что дочери удалось привлечь внимание. Получив негласное разрешение втиснуться в разговор, Вера принялась рассказывать, как Аркадий утром перепутал тетради, забыл спортивную форму, долго искал телефон, а потом…

Брат оторвался от ужина, сложил руки на груди и с укоризной посмотрел на сестру. Затем принялся медленно раскачиваться на стуле. Вера заговорила ещё быстрее, старательно заполняя каждую паузу. Пока она рассказывала, можно было не думать о единственном событии, о котором она промолчала. Аркадий раскачивался всё сильнее.

- Прекрати, упадёшь, - почти одновременно произнесли Галина и Вера. Аркадий сел ровно и перевёл одинаково возмущённый взгляд с одной на другую.

- Мне одной мамы вполне хватало, - проворчал он, - а теперь их две!

Саша рассмеялась, а Галина с улыбкой покачала головой. Бросив взгляд на маму, Вера тоже улыбнулась и повторила то же движение.

- Ты вообще хоть что-нибудь тёте Гале не рассказываешь? - Саша внезапно обратилась непосредственно к Вере и весело ей подмигнула. - В каждой истории тебя столько, что она, наверное, мечтает отдохнуть от твоих монологов. Как я от болтовни Дани.

Она шутливо толкнула парня локтем и снова рассмеялась. Ирония прозвучала особенно убедительно рядом с молчаливым Дани. Тот даже не повернулся, продолжая пристально наблюдать за котом, уютно устроившимся в пустой коробке из-под посылки.

Улыбка Веры медленно сползла. Слова о том, что мама могла устать от неё, задели сильнее, чем следовало. Она прикусила губу, но почти сразу выдала очередную нелепость Аркадия. Тот мученически закатил глаза и подтянул коробку с котом поближе. Пирош гневно зыркнул на крепкого подростка и свесил передние лапы через край, словно подчёркивая, что коробка теперь принадлежит только ему.

Тем временем Саша добралась до приложенной записки и принялась медленно переводить, запинаясь на незнакомых храмовых терминах.

- Бато Каннон, также называемый Чёрным Хаягривой, является ипостасью бодхисаттвы сострадания, - едва ли не по слогам прочитала она. - Помещённый в доме образ, олицетворяющий Будду Медицины, защищает от злых духов, несчастий и болезней. Используйте чёрную свечу во время медитации для усиления защиты.

Дани, до сих пор неотрывно наблюдавший за котом, коротко кашлянул. Саша словно распознала в кашле какой-то особый знак и сразу повернулась к нему, вопросительно приподняв брови. Когда продолжения не последовало, она жестом предложила ему высказаться. Парень ещё немного помолчал, но в итоге сдался.

- Будда Медицины лечит болезни напрямую, - сухо объяснил он. - Хаягрива борется с тем, что считается их духовной причиной. В подобных практиках их намеренно смешивают в единую целительную силу. Поэтому описание неточное.

Галина заметно оживилась, обрадовавшись, что молчаливый гость наконец присоединился к разговору.

- Очень интересно, - поддержала она его. - А откуда ты это знаешь?

Дани оценивающе осмотрел разложенные на столе предметы, задержался взглядом на чёрном изображении и лишь затем ответил:

- Потому что я знаком с обоими.

* * *

На перемене Вера отправила маме сообщение о какой-то школьной нелепости и почти сразу убрала телефон. Обычно Галина отвечала быстро, пусть даже одним лайком или смайликом, но на этот раз экран оставался пустым. Вера решила, что мама занята, и постаралась не придавать этому значения.

На следующей перемене сообщение так и не было прочитано. Вера написала ещё раз, а перед началом урока позвонила. Длинные гудки оборвались сами собой. Возможно, мама уснула или оставила телефон в другой комнате на беззвучном режиме. А может, Саша была права: мама просто устала от её бесконечной болтовни.

Эта мысль неприятно кольнула, но почти сразу сменилась другой, гораздо страшнее. Мама могла услышать звонок, но не суметь дотянуться до телефона. Аркадий тоже не ответил. Вера знала, что брат находится в школе и, скорее всего, даже не видит вызова, но от этого легче не становилось. Тогда она набрала отца.

- Папа, мама не отвечает, - выпалила Вера, едва он поднял трубку. - С ней что-то случилось.

На заднем плане кто-то продолжал говорить, поэтому Барух отвечал почти шёпотом, словно не мог свободно разговаривать.

- Я всё выясню, - после короткой паузы произнёс он. - Оставайся в школе, я тебе напишу.

Отец отключился прежде, чем Вера успела что-либо уточнить. Похоже, ни она, ни мама не были достаточно важны, чтобы он отвлёкся от своих дел.

На уроке Вера уже не воспринимала происходящее. Учитель что-то объяснял, одноклассники занимались обычной вознёй, а она то и дело незаметно проверяла экран под столом. В воображении мама лежала на полу возле кровати, потом на кухне, затем в ванной. Каждая новая картина казалась убедительнее предыдущей. Если бы ничего не случилось, она обязательно ответила бы.

Дышать стало тяжело. Сердце колотилось так сильно, что Вера слышала его удары, пальцы онемели, а окружающие звуки слились в далёкий гул. Учитель заметил её состояние и вызвал кого-то из администрации. Веру отвели в небольшой кабинет с табличкой «Йоэцет». Так в школе называли педагога-консультанта, разбиравшегося с проблемами учеников. Женщина усадила её возле открытого окна, дала воды и попросила медленно дышать.

- С мамой что-то случилось, - с трудом выговорила Вера. - Она не отвечает.

Йоэцет несколько раз позвонила Галине, но тоже услышала лишь длинные гудки. Минутой ранее отец написал, что заберёт Веру из школы. Женщина всё равно связалась с ним и убедилась, что он уже едет из другого города. Значит, с мамой точно что-то случилось.

Ожидание оказалось хуже самой паники. Дыхание постепенно выровнялось, пальцы снова обрели чувствительность, зато мысли продолжали сгущаться. Спокойствие йоэцет начинало раздражать. Женщина предлагала самые обычные объяснения, словно не понимала очевидного: мама уже слишком долго не отвечала.

Когда в дверях наконец появился отец, маленький кабинет словно стал ещё теснее. Барух был крупным мужчиной с пышной рыжей бородой и вязаной кипой на голове. После развода он жил отдельно, и Вера редко видела его среди привычных вещей и людей. Здесь он казался особенно чужим.

Барух поблагодарил йоэцет, забрал дочь и не стал расспрашивать её при посторонних. Уже в машине, по просьбе Веры, он набрал номер Галины по громкой связи. Ответа снова не последовало.

- Вот видишь! - Вера восприняла его нахмуренный взгляд как подтверждение своих страхов. - Она всегда отвечает. Значит, сейчас не может.

- Или не слышит телефон, - спокойно возразил Барух.

- Она могла упасть... Или ей стало хуже, - Вера почти сорвалась на крик, а затем потухшим голосом добавила. - Или она специально не отвечает, потому что устала от меня.

Отец некоторое время молчал, словно подбирая слова.

- Когда нам не объясняют чужой поступок, мы объясняем его сами, - наконец произнёс он и, немного подумав, добавил. - И почти всегда выбираем самое обидное.

Вера отвернулась к окну. Красивые рассуждения ничего не меняли. Мама по-прежнему не отвечала. Возле дома Вера выскочила из машины и бросилась к подъезду. За спиной хлопнула автомобильная дверь, но дожидаться отца она не стала. Четыре этажа без лифта обычно заставляли её замедлиться, однако сейчас ступени почти не ощущались под ногами.

Ключ неожиданно легко попал в замочную скважину, и Вера ворвалась внутрь, широко распахнув дверь. Посреди комнаты мама пыталась выпутаться из одеяла, а рядом в странных одеждах барахтались родители Лизы. В доме пахло гарью, у самого порога лежала чёрная свеча. Её пламя дёрнулось и внезапно погасло.

- А что это вы тут делаете? - выдавила ошеломлённая Вера и нагнулась за свечой.

Свеча коротко кольнула, будто в гладком воске пряталась колючка. Вера вскрикнула и выронила её обратно на пол. На подушечках пальцев осталась чёрная сажа.


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2025/10/02/1185