Сердцещипательный эффект от Ролана Кассара...

Сегодня день не для прогулок. Виной тому проливной дождь. А потому я одел борцовку, шорты, и взяв косу-мини с оселком, двинулся на "Аллею Каперанга Глотова". На ней произрастают два десятка великолепных сосен и столько же рябин и кленов. Высадил их многоуважаемый Игорь Валентинович Глотов, ушедший в вечность более шести лет назад. Он ушёл, а его аллея продолжает процветать и радовать благодарных прохожих.

Произрастают на этой аллее и шесть белых акаций, которые я бережно вписал в свободное пространство. Они посвящены как Игорю Валентиновичу, так и членам его замечательной семьи.

Теперь же эта памятная аллея связана и с неповторимым театром "Карамболь". Ведь на ней теперь произрастает и маньчжурский орех, высаженный мной в честь "Маленького Принца"...

Поскольку белые акации и маньчжурский орех, высаженные мной на улице Центральной, тоже именные, я отношусь к ним, как "Маленький принц" к своей "Розе". А потому, когда одну из них умышленно (это было видно по результату) повредил газонокосильщик, я сделал так, что глава администрации района, несмотря на воскресный день, выслал на место события комиссию. Шум был грандиозный.

В результате, подрядчик обязался посадить вместо акации другое дерево.

Однако я инициативу не поддержал, поскольку уверен в своих спасательных возможностях. И, конечно же спас дерево, посвящённое замечательному питерскому мальчику, проживающему в Адмиралтейском районе. Акация, благодаря моим стараниям, дала новые стебли.

— Почему ты такой странный? — спросит меня безмолвно иной читатель, знакомящийся с моими публикациями.

— Наверное потому, что я никогда не забываю великое: "ты навсегда в ответе за всех, кого приручил", — отвечаю я письменно.

Да и в театр "Карамболь" я беззаветно влюбился благодаря "Маленькому принцу", овладевшему его сценой в ребяческом возрасте.

Быть может, кто-то скажает, что я слишком многословен? Если это так, то оправдаюсь утверждением, что в нашем суетном мире всё диалектически взаимосвязано...

Итак, придя на аллею, я сквозь летящие капли дождя оглядел окрестности. От моего взгляда не ускользнуло ни что. В том числе, и сдвинутая в сторону Солнца сантиметров на десять створка окна лоджии на шестом этаже. Для моей романтической натуры это далеко не мелочь, а потому, как это ни странно, я перестал чувствовать прозрачный бисер мрачных небес, безжалостно бьющий по открытым борцовкой незагоревшим частям тела.

Более того, на поверхности моего разгорячённого сердца взметнулся протуберанец вдохновения, который незамедлительно перевёл душу в неописуемое словами состояние...

В результате в сознании вспыхнула ассоциация, сразу же вытянувшая за собой следующую. А та — третью... И так далее. В общем, началась цепная реакция.

Короче говоря, выплывший образ безжалостного газонокосильщика, почему-то напомнил мне о гайдаровском "Мишке Квакине", облачённом в штаны с "элегантной" надписью "Бить будут", и возглавлявшем команду, совершающую набеги на яблоневые сады мирных жителей.

Затем сознание воспроизвело образы коварного "Брутуса", а за ним и вызывающуюю трепет "Чуму" из "Сказки Странствий", и круг ассоциаций замкнулся, разместив этих героев и героиню на своей "французской" площадке сцены КЗ "У Финляндского". От этого воображение мгновенно распахнуло надо мной разноцветное облако "Шербурских зонтиков", на которых засверкали имена навсегда осевших в моей памяти артистов. Привожу их в порядке алфавита: Бобков Владимир (Обэн), Головина Ольга (Мадам Эмри), Матвеенко Егор (Ролан Кассар), Нова Лина (Мадлен), Овсянниковы Светлана (Женевьева Эмри) и Сергей (Ги Фуше), Спиридонова Маргарита (Тётушка Элиз) и другие.

Не мог не вспомниться, конечно же, и великолепный Маэстро — Тарарин Сергей.

А на спектакль этот я, понимаете ли, взял два билета. Один для себя, а другой — для неё:

"Мелькнул туманный силуэт в светящемся окне,
И скачет сердце в облаках на радужном коне.

Ему не справиться с собой: оно огонь несёт,
Но равнодушие не зрит межзвёздный перелёт.

Тебе ж, похоже, всё равно, что некий астрофил,
С надеждой бьётся о стекло, сжигая тонны сил?

Что он, бродя среди огней, вздыхает о тебе,
Что он всё мысли утопил в душевной ворожбе?

Откинь же тюль, увидь скорей обитель фонарей,
Где ищет радости с тобой мечтательный Сергей!"
Евтерпа

Однако долгожданная встреча с "Евтерпой" не состоялась. Виной тому — судьбоносное опоздание в театр по причине снежного бурана от 2 февраля, перекрывшего Колтушское шоссе так, что от Кальтино до Колтушей (7 километров) я ехал 1 час 40 минут. И ведь ехал я на прекрасную "Барышню-Крестьянку".

Ситуацию в тот судьбоносный день усугубило то, что билеты на спектакль были у меня, ползущего в автобусе. Встреча же была назначена у дворца Белосельских-Белозерских, что на Невском.

Читатели, особенно артисты, прекрасно понимают, что было в моей душе, когда автобус тащился в пробке, а также в секунды моего спринтерского бега по эскалаторам и Невскому... Хорошо, что я был не в военной форме. Иначе паники было бы не избежать...

В общем, потерявший в феврале доверие Евтерпы, я уговорил ехать со мной на "Шербургские зонтики" своего друга. Он — человек известный. Награждён орденом "За личное мужество". А ушёл в запас полковником Пограничных войск. Фамилию по известным соображениям я не называю.

Представление, как и ожидалось, началось под прогремевшую по всему миру более шестидесяти лет назад, музыку маэстро Мишеля Леграна, ведомую волшебной палочкой Сергеея Тарарина.

Ну, как тут не прослезиться? Ведь это музыка родом из моего детства.

И вот душа моя вспорхнула, мгновенно "переместившись" на сцену, и стала витать среди героев, стараясь не путаться у них под ногами. Да, я не по возрасту романтичен. Хотя, как утверждают знатоки, "любовь всем возрастам покорна"...

Однако суровая проза жизни вездесуща: где-то через полчаса мой друг стал ёрзать, как задраенный в танке, идущем в атаку. Хотя ему это привычно — он в молодости командовал танковым батальоном...

Сразу оговорюсь. Мой друг — высокообразованный офицер. Настоящий, с честью и достоинством. Не уступающий по своим личностным качествам даже Андрею Болконскому. Кроме этого, он блистательный шахматист, играющий в быстрые шахматы. Да так, как мне и не снилось...

И вот он, как мне показалось, виновато говорит: "Сергей, извини! Мне нужно идти в фойе. Пришло сообщение от сильного соперника, предлагающего сыграть партию". Увлечённый представлением, я посмотрел на него "немножко круглыми" глазами... В общем, я остался один, как "три тополя на Плющихе". Короче, "растроился"...

Когда "занавес объявил" антракт, я вышел в фойе и выслушал исповедь дорогого сердцу моему шахматиста. Глаза у него горели, как у соперника тореодора... Горели глаза и у меня. Но только не от выигранной партии, а от эмоционального разогрева. Однако мы поняли друг друга с полуслова...

Затем я пошёл к сцене. Поскольку в КЗ "У Финляндского" нет оркестровой ямы, шансов в неё упасть у меня не было. Зато музыкантам хорошо: они с удовольствием музицируют, сидя вдоль сцены и лесенок.

— Зачем ты туда ходил? — спросит настороженный читатель.

— Проводил рекогносцировку, чтобы без проблем взобраться на сцену в чудесные минуты поздравлений и подарков, — докладываю вам я.

А представление я смотрел с упоением. Этому способствовали и блистательный оркестр, и великолепные и уже полюбившиеся мне артисты.

И я так проник в театральное действо, что всеми фибрами души сопереживал моим дорогим и безупречным в игре Женевьеве Эмри и Ги Фуше, которые впоследствии были разлучены службой второго во французской армии, а затем и сближением Женевьевы с Роланом Кассаром.

Короче, в сложившуюся ситуацию я вник с настеж открытым сердцем. Вник так, что по-настоящему обозлился на Ролана, увлёкшегося невестой Ги Фуше...

Это же надо было так сыграть, чтобы до самой глубины зацепить чувства театрального зрителя... Да, он полюбил. И это вполне нормально. Однако у меня это вызвало катастрофическую ревность. Будто Ги Фуше был не моим тёзкой, а мной самим.

Браво, Егор! Браво, Светлана и Сергей! Блистательно, как всегда!

Однако мои страдания, о слава Небу, смягчила Мадлен с её неповторимыми волшебными очами. Она это умеет. Неоднократно убеждался. В общем, "Богиня Нежности и Обаяния". Браво, Лина!

Так вот какой бывает диалектика жизни человеческой — зритель реально страдает от блистательной игры артистов, а в результате получает стимул для дальнейшего развития и самосовершенствования. Так что театр — это не развлечение вовсе, а эффективнейшее средство для преобразования действительности посредством художественных образов.

Кстати, интересна и история этого мюзикла. Ведь Ирина Дмитриевна Брондз совершила для России настоящий прорыв. В буквальном смысле этого слова! Она не просто поставила этот мюзикл, а впервые адаптировала его для сцены. И в 2009 году театр "Карамболь" представил первую российскую театральную версию всемирно известного мюзикла (музыка Мишеля Леграна, либретто Жака Деми).

Как сообщают доступные источники, Ирина Дмитриевна много лет думала над постановкой, но сомневалась в проекте, считая, что театр ещё не дорос до уровня гениальной музыки Леграна.

Однако самым серьёзным испытанием было то, что нужно было договориться с самим композитором и оформить авторские права.

Текст для русской версии написали поэт Юрий Ряшенцев вместе с Галиной Полиди.

Сумела Ирина Дмитриевна собрать и достойную команду в лицах: режиссёра Василия Бархатова, сценографа Зиновия Марголина, художницы по костюмам Марии Даниловой, художника по свету Дамира Исмагилова.

А для помощи оркестру "Карамболя" пригласили Всеволода Полонского из Франции — именно он помог в этом непростом деле.

Это был серьёзный риск, но он оправдался. Более того, на премьеру приехал сам Мишель Легран. Он провёл с коллективом несколько дней, а после спектакля вышел на сцену, прослезился и сказал, что абсолютно счастлив. И что самое важное, он назвал эту постановку лучшей в мире.

Спектакль получил признание и в профессиональном сообществе: он стал
дипломантом и лауреатом Национальной театральной премии «Золотая Маска» (сезон 2009–2010), а также получил премию «Музыкальное сердце театра» (2009).

После премьеры мюзикл «Шербурские зонтики» успешно гастролировал по
разным городам России и странам Балтии.

Браво, Ирина Дмитриевна!!! Браво, "Карамболь"!

Но как же прекрасен и удивителен мир театра, уносящий прочь повседневные кучево-дождевые облака суеты. И он, несомненно, стоит того, чтобы в него окунаться как можно чаще и, желательно, со всей головой.

Уважаемый, читатель! Убедил ли я тебя? Если сомневаешься, то знай, что я зритель искренний. И вдобавок ко всему — честный. Поверь мне на слово: этот "антидождевой" мюзикл стоит того, чтобы на него сходить с детьми или любимым человеком. И не раз.
2 июля 2026 года