Танец ветра и пламени

В полумраке, выхватываемом из объятий ночи лишь короткими всполохами огня, грань между тем, что реально и тем, что кроется в тени стирается.

Жар костра заставляет воздух вокруг дрожать. Оранжевые отсветы вызывают из темноты неясные очертания предметов, а следующие за ними мягкие и тягучие тени окутывают лес, стоящий плотной темно-синей стеной деревьев с слегка покачивающимися на ветру пышными кронами.

Пламя вздымается вверх, и силуэты вытягиваются, повторяя изменчивую форму языков огня. Словно живые, эти тени сновали всюду, исследуя ландшафт, скользили по неровностям рельефа.

Сумеречный туман дымчатой вуалью струится по её телу, повторяя каждый его изгиб. Сквозь его прозрачную пелену просвечивает ее молочного цвета кожа, подобная коже русалки, которая скрывается под зеркальной гладью озерных вод, отражающих в себе ночное небо.

Каждый ее шаг, настолько невесомый, что кажется, будто она не идет, а парит в воздухе, заставляет туман танцевать. Она идет: грациозно, легко, медленно, а черная вуаль тумана разлетается, создавая многомерные, динамические волны, будто озерная гладь подернутая легкой рябью от движений, скрывающейся под водой сирены. Воздух, проникая между тончайшими нитями, заставляет подол трепетать.

Каждый раз, когда она делает шаг вперед, невесомая пелена тумана натягивается на бедрах и тут же спадает тихой волной, очерчивая плавный переход от бедер к тонкой талии.

Игра света, исходящего от горящего за ее спиной костра, создает иллюзию непрерывного движения подобно ветру, дерзко обнажает стройные бледные ноги, при этом не имея ни малейшей возможности разогнать плотную пелену тумана, скрывающего от его взора ее изящное тело. Он лишь демонстрирует призрачный силуэт, возбуждающий в смотрящем воображение.

Излучая тусклое свечение, закутанная в дымчатую вуаль белая кожа, подобно поверхности Луны отражает свет, танцующего на ветру пламени.

Лицо ее спокойно, не выражая ничего, оно покрыто пеленой таинственности, которой преисполнено все ее существо. Спокойный и глубокий взгляд ее глаз правильной миндалевидной формы обращен к нему.

Ее четко очерченные чувственные губы неподвижны, но храня в себе внутреннюю улыбку, придают лицу расслабленный, слегка задумчивый вид.

Преодолев разделяющее их расстояние, она кладет руки ему на плечи, а после обходит его застывшего в ожидании и скрывается в его тени.

Он неподвижен, как восковая фигура, поддавшаяся  гипнотическому воздействию танцующих языков пламени. В глазах у него рябит от пристального внимания, оказанного его глазами, плавящемуся и дрожащему от жара костра воздуху.

Он чувствует близость ее тела, и по спине медленной волной холодных водяных капель пробегают мурашки. Она обнимает его сзади, и ее тонкие белые руки обвивают его талию подобно двум белым полозам, покинувшим свое укрытие. Они переплетаются друг с другом, образуя единый круг, в который заключили его ее объятия.

Она прижалась щекой к его спине, а он, вытянувшись всем телом, затаил дыхание.

Секунды, он ощущал то, как они подобно каплям дождя стекают по его телу, касаясь его губ невесомым поцелуем.

Тепло ее тела передавалось ему, как и ее уверенность и спокойствие. Два полоза проникли под ткань поло, и, проскользив по животу, остановились на его груди.

Он чувствовал, как вздымается ее грудь при каждом вздохе, как медленно катится по ее телу волна дыхания. И вот, обжигающая струйка выдыхаемого ею воздуха коснулась его шеи и области за ухом.

Ее ладони, продолжая мягко скользить по его груди, становились теплее и, скользя по животу, уже обжигали своим ледяным пламенем.

Ее пальцы коснулись холодного металла пряжки ремня. Послышался тихий звук удара металла об металл, родившийся от удара язычка пряжки об ее поверхность, когда концы ремня падали вниз. Пуговица, молния издала присущий ей тихий металлический скрежет, более напоминающий то, как звук затихает, становясь все тише и тише, а после пропадает вовсе.

Когда ее пальцы нашли, что искали, она снова подняла свободную руку к его груди. Касаясь тонкой чувствительной кожи лишь кончиками пальцев, она, казалось вовсе растворилась в воздухе, позволив ветру занять ее место.

Но не успел он погрузиться в этот сладкий омут, как она отступила назад. Снова обошла его, одним взглядом поставив его на колени.

Его руки исчезли под дымкой тумана. Текли вверх от ее лодыжек к горячим, сочащимся соком бедрам. Ее аромат пьянил и будоражил его сознание. Он вдыхал его полной грудью и на секунду задерживал дыхание, чтобы ощутить, что он делает с его телом. Он заставлял его дрожать. Пронизывал тонкой нитью каждую клеточку его существа, соединяя их все воедино.

Когда она медленно опустилась на него, ее губы коснулись его губ, время остановилось. Казалось бы все замерло, кроме их тел, находящихся в сложном синхронном движении.

Плавный изгиб пламени, колеблющегося порывами ветра, завораживающе рифмуется с движениями ее тела, создавая беззвучную оду тому, что порой невозможно описать словами.

Когда порыв ветра ударяет по костру, его языки резко отклоняются в сторону, взвиваясь вверх и обнажая пылающее сердце огня. Движения ее бедер вторили этому порыву: они плавны, но при этом обладают той самой, магической силой, которая присуща лишь танцу страсти.

Туман ее облачения не скрывает ее силуэт, а лишь следует за каждым ее движением. Пелена не обнажает ее тела, но очерчивает формы, подобно тому, как дым и искры клубящегося огня, очерчивают его границы.

Сначала  она двигалась медленно,  тягуче, словно первые языки пламени, которые только едва касаются сухой древесины.

Каждое ее движение, преисполненное психоделичности, было подобно гипнотическому танцу искры во тьме, заставляющему, затаив дыхание, ждать взрыва.

Но плавность постепенно отступила. Ее бедра взмывали вверх и падали вниз с резко, зеркально отражая яростные всполохи огня, с аппетитом поедающего хрустящий хворост.

Линия позвоночника изгибается, подобно гибкому стеблю пламени, рвущемуся к небу.

В полумраке ее белая кожа сияет, отражая блики огня, проникающие под тонкий покров ее одежд.

Движения стали непрерывными и цикличными, теряя в этой непрерывности начало и завершение.

Каждое движение создает перетекающий изгиб от высокой округлой груди к талии, от талии к округлым бедрам. Ветер подхватывает подол и рукава, заставляя их трепетать, в то время как само тело застывает в напряженном выверенном ритме, зеркально отражая пульсацию танцующего пламени.


Горя его огнем, делая его неуправляемым и пугающе прекрасным, она испепелила все, к чему прикасалась, совсем как ветер, заставляющий пламя бежать по сухой траве, забираться на стволы деревьев, оставляя за собой лишь пепел.