Му-му. Продолжение. Ыо

"Она доверчиво и без страха поглядывала на него и слегка махала хвостиком. Он отвернулся, зажмурился и разжал руки ...  "

                Тургенев И.С.
                "Му-му"


        А Герасим всё греб и грёб. Уже скрылись из вида бани на берегу и перевернутые лодки. Теперь они остались вдвоём, он и река, река несла его за собой, он бросил вёсла и почувствовал себя частью этой сильной реки, её течения. Ни чего больше не радовало его. И не хотелось возвращаться назад ...
               
                ***

Тягостно тянулась долгая зима. Мельник удивлялся выносливости  нелюдимого Герасима. Он работал с утра до вечера, падая без сил тут же на мешки с зерном. А то и ночью поднимаясь от тяжёлого сна, хватал мешок и снова работал падая без сил. Что было на душе и в мыслях этого человека, ни кто не спрашивал. Да и не ответит он. Промычит что - то отвернувшись, а то и вовсе уйдёт молча сделав вид, что не расслышал. Только могучие плечи дрогнут на мгновение и никто этого не заметит.  Случается бродит один по лесу или идёт вдоль реки. Просто идёт, размахивая могучими ручищами, ни на кого не глядя. 

Наконец наступила весна. Дорога подсохла и прогулки стали длиннее и дольше. Что - то же на земле должно было приносить ему утешение. Без утешения человеку нельзя. Без утешения человек слабнет.

                ***

        Зазеленели оголившиеся на зиму ветви. Земля покрылась молодой зеленью. И появилось в душе ожидание чего то хорошего. Откуда оно берётся каждую весну сменяя зимнюю тоску и уныние? Человек всегда ждет его.

Вот и сейчас, что - то тёплое шевельнулось в душе у Герасима. Прищурившись он посмотрел на солнце и скупо, как мог, по своему, улыбнулся ему. В ответ солнце мягко согрело его лицо и Герасим неспешно зашагал к реке. Река бежала себе куда - то, несла воды, а то и захватывала с берега чего, что плохо лежало или было не надёжно закреплено. Под ногами раздался пронзительный визг.
- Дяденька осторожней!
- Не наступиие
- Задавите! - кричали деревенские дети. Но Герасим не слышал их. Он лишь почувствовал, что пнул ногой на что - то маленькое и лёгкое.
Герасим опустил голову, под ногами крутился и визжал маленький взъерошенный щенок. Точно такой же, как когда - то Герасим вытащил из прибрежной тины.
Герасим взял его зашкирку и поднял пузом к верху. Щенок оказался мужескаго полу и не из робкого десятка. Потому как не заскулил и не завизжал, а начал рычать и выворачиваться из крепкой руки. Герасим поднёс щенка к своему лицу и сердце заколотилось больно ударяя по ребрам и разбивая грудину - на него смотрели глаза Му-му, он прижал щенка к груди и перевел дыхание, которое куда - то провалилось на миг.
- Дяденька, отпустите нашего Чижика! - потребовал бойко мальчик, что был заметно выше остальных.
- Да! Отдайте щенка, вынырнула у него из под мышки маленькая девочка.
Мальчик , что по бойчее, подскочил к Герасиму и постучал по его руке:
- Отдай Чижика! - протягивая обветренные ручёнки к щенку.
Герасим обернулся:
- Ммм - приложил руку к груди Герасим и показал пальцем на щенка.
- Чего? - Спросил бойкий мальчик и все дети запереглялюдывались и заперешёатывались.
- Ыы мы, повторил  движение рукой Герасим, крепче прижимая к себе щенка, который обнюхивал и облизывал его густую, лохматую бороду иногда больно дергая её молочными зубами, от чего на лице  Герасима расплывалась и тут же пряталась скупая его улыбка. - Ыой, получилось выговорить у Герасима и он погладил щенка от чего тот весь скрылся под его большой ладонью.
- Ты хочешь забрать его? - Наморщив нос, прищурившись, спросил всё тот же мальчик. Герасим закивал в ответ. Дети начали бурно обсуждать предложение быстро находя доводы, почему это сделать никак не возможно.
- Нет, отрицательно покачал головой мальчик. Глашка его ни по чём не отдаст. Уж три раза отдавали. И в другую деревню отдавали. А она идет и забирает его оттуда. Сколь разов уж домой приводила. Глашке то ей же все ни по чём. И сейчас заберёт . И с мельницы тем более заберёт, она туда дорогу знает. Она его из Залесья намедни забрала. И не лень ей такую даль спозоранок шастать. Девочка снова выглянула из - за локтя брата и засмеялась, с интересом и робостью разглядывая Герасима.
- Ммм, упросительно промычал Герасим и протянул мальчику монетку.
- Ай, ладно, махнул рукой мальчик. Всё ровно его по зиме волки в лесу съедят. И монетку взял. Обрадованный сговором Герасим доставал из кармана монеты и одаривал каждого мальца из этой шумной ватаги. На том и разошлись. Герасим повернул к мельнице. Он бережно нёс щенка прижимая к себе, словно это было его самое дорогое сокровище.

Перво на перво Герасим положил рядом со своим топчаном свою зимнюю шапку из оленьего меха и уместил туда щенка, который начал с интересом изучать новые запахи. Глиняное, расписное блюдечко, купленное на Пасху на ярмарке он поставил рядом. Налил молока, накрошил хлеба. Сел за стол, положил голову на кулак, и благостно улыбался, глядя на то, как сытно наевшись щенок отошел в сторону, пустил лужу и зарылся в шапке рыча, барахтаясь и терзая густой рыжеватый мех.
- О, уже и сюда шельмеца притащил, заглянул в коморку уже будучи хорошо на веселе мельник. Кум его ни как отдать не может. Глашка его, знамо дело,  у всех находит и обратно домой забирает. Веришь нет, куда бы не отдал. Всё одно пойдёт туда и заберёт.  За реку уже отдать хотел, да Глашку пожалел, потонет же стерва, А она ох и умная, Глашка, ток сказать ни чо не можыт. От, навродь тебя получается, ни чего ни кому не говорит, а делать делает. Вот и пойми её эту Глашку бутть она не ладна, запнулся обо что то уходя мельник и уже с мельницы крикнул: - А всё одно Глашка у тебя кутёнка заберёт! Попомни мои слова, как есть заберёт, стервь такая.
Зря он все это ему говорил, не слышал его Герасим, да и не обращал внимания. Он все смотрел и смотрел на щенка, который спал в шапке, подрагивая во не лапами и причмокивая языком. Так когда - то спала Муму, целый год назад. Целый долгий, тяжелый год. Которого словно и небыло вовсе.
Что творится в разуме человеческом? Что с ним делает время? А может это сами люди? Или сам разум? Дни и ночи тянутся долго, трудно, порой мучительно, порой так выматывают. А пройдет год, вроде бы и небыло его. И небыло ничего. Так пройдёт год. Так пройдет вся жизнь. Вся наша долгая, трудная, полная радостей и горестей жизнь.

                ***

А пока прошла неделя. За ней вторая. Текла и третья. И было в них  больше, чем в жизни всей. И было в них то, чего небыло у Герасима за всю жизнь его.

- Глашка, окликнул кого - то весело мельник, за своим пришла? Быстро ты. Месяца не прошло. Где задержалась - то? И не лень тебе было тащиться в такую даль.
- Герасим, ткнул его в плечо мельник, Глашка вон за твоим кутёнком пришла, иди забирай, а то сволокёт. Мешок так и выпал из рук и в воздух поднялось мучное облако застыв на некоторое время на месте. Отдать щенка обратно для Герасима теперь не представлялось возможным.
- Не отдам, думал он, ни по чем не отдам. Денег дам этой Глашке, пусть кукол себе накупит на ярмарке! На улице что - то зашуршало и щенок опрометью выскочил из коморки во двор. Герасим бросил работу, ринулся за ним и застыл на пороге.
- Вот она Глашка, лови, а то уведёт, смеялся мельник и нашла же всёж-таки, язьвь.
Герасим сел на ступеньки и заплакал. Глашкой оказалась маленькая мохнатая собачёнка белой масти с чёрными пятнами.
- Муму, повторял он сбивчиво и без того неслушающиеся его звуки, воздух так и свистел внутри выбиваясь из груди прерывистыми вздохами: - Му - му, Хы - ы - ыо - ок.
А собачёнки смешнно прыгали вокруг него, нетерпеливо повизгивали от радости, виляли хвостами и допрыгивая до лица слизывали с его щёк редкие, горячие слёзы.