Живое слово стало источником стресса современников

Как уже неоднократно указывалось, живое общение людей фактически потеряло свою значимость в современных реалиях жизни. И более того, всё чаще человек впадает в стрессовое состояние даже при мысли о том, что ему придётся с кем-то пообщаться вживую. В нынешнем обществе утрачены навыки разностороннего интересного и познавательного общения между людьми. И когда встречаются два знакомца после долгого перерыва, то и по нормальному-то и поговорить не могут меж собой. Мало того, что люди стали в основной своей массе косноязычными, так они вдобавок ко всему забыли, как нужно общаться с другими людьми, а молодёжь вообще в принципе никогда не владела общительными процедурами, ибо её этому никто не обучал и не предоставлял ей возможностей попрактиковаться в общении с кем-либо по серьёзным темам на хорошего уровня грамотности русском языке, а не на примитивном сленге.   

Раньше, в нецифровую эпоху, люди при встрече взахлёб рассказывали друг другу о своих делах, о житье-бытье, о родственниках, о каких-то происшествиях, о своих планах на ближайшее или отдалённое будущее, о своём здоровье, об официальных новостях, об общих знакомых, о своих домашних животных, о производственных успехах или неудачах, о всяческих сплетнях, которые назывались тогда «сарафанным радио», и т.д. и т.п. Ну а сегодня все с головой ушли в цифровые технологии информационного обмена, которые практически в полной мере заменили живое общение, ставшее теперь тяжкой мукой для завсегдатаев социальных сетей. При встречах знакомцы теперь буквально выдавливают всего лишь стандартные риторические вопросы  типа «Как дела?», «Как живёшь?», «Как чувствуешь себя?», «Как семья?», «Где работаешь?» и так далее. Что самое поразительное, никто не стремится внимательно выслушивать ответы на эти вопросы, также как мало кто пытается подробно отвечать на них. Это стало всего лишь расхожей формальностью, чтобы растянуть  продолжительность встречи хотя бы на пару минут, после чего эти встретившиеся знакомцы с облегчением разбегаются в разные стороны с чувство выполненного долга друг перед другом.

Когда такая риторическая формалистика практикуется в молодёжной среде, где цифровой взаимообмен информацией – царь и бог образа жизни современной молоди, это воспринимается как само собой разумеющееся деяние, ибо ныне молодые люди с полнейшим равнодушием относится к жизненному состоянию других людей, к их мыслям, переживаниям, чувствам и мечтаниям, тем более, что молодёжь в своём большинстве уже не способна к подобным личностным проявлениям на сущностном уровне своей самости. Но когда в подобную мясорубку выхолощенной формалистики попадают пожилые люди, которые личностно формировались в другую эпоху, когда живое общение было одним из наиглавнейших приоритетов среди жизненных ценностей неоцифрованных людей, последствия такого пренебрежительного отношения к живым людям бывают весьма печальными для этих возрастных граждан из давно ушедшей эпохи уважительного отношения к собеседникам.

Человек, проживший долгую жизнь, насыщенную различными свершениями и массой самых разных событий, на любой из риторических вопросов, которые для современников являются ничего не значащими пустышками, мог бы отвечать часами. Однако, когда встреченный им знакомец из «нонешних», задав эти вопросы, тут же с возгласом «Увидимся!» отворачивается от него и быстро удаляется, не оглядываясь на застывшего в изумлении «осколка прежних времён», этот «осколок» ещё долго не может прийти в себя, ибо не способен понять, как это возможно так презирать в людях их человеческое достоинство, прилюдно демонстрируя подобную бесчеловечность без каких-либо угрызений совести. Постоянно сталкиваясь с таким бессердечием даже со стороны близких людей, не остаётся ничего иного, как вслед за классиками воскликнуть: «О времена! О люди! О нравы!»


1.01.2025



Сергей БОРОДИН