10 Особенная для сокровища

 Леонардо, полностью опустошённый, стоял в столовой. По сосудам бежала горячая кровь девушки, а в голове эхом отдавались слова его князя, смешиваясь с горькими мыслями. Он медленно опустился на колени и положил тело на пол, рассматривая его.  Изящное личико теперь покрывала мертвенная бледность. Тёмные ресницы, маленький нос, небольшие губы... Леонардо будто фотографировал в мозгу её лицо. Это была его первая жертва. Он стал убийцей.

 Машинально мальчик поправил сбившийся окровавленный воротничок, закрывая уродливый распухший порез. Мысли путались. Кем она была? Были ли у неё родители? Насколько сильным будет их горе? Эти вопросы метались в голове, пока он расправлял платье на трупе. Он сам не знал, зачем это делает. Исправить ничего было нельзя. Как и тогда, когда Георг забрал его из дома и сделал чудовищем.


 Прошло шесть дней. Леонардо послушно пил кровь девочек, которых приводил ему его князь каждую ночь. Внешне он был равнодушен. Князь научил его избавляться от тел, и Леонардо покорно закапывал их в саду среди зарослей могильных лилий, подкармливая таким образом цветы-трупоеды. Всё это время мальчик не позволял себе думать — любой из живущих в особняке мог влезть ему в голову сам или по приказу. Он без пререканий учился этикету высшего общества вампиров, забивая себе голову бесчисленными правилами. Почти без отдыха читал талмуды и заучивал их наизусть.

 Его совершенная память стала  даром и проклятием, потому что он мог без проблем запомнить любую книгу, прочитав её единожды. Но так же он помнил каждую из своих жертв, и их бледные посмертные лица каждый день приходили к нему во снах. Укоряли взглядами мёртвых глаз и хором умоляли уйти с ними.

 Каждый раз он просыпался от этих кошмаров, таращась в потолок, и, проклинал себя и свою новую сущность. Однажды он попробовал рассказать о снах своему князю, но услышал в ответ лишь:

— Забудь. Ты должен всего навсего перестать считать еду личностью. Ты же не печалился о курах или свиньях, съедая котлеты из их мяса, — цинично ответил ему тот, нежно обнимая за плечи и поглаживая по волосам.

— Я печалюсь, что становлюсь бесчувственным убийцей, мой князь. Разве это не плохо? — Леонардо искренне не понимал психологии детей ночи. — С каждой ночью их душ становится больше. Они приходят и мучают меня.

— Это не они, мой кровожадный ангел. Это ты сам не даёшь им покинуть тебя. Ты не хочешь принимать свою новую жизнь так долго, что это стало твоим кошмаром. Как только ты изменишь своё отношение к смертным, станет проще. Кошмары уйдут, будь уверен.
 
— Я хотел бы спросить об отце, мой князь. Когда вы хотите его поймать? — Леонардо сменил тему, поняв по усилившемуся объятию князя Георга, что дальше давить на жалость не стоит.

— Мм... Да-а-а. Твой отец. Я помню о нём. Сейчас за ним следят наши лучшие шпионы. Он находится в городе, там, внизу, — Георг мгновенно расслабился и отпустил мальчика от себя, указав ему на свободное кресло.

Тот послушно уселся в него, утонув в его бархатном чреве.

— Он... знает? Знает, что я... Кхм... что мы здесь, мой князь? — Леонардо нервно накручивал на палец вьющуюся прядь распущенных волос, ерзая в ожидании ответа.

— Нет. Не знает, — князь Георг хищно прищурился. — Я позаботился о том, чтобы никто не знал, что мы оба тут. Для него это станет большим сюрпризом. И я уверен в том, что крайне неприятным.

— Что я буду должен делать, мой князь?

— Пока ничего, кроме того, что уже делаешь. Ты так долго голодал, что твои силы сейчас ограничены. Мне же нужен будешь сильным и сытым. Поэтому продолжай набираться сил, пока я забочусь об остальном. И не забивай свою хорошенькую головку глупыми мыслями о том, что ты в чём-то виноват. Это выводит меня из себя. Ты вампир. Обратного пути в человеческую жизнь не существует.

 С этими словами князь Георг сделал знак рукой, показывая, что разговор на этом окончен. Леонардо вышел от него со странным ощущением недосказанности. Будто князь Георг умолчал о чём-то важном. Но так случалось уже не раз и не два, поэтому Леонардо постарался выкинуть всё лишнее из мыслей и вернулся к себе.



— Тогда я ещё не знал, что князь Георг не только нашёл моего отца, но выяснил о его предках то, чего он и сам не знал, — Леонардо грустно и иронично усмехнулся. — Он делал вид, что заботится обо мне. Я даже начал проникаться и задумался, может и правда не так плохо будет встать на путь полноценного вампира, перестать жить прошлым. Изгнать призраков из своих снов и, наконец, получить относительную свободу.

— Он обманывал тебя? — я глянул ему в глаза и сердце сжалось от того выражения беспросветной тоски, которое заполняло их до краёв.

— С самого начала. Ещё до моего обращения. Он и пришёл за мной только потому, что раскопал всю подноготную происхождения отца до самых первопредков.

— Получается, он нашёл в прошлом твоего отца кого-то важного?

— Скорее полезного. Господин Бельфегор, вы, возможно, сочтёте меня безумным, или лгуном.   Но это чистая правда, клянусь вам своим бессмертием, — он поднял руку к шее и проколол шею ногтем так, что капля крови вытекла из ранки на его кончик.

 При последнем слове клятвы кровь испарилась, вспыхнув напоследок алым огоньком, окрасив острый кончик чёрным. Клятва сработала.

— Мой отец ведь не просто мелкий воришка и игрок. В юности, до своего брака с моей матерью, и до того, как он пошёл по кривой дорожке лудомана, он был археологом. Очень хорошим. Он мало рассказывал о тех годах, но кое-что всё же было. Какая-то некрасивая история с тем, что знаменитый учёный, работавший с отцом в гробнице, присвоил его открытие себе. Был большой скандал и отца выгнали, посчитав лгуном. Вот так он оказался по итогу почти на дне социальной лестницы. Никто не хотел давать ему работу. Его избили и он попал в больницу. А там он познакомился с мамой, влюбился в неё. Женился. Как-то так всё и было.

— Как это связано с Георгом?

— Князь Георг и его клан, как и все другие кланы вампиров, ищут гробницы живого воплощения демиурга Агора, точнее  артефакты из них. Глаза Агора. В летописях указано, что три части тела живого бога спрятаны в разных гробницах, разбросанных по Та-Амунтису. Два глаза и сердце. Левый глаз позволит своему обладателю стать могущественным правителем. Правый глаз откроет путь в новый мир. А вот с сердцем есть две версии. Или оно сможет выполнить одно самое важное желание для владельца, после чего вернётся к богу, или оно сможет возродить одну душу в новом теле, после чего тоже вернётся к богу. Никто не знает истину. Но все ищут гробницы уже много сотен лет. Сердце самый важный из них. Но и найти его сложнее, по словам археологов.

— Получается, что Георг хотел с Арвином договориться, чтобы вместе искать эти гробницы?

— Принудить его это делать. Клан моего отца довольно маленький. Даже Совет Древних не берёт его в расчёт, когда проводится собрание кланов. У них нет права голоса на нём. Поэтому-то князь Георг и не особенно переживал. Однако портить отношения с кланом вампиров-артефакторов ему было не с руки. И он решил использовать меня для давления.

— Это сработало?

— Почти. Позвольте я вернусь к своим воспоминаниям и расскажу по порядку, — Леонардо мягко улыбнулся и не моргая уставился в пустоту.


 Князь Георг привёл для Леонардо на следующую ночь особенную жертву. Её следовало выпить не сразу, а по частям. Он не пояснил зачем нужно делать именно так. Но приказал девушку держать в комнате и ухаживать за ней, пока она жива.

 Леонардо вынужден подчиниться приказу. Её кровь была на вкус совсем не такой, как у обычных жертв. Нежные нотки сладкой хурмы в её крови дурманили рассудок. Хотелось выпить больше, чем несколько глотков за раз. Но Леонардо всегда умело останавливался вовремя. Сейчас он не был истощён, поэтому мог сознательно остановиться, отсчитав нужное количество глотков.

 После этого он залечивал ранки на запястье девушки, поил её восстанавливающим кровь отваром и укладывал в свою постель.

 Сам же впадал в странное состояние лёгкой эйфории и отрешения от реальности. Что-то томительное подступало из глубин подсознания к самой границе реальности. Пыталось прорвать завесу и вырваться чем-то. Но пока он ловил лишь неясные отзвуки, не понимая их значения. Туманные образы перед глазами были совершенно нечёткими, размытыми. Они не могли напугать, но зато настораживали закономерностью своего появления после выпитой крови девушки.

 Князь Георг поначалу лишь загадочно улыбнулся, когда Леонардо начал делиться с ним рассказом об этих странных полуснах. Он жестом приказал ему продолжать.  А после сказал:

— Это нужно отметить, — обрадовался он. — Ты на правильном пути, моё сокровище. Значит я нашёл правильную подпитку для твоих сил. Ты должен радоваться. Твой особенный талант скоро пробудится. Ты станешь намного могущественнее. А главное: ты принадлежишь только мне!

 Он расхохотался, стиснул юного вампира в сильных объятиях и закружил с ним по комнатам особняка в диком танце, с нечеловеческой скоростью перемещаясь с этажа на этаж.

 Сокланы давно уже не видели своего князя настолько воодушевлённым и энергичным.
Из каждого уголка за ними наблюдали и улыбались, в этих улыбках читались понимание и радость. Понимание того, что всё идёт как задумал князь Георг, а радость, потому что волна воодушевления, исходящая от князя в тот момент, прокатывалась по всему особняку, неизбежно влияя на всех его обитателей. Он настолько обрадовался новости, что его вампирическое обаяние вышло из под контроля, охватывая всех вокруг мороком наведённого веселья и желания.


 Я слушал его, затаив дыхание. А Леонардо притих вдруг и сгорбился, стиснул зубы и медленно выдохнул.

— Тебе неприятно вспоминать это. Верно?

— Я должен. Я сначала хотел рассказать обо всём кратко, но тогда вы не поймёте причин тех последствий, что связали меня по рукам и ногам. Почему я оказался именно тут, у вашего дома. Господин Бельфегор, вы должны были уже догадаться. Наша встреча это следствие прошлого. Моего и вашего. Мы связаны. Я обязательно дойду до этого момента. Но позвольте мне выговориться. Это прошлое давило раньше и давит на меня до сих пор. Разрешите мне освободиться от этого невыносимо тяжёлого груза.

— Тогда давай вернёмся в дом. Чувствую, что это далеко ещё не конец рассказа. Пойдём в гостиную, там есть камин и удобные диваны.

— Да, конечно. Как пожелаете, господин Бельфегор. Вы наверное устали сидеть тут и слушать. Я забываю всё время, что живым всё же важно удобство. Сам я давно уже отвык.

 Мы прошли в гостиную и едва успели присесть на диван напротив камина, как Силтра тут же принесла поднос с большим чайником ароматного травяного чая и тарелку свежей выпечки. Неустающая хранительница дома уже успела напечь пирожков с ягодной начинкой, пока мы беседовали в оранжерее. Их сладкий аромат расплывался по всему дому, а я вдруг понял, что ужасно голоден. Так что сразу же схватил самый верхний и румяный и, с преогромным удовольствием, откусил от первый кусочек.

 А Силтра тем временем уже успела сходить в гостевую спальню и принести блюдо с фруктами для вампира. Она снова меня порадовала своей способностью предугадывать любые желания, как мои, так и моего гостя.