19 Поиски гробниц, пустыня

 На закате Лео вошёл в гостиную, прервав моё уединение за чтением книги об алхимии, за авторством деда.

— Добрый вечер, гос... кхм. Бел, — Лео вовремя заметил свою оговорку и исправился.

— И тебя с пробуждением. Лео, — я кивнул ему и отложил книгу в сторону, заложив закладкой. — Ты уже ел?

— А... да. Уже закончил с этим. Спасибо, — он снова смутился и отвёл взгляд в сторону.

— Хочешь рассказать, что было дальше?

— Да. Наверное хочу. Тебе ведь, и правда, интересно, — он присел рядом на диване и погладил обложку книги. — Такая древность.

— Это писал мой дед. Для рода. Он был хорошим алхимиком и садоводом и сделал немало полезных открытий в этой области.

— Это ведь он те семена вывел? Как они назывались?

— Кровавая фея. Да. Один из его трудов. По счастью, он довольно удачный.

— Да. Повезло.
 
 Несколько минут мы молчали, глядя на обложку книги, а потом вдруг Лео заговорил о прошлом безо всякой связи с этим разговором:

— После последнего видения князь Георг сразу собрал экспедицию в пустыню. Он швырялся деньгами, как мусором. Караван вышел из города Исфартот после заката, через неделю после последнего видения.


 И вот  Леонардо, Георг и Арвин отправились с караваном в пустыню, используя карту с пометками, как основу для изучения её тайн.

 Первую гробницу они нашли почти сразу, спустя месяц пути по ночам. Но она оказалась обыскана ещё до них. Вход был безжалостно разрушен, вокруг лежали обломки бесценных статуй божества. Варварски разграбленная погребальная камера, своим видом вызывала ярость на мародёров. Другие охотники оказались быстрее и грубее.

 Князь Георг бесновался, срываясь на пустынных хищниках во время ночной охоты. А каравану пришлось двигаться к следующей цели.

 Они ехали на пустынных кораблях, когда спадала яростная жара, угрожавшая высушить беспечных путников досуха. Вампирам приходилось сложнее, чем людям. Они плохо переносили путешествие среди горячих песков, и даже зачарованные на охлаждение ящики для сна не спасали до конца от аномального дневного зноя. С рассветом караван вставал на отдых, разбивая лагерь так, чтобы укрыть всех от ветров и песчаных вихрей. Магические щиты давали защиту от хищников, а просторные палатки укрывали от солнечных лучей, выжигавших глаза и разум.

 Неделю за неделей они продвигались вперёд, ориентирами служили звёздное небо и магические компасы, карта и пометки на ней.

 Первая неудача ещё не означала полного провала, так что, в разговорах на стоянках наёмничий отряд делился планами на добычу. Вампиры в это время спали в ящиках.

— Когда я получу свои деньги, то осяду где-нибудь поближе к столице. Куплю себе домик возле оазиса и заведу парочку прекрасных жёнушек, — говорил один из них, грубым хриплым голосом, но тягучим мечтательным тоном.

— Э-э-э? Всего две? Почему так мало? Я собираюсь собрать вокруг себя гарем из красоток. Байер, ты слишком скуп, — более молодой голос звонкой насмешкой разносился вокруг.

— Аамон, это ты не понимаешь. Ты слишком молод и горяч. А я уже давно тут хожу. Я стал стар и ленив.  Двое это идеальный баланс. Одна тёмненькая, как абахарская кошка, вторая будет светленькой, как парлесуэнская лань. Страсть и нежность.

— Хм. Тебе не нравятся рыжие? Надо рыжую. Тогда точно будет баланс.

— Ах-ха-ха-хах. Аамон. Если две красотки ещё смогут договориться между собой, то третья внесёт раздор и перессорится со всеми. Ты глуп, как ишак, если не понимаешь этого.

— Скорее бы уже мы нашли эту гробницу. Я устал жевать еду с песком и пить воду с ним же. Хочу в город. К красивыми девочкам и нормальной еде и воде. Или не воде.

— А ещё вытряхивать его отовсюду. Ха-ха. Ты будто первый раз в походе. Пора было привыкнуть уже. Песок это море пустыни. Его вода. И волны. Найди красоту в этих бескрайних барханах. И ты увидишь всё с новой стороны.

 
 Подобные разговоры происходили регулярно. Сквозь летаргию Леонардо мог слышать их, где-то на грани сна и реальности. Она заставляли его морщиться своим не всегда скромным содержанием. Потрескивание костерка, аромат хвойного напитка, тихие разговоры, шорох песка. Оно всё откладывались где-то в подсознании молодого вампира.

 Бесконечная жажда в пустыне лишь усилилась, вынуждая вампиров экономить нужную для выживания кровь в пакетах и охотиться на местных теплокровных хищников, пока караван двигался ночью. Они по очереди уходили от каравана так, чтобы видеть транспорт и вернуться назад, не заблудившись в бесконечных песках.

 Леонардо поначалу не хотел охотиться со всеми, но жажда взяла верх над совестью. Он старался не убивать попусту. Пил понемногу и шёл за следующей жертвой. Горло саднило, а голова болела от жары. Тело было вялым и замедленным, словно он бежал сквозь болото или глубокий снег.

 Однажды между вампирами даже возник спор, кому идти первым.

— Почему я снова последний, князь? — Глава разведки возмутился, глядя исподлобья на Георга.

— Потому что ты должен завершать разведку, а твои подчинённые начинают её. Чем ты недоволен? Хочешь быть первым? Ладно. Брось с ними жребий, — князь Георг в этот раз не желал препираться попусту и пошёл на уступку.

 Он, прищурившись, смотрел на соклана, склонив голову набок, словно примериваясь свернуть ему шею для профилактики.

— Я имел в виду, князь, что наш провидец мог бы ходить попозже, я бы занял его место.

— Нет.

— Но почему?

— Потому что, я так сказал. Я не обязан тебе объяснять, если твоего ума не хватает понять самому, — голос князя Георга стал опасно спокойным.

 Леонардо хотел было вмешаться и уступить, но князь не позволил, надавив на него ментальным приказом молчания.

— Разве он не показал уже всё, что надо, князь? — Глава разведки не собирался сдаваться.

— Ты сейчас в шаге от того, чтобы я отправил тебя обратно. Или ты делаешь, как говорю я. Или собирай вещи и на твоё место встанет Альберто, — процедил Георг. —  Я мог бы проучить тебя. Но не хочу тратить силы сейчас на бесполезный бой.

— Как прикажете. Князь, — он всё же склонил голову, скрипнув зубами, и отошёл в сторону.

 Спорщик всё же сдулся. Конфликт казался исчерпанным. Хотя теперь Леонардо, почти постоянно, ощущал, исходящее от Главы разведки, раздражение. Он хотел бы сейчас быть где угодно, но только не здесь.

 Несмотря на все эти неудобства, вторая гробница была найдена, в начале второго года блуждания по пустыне. Редкие поселения возле оазисов были источником припасов, для продолжения поисков. Воодушевление князя Георга, в начале пути, сменилось. сначала глухим раздражением, а потом апатией. Затем он снова впал в очередной приступ радости, когда на привале увидел на горизонте очертания высокой полуразрушенной пирамиды. Они пришли к её основанию спустя сутки пути, не считая дневного отдыха. Она оказалось реальностью, а не миражом, как показалось при первом её проявлении на горизонте.

 Пирамида возвышалась над крохотным караваном огромной махиной, придавливая их своим древним величием. Князь Георг был уверен, что они нашли одну из трёх нужных гробниц.

 Они прочесывали весь лабиринт под пирамидой день и ночь напролёт, сменяясь по расписанию. Поиски погребальной камеры Агора затянулись на долгие пять с половиной месяцев. Иногда от лагеря они посылали отряды за новыми припасами до ближайшего оазиса. Путеводная нить магической малой тропы не давала заблудиться.

 Семь этажей подземелья внушали уважение и трепет. Древние строители не поскупились на размах. Гробница была невероятно большой снаружи, но внутри она оказалась ещё более огромной. Запутанные ходы иногда закачивались тупиками. А иногда пересекались между собой. Всё новые и новые проходы, иногда с комнатами, на разных уровнях, открывались один за другим, будто насмехаясь над упорством искателей сокровищ. Тусклые камни светильников в стенах давали достаточно света, чтобы не свернуть себе шею в какой-нибудь момент.

 Вампиры могли без опаски перемещаться в этих ходах даже днём. Там царила сухая прохлада, а в одной из откупоренных комнат подземелья они обнаружили искусственный источник с чистой водой и фруктовым садиком вокруг него.

 Это было не то, что они искали, но радости от находки это не умалило. Раз здесь нашлось такое сокровище, значит, велика была вероятность найти хотя бы одну из частей тела живого бога Агора.

 Разумеется были и другие, более ценные находки, но нужного глаза или сердца обнаружить не удалось. Все погребальные камеры оказались полной фикцией. Хоть и были защищены от проникновения сложными ловушками. Хотя наёмники, с огромным удовольствием, забили драгоценными трофеями свои походные мешки и несколько сундуков для князя с его отрядом.

 После второго провала подряд, который случился после исследования всех лабиринтов под пирамидой, почти весь караван пребывал в унынии.

 Это подорвало доверие нанятых охотников и часть из них отделились, забрав свою долю добычи, чтобы вернуться в столицу. Большая часть людей и нелюдей уже вымотались из-за бесконечного унылого пейзажа, непрестанной жары и неудач. Боевой дух упал ниже уровня песчаного моря, а уход части людей окончательно вогнал в тоску оставшихся.

 Всё же путешествие продолжилось. И последняя гробница с карты была найдена. Хотя, перед этим, им пришлось изрядно поплутать в поисках пути, когда караван заблудился в песчаной буре. Почти трое суток они были вынуждены прятаться под щитом, экономя припасы.

 В начале четвертого года, вход в древний безымянный пещерный комплекс выступил из песков, как символ надежды на победу. Почти целые статуи Агора охраняли вход, надёжно закрытый каменными вратами, высотой около семи человеческих. Рисунки покрывали их от самого основания до вершины. Повествовали о каких-то достижениях древних. Краска давно уже выцвела или облупилась под солнцем, но изображения были глубоко и тонко прорезаны магией, так что каждая из картинок сохранила свой кусочек истории для потомков.

 Врата были открыты силами вампиров. И снова бесконечные, на первый взгляд, лабиринты уводили их всё дальше от поверхности. В этой гробнице было больше ловушек, комнатушек-обманок и коридоров. Но когда была найдена главная погребальная комната, их опять ждало разочарование. Глаз здесь был. Когда-то. Его изображение оказалось выбито над алтарём. А вот место для вазы с самим глазом пустовало. То ли он сам переместился, то ли кто-то побывал здесь и теперь глаз ушёл к своему владельцу, было неясно.

 Это разделило караван на два лагеря. Одни требовали вернуться и оставить поиски, хотя бы на время. Другие желали до конца искать, упирая на карту и то, что метки могли быть поставлены не совсем точно.

 В итоге было принято решение о возвращении. Последнее слово оставалось за князем Георгом. Он не стал упорствовать, потому что видел, насколько озлобились те, кто был с ними. Рациональность всё же взяла верх над импульсивностью. После четырёх лет скитаний, они вернулись в цивилизацию.