20 Бунт

 Лео неожиданно замолчал. Он сидел рядом со мной, с закрытыми глазами, и бездумно поглаживал пальцами обложку книги, всё ещё лежащую меж нами на диване.

 Его верхняя губа приподнялась, обнажив кончики клыков, и он скользнул по ним языком, словно проверяя их остроту. О чём он думал в тот момент? Я не знал. Но вот он вздохнул и медленно открыл глаза, повернулся. И я снова увидел в его взгляде тоску, от которой сердце невольно сжалось в дурном предчувствии.

— Лео? — я не знал о чём его спросить, но нарушить его странное состояние мог только посторонний звук.

— А? Да, Бел, я тут. Просто отвлёкся, — взгляд Лео сфокусировался, наконец, на мне и тоска из его взгляда начала медленно опускаться вглубь.
 
 Её место заняла задумчивая настороженность.

— Не хочешь говорить дальше? Или не знаешь, как?

— Пожалуй, и то, и то. Но я расскажу. Просто я должен предупредить тебя, что следующая страница моей жизни может оказаться слишком шокирующей для тебя.

— Если мне будет не комфортно, я скажу тебе об этом и возьмём паузу. Но пока я хотел спросить тебя: Георг действительно сдался?

— М. Нет, — Лео покачал головой. — Поначалу я так и подумал. Но нет. После возвращения в Исфартот он собрал другой отряд. Однако, они продолжили поиски уже сами.
 
— А ты?

— А я остался с моим князем. В столице, — Лео горько усмехнулся. — Разве у меня был выбор? Я был тогда на грани истощения снова. На этот раз не от голода. Видения преследовали меня непрестанно. Я потерял контроль над даром. Князь Георг нанял лучших лекарей из ведьмаков. Но первый месяц после возвращения из пустыни, я и правда думал, и даже надеялся, что умру. Кровь Гризеллы кончилась. У меня началось болезненное отторжение и искажение дара.
 
— Но ведь это нелогично.

— Отчего же? Гризелла была всего лишь полукровкой. Пока её кровь поступала, я видел. Пусть и через ужасные последствия. А вот когда она кончилась, я попал в ловушку собственного разума. Без крови феи видения становились нестабильными. Они начали появляться бесконтрольно. Всё чаще. Было очень больно. Но дальше стало хуже, потому что регенерация перестала справляться. Тогда князь Георг нашёл выход. Он напоил меня своей кровью, смешанной с кровью сильной тёмной ведьмы...

— Неужели помогло? — я был изумлён.

— На какое-то время. Я смог перенести перелёт до Бриджпорта. А после поездку на поезде до Кармонта. А потом началось невыносимая борьба с самим собой и безумием.


Следующий  год Лео жил в постоянной зависимости от крови князя Георга. Смешанная с кровью одарённой тёмной ведьмы, она теперь составляла его основной рацион. Такой коктейль блокировал дар, не давая мальчику сойти с ума от видений и последующей ломки от них. Однако была и обратная сторона. Дар был нужен князю, он искал способы исправить то, что случилось. Он приводил фей в клан одну за другой. Некоторые из них даже приходили вполне добровольно за большую плату.

 Но их кровь оказывалась по большей части не слишком хорошей заменой. К чести князя Георга, он не стал возвращать Гризеллу. Потому что Лео поклялся, что тогда лучше умрёт в мучениях, чем станет пить её кровь снова. Да и, как оказалось, это было бы бесполезно. Древний князь Куамон ответил на письмо своего чада, князя Георга, где подробно написал всё о пробуждении прорицательского дара у вампиров.

 Оказалось, что от крови феи дар действительно пробуждался. Вот только кроме основных побочных эффектов, существовали ещё и скрытые. Они не сразу давали о себе знать. Убрать их можно было лишь кровью создателя. Но не навсегда. Для усиления эффекта нужна была не только кровь создателя и сильной ведьмы. Но ещё кровь единорога, отданная добровольно. Или кровь рода фей, чище той, что была в роду вампира-прорицателя.
 
 Это прозвучало приговором. Кровь феи можно было бы добыть. Даже упросить продать. Полукровок хватало. А вот чистые феи никогда бы не пошли на сделку, ради спасения вампира. А чистых фей вообще можно было отследить всех до одной. И их жизнь охранялась тщательно. Смертная казнь на месте для любого, кто причинил хоть малейший вред. Единороги же были легендой.


 Я прищурился на Лео. Мог ли Георг убить моих отца и мать ради спасения Лео? Эта мысль видимо отразилась на моём лице. Лео покачал головой, отвечая на мой немой вопрос.

— Князь Георг не убивал их. Я слышал об этом. Он обсуждал это убийство с Марианной. Рвал и метал, эта смерть порушила ему планы по поискам гробниц. При всей его необузданности  и несдержанности, князь не стал бы убивать их ради меня.

 Я не был в этом так уверен, но верил Лео. Почему-то верил. Его горькая убеждённость в том, что князь не стал бы так рисковать ради него, отчасти передалась и мне. Я кивнул и сделал ему знак продолжать. Говорить мне совсем не хотелось.

 
 Лео проводил ночи возле окна своей спальни, потеряв вкус к жизни вампира совершенно. Он смотрел на звёздное небо с мыслями о своей никчёмности. Потом злился на князя, копя в себе скрытый протест против его поступков.

 Князь Георг приходил на закате каждого дня со стаканом крови ведьмы в руке. Он усаживал Лео к себе на колени и поил его кровью ведьмы, а потом и своей, позволяя кусать себя в яремную вену.
 
 Потом он говорил с ним недолго и уходил по делам или на охоту. Лео снова оставался один.

 Злость скопилась, вылившись, спустя ещё год, в крупной ссоре с князем Георгом. Тот, как обычно, вошёл в спальню на закате с порцией крови для чада.

— Мой князь, может хватит? — Лео стиснул кулаки и шагнул назад от протянутого ему стакана.

— Что? Хватит? — князь Георг прищурился полным недоумения взглядом на Лео. — Сокровище моё, ты сейчас хорошо подумал о том, *что* и *кому* ты говоришь?
 
— Да. Я устал. Пора уже закончить это безумие.

— Каким образом? Заморив себя голодом? Сойдя с ума? Не неси чушь, мой дорогой Лео. Я найду способ. А пока перестань капризничать, как ребёнок, и выпей это.

— Нет. Просто убейте меня, мой князь. Я знаю, что можете.

— О-о-о. Да ты решил показать, наконец, характер. Жаль только, что не в ту сторону, куда нужно. Не хочешь лекарство добровольно, я дам тебе его силой.
 
 Князь поставил стакан на стол у окна, обойдя Лео стороной. А после стремительно кинулся на него, чтобы прижать к полу.

— Маленький дерзкий мышонок показал зубки. Давай проверим, годишься ли ты для схватки, — князь прошипел ему на ухо эти слова, пытаясь скрутить руки за спину.

 Лео в ответ зарычал и оскалился, но тут же получил сильный удар под колени и рухнул на пол. Схватка начиналась всерьёз. Князь сдерживался поначалу, нанося лишь поверхностные раны, но Лео безудержно отвечал. Изо всех сил он разжигал гнев князя своим сопротивлением и вскоре тот поддался на открытую провокацию. Они кусали и били друг друга, не щадя дорогих костюмов. Хруст сломанных рёбер Леонардо ознаменовал конец короткой потасовки.

 Он упал с проломленной грудной клеткой на пол, хрипя и продолжая извиваться в хватке противника, прижавшего его за горло.

 Наконец, князь Георг разглядел рану на груди мальчика, нанесённую в состоянии близком к безумию. Леонардо опасно затих, а его взгляд начал стекленеть. Сердце пока ещё слабо трепыхалось в развороченной ударом когтей груди. Но его биение становилось всё слабее.

— Я не дам тебе умереть, глупое моё сокровище, — князь прошипел это и вскрыл точным движением запястье.
 
 Тёплая алая жидкость плеснула сначала на рану в груди, а после полилась Лео в рот. Тот хотел отвернуться, но даже на это не хватило сил. Он чувствовал, как очень медленно начинает нарастать темп сердцебиения.
 
 Свободной рукой князь начал собирать его сломанные рёбра на места, сдвигал их по кусочкам с противным звуком.

 Лео закашлялся, кровь лилась почти напрямую в горло, но князь не собирался убирать руку, плотно прижав запястье ко рту.

— Пей ещё. Ты не вытянешь, если не выпьешь больше. Я виноват. Прости. Я знаю, что ты слишком нежный для всего этого. Но я не готов тебя лишиться. Только не так. Не от моих рук.

 Бормотание князя держало сознание на грани. Лео делал глоток за глотком. Холодная рука смерти начала отпускать и пришёл страх. Теперь смерть не казалась такой привлекательной, как раньше. Теперь он уже сам вцепился зубами в плоть, усиливая приток крови. Боль в груди стала нарастать. Он чувствовал её  даже слишком хорошо. Каждая разорванная мышца ощущалась отдельно, вместе со сломанными рёбрами составляя центр её средоточия. Регенерация превращала это в отдельную пытку, когда все ощущения удваивались и усиливались вдобавок вампирским восприятием.

 Когда же состояние стабилизировалось, Лео сумел посмотреть на князя. Тот сидел на полу, бледный, как труп. Его губы поджались в тонкую полосу и почернели. А взгляд потускнел. Лицо осунулось, став похожим на череп, обтянутый кожей под пышными спутанными волосами.

— Ты, — проскрипел князь. — Ты будешь наказан. Я сейчас слишком зол на тебя. Я мог убить тебя. Я не хотел. Но убил бы. Непременно. Поэтому завтра на закате ты уйдёшь с Марианной. Я сейчас восстановлюсь и позову её. И, не дай демиурги, ты попытаешься что-то сделать с собой за это время.

 Князь тяжело поднялся на ноги и вышел из комнаты, пошатываясь от слабости.


 Я, затаив дыхание, слушал Лео, а волосы на затылке начали шевелиться от ледяных мурашек. Да, сейчас Лео сидел рядом со мной и был... жив. Но мог бы погибнуть в тот день. И мы бы не встретились. От этой мысли стало неожиданно больно в груди. Но он выжил, а князь не дал ему умереть, вылечив от смертельной раны. Всё же кровь вампира создателя оказывается очень мощное средство.

 Лео смотрел на меня, неожиданно, с усмешкой:

— Я оказался не таким тихоней, как хотелось князю Георгу. Он не захотел убить меня, но решил избавиться, отдав в рабство к ведьме.
 
 В ответ на эту фразу, я качнул головой:

— Мне кажется, что ты понял всё не так.

— Бел, — Лео посмотрел на меня со снисхождением. — Я слышал это своими ушами. Он сказал это мне в лицо. Я спровоцировал его специально. Вывел на эмоции, заставил напасть. В тот момент я думал, что хочу умереть. Но даже на это в итоге мне смелости не хватило.

— Кхм. Если ты так уверен в своих словах, я не стану тебя разубеждать. Но всё же. Лео, ты правда думаешь, что он избавился от тебя, а не пытался спасти?

— От кого? От самого себя? Хах. Смешно. Он просто наигрался.
 
— В тебе говорит законная обида на него. Я понимаю это, слушая тебя. Но Георг именно, что пытался защитить тебя от себя и от него, — я вздохнул, даже мне было очевидно, что там произошло. А вот Лео всё ещё застилала ясность взора обида.

— Ты не прав, Бел. Князь чётко дал понять мне, что я просто игрушка, драгоценная, но всё же заменимая. Мой дар значил для него так много, что он отдал меня ведьме. Потому что она смогла создать зелье, которое помогало заглушить ненужные проявления дара. Он отодвинул меня от себя, потому что ему стало слишком хлопотно возиться со мной. Он переложил эту обязанность на ведьму, взамен одарив её неисчерпаемым источником драгоценных ингредиентов для самых мощных зелий.

 Лео говорил спокойно, но я видел, как сильно бьётся жилка на его шее. Его кулаки сжались и сам он напрягся всем телом.
 
— Расскажешь, что было дальше? Остальное мы всегда можем обсудить потом, когда твои чувства станут чуть менее явными, — я перевёл тему, не желая спорить с тем, кто не желает замечать очевидного.

— Мм. Пока ещё есть время до рассвета. Твоя горничная принесла кофе. Он вкусно пахнет. Пока ты пьёшь, я расскажу дальше, — он глянул на меня и в его взгляде не было уже ни капли обиды.
 
 Я поразился тому, как быстро он сменил настроение, умело спрятавшись в своей скорлупе. Мягкая улыбка украсила лицо, клыки спрятались под губой, а он откинулся на спинку дивана в расслабленной  позе.