Три тарифа, две ноги, один оргазм

Генри протирал стойку в сорок седьмой раз за вечер. Бар «У Генри» пах дешёвым очистителем, потом и жареными крендельками, которые уже три дня никто не брал. Полумрак скрадывал морщины на лицах посетителей, что было удобно — у половины из них кончилась подписка на «Гладкость кожи», и они выглядели как печёные яблоки.

Марк сидел за стойкой и смотрел в кружку пива с выражением человека, который только что узнал, что его любимая собака умерла. Но собака была жива — просто у неё кончилась подписка на «Виляние хвостом», и она теперь встречала его равнодушным взглядом.

Он поднёс кружку к губам. Сделал глоток.

Лицо его исказилось. Он зажмурился, поморщился, будто выпил уксусную эссенцию, и со стуком поставил кружку на стойку.

— Господи, — прохрипел Марк. — Генри, ты уверен, что это пиво, а не вода из-под крана с добавлением горечи?

Генри даже не обернулся. Его усы дёргались, потому что подписка на «Контроль мимики» уже вторую неделю была на минимальном тарифе.

— Марк, это крафтовое. Такое же, как вчера, позавчера и год назад. Проблема не в пиве.

— Знаю, — Марк отодвинул кружку и уставился на янтарную жидкость, которая для него сейчас была просто «мокрое». — У меня кончился «Вкус».

Генри наконец повернулся и посмотрел на него с сочувствием старого бармена, который видел всё: и пьяниц, и изменников, и людей, у которых отключили «Слух» прямо во время развода.

— И что, совсем не чувствуешь?

— Я чувствую, — горько усмехнулся Марк. — Я чувствую горечь. И то, что это мокрое. Всё. Раньше у меня был «Вкус Премиум 300». Я чувствовал в этом пиве карамель, хмель, послевкусие солода, даже нотки дыма! Я был как сомелье,
Генри! Это стоило сто долларов в месяц. Но они подняли до трёхсот. А «Вкус Про 1000» — за семьсот баксов!


— Семьсот? — Генри присвистнул и поставил перед Марком тарелку с солёными крендельками. — А это хоть чувствуешь?

Марк взял кренделёк, откусил половину, пожевал. Лицо осталось каменным.

— Солёное. Просто солёное. Раньше я чувствовал чеснок, паприку, подкопчённое сало. Сейчас — просто песок с солью. Генри, я живу в мире, где пиво — это мокрый картон, а крендельки — это солёные камни. Зачем вообще есть и пить?

— Чтобы не помереть с голоду, — философски заметил Генри.

— Я так и думал, — буркнул Марк. — Медленно. От отвращения.

Дверь бара распахнулась, и на пороге появился Тимофей.

Зрелище было эпическое. Тимофей опирался на два костыля, его левая нога безвольно болталась при каждом шаге, как сломанный маятник, правая — дрожала от напряжения. Он переставлял костыли — шаг — костыли — шаг, как робот с разряженной батарейкой. На пороге он споткнулся о коврик, выругался так, что старушка в углу перекрестилась, и продолжил свой крестовый поход к стойке.

Марк даже привстал, глядя на это представление. Тимофей добрался до свободного стула рядом с ним, попытался залезть на него, но костыль соскочил, и он чуть не рухнул на пол. Марк успел подхватить его под локоть.

— Осторожнее, дружище! — воскликнул Марк. — Ты чего? Что с ногой?

Тимофей с кряхтением вскарабкался на стул, откинул костыли в сторону и вытер пот со лба рукавом куртки. Лицо у него было красное, взгляд — уставший.

— Генри, — простонал Тимофей. — Мне то же, что и Марку. И побыстрее, пока я вообще не развалился.

Генри уже поставил перед ним кружку — он знал привычки своих клиентов.

Тимофей схватил её обеими руками, поднёс к губам и сделал огромный глоток. Кружка опустела на треть.

— Фух, — выдохнул он. — Живой.

Марк смотрел на него с любопытством.

— Тим, ты не ответил. Нога? Что случилось?

Тимофей поставил кружку и посмотрел на Марка с выражением человека, который готов рассказать историю своей жизни, но боится, что она слишком длинная.

— Слушай, Марк, — начал он. — Ты жалуешься на вкус. А я... Я теперь хожу на одной ноге с половиной. Всё из-за экономии.

Марк придвинулся ближе.

— Рассказывай.

Тимофей вздохнул и откинулся на спинку стула, глядя в потолок, где тускло мигала неоновая вывеска с рекламой нового тарифа «Дыхание Премиум».

— У меня была подписка «Ходьба Плюс», — начал он. — Две ноги, координация, устойчивость, даже функция «подъём по лестнице». Полный фарш. Стоит сто пятьдесят баксов в месяц. А я решил — да ну нафиг, перейду на «Ходьбу Базовую». Там одна нога в комплекте, вторая — опционально, в демо-версии. Думал, привыкну. Ну, хромой — и хромой. Люди же как-то живут с одной ногой!

— И что? — Марк уже забыл про своё безвкусное пиво.

— А то, что без подписки вторая нога просто перестала слушаться! — Тимофей хлопнул себя по левому бедру. — Она есть, понимаешь? Я её чувствую! Она тёплая! Но мозг не даёт команду «поднять». Она просто висит, как у трупа. Я ковыляю как пингвин с инсультом.

Марк невольно улыбнулся, но быстро спрятал улыбку.

— А почему не восстановишь? Денег нет?

— Денег нет, — кивнул Тимофей. — Потому что я должен был продлевать другую подписку. Более важную. Но это ещё не всё.
Он сделал ещё один глоток пива — на этот раз помедленнее, словно собирался с мыслями. Генри пододвинул ему салфетку, потому что Тимофей задумчиво капал на стойку.

— Это было в прошлый четверг, — продолжил Тимофей, глядя в кружку. — Я пошёл в супермаркет за продуктами. Стою в очереди на кассу. В корзинке — хлеб, молоко, колбаса. И вдруг...

Он замолчал и сделал паузу, как заправский рассказчик.

— И вдруг у меня на сетчатке всплывает красное уведомление. Я его вижу прямо в воздухе, как голограмму. «Ваша подписка "Координация Плюс" истекла 30 секунд назад. Для восстановления баланса внесите 49,99$».

— И что? — выдохнул Марк.

— А то! — Тимофей развёл руками, чуть не сбив кружку. — Я читаю это сообщение и уже начинаю падать! Вестибулярный аппарат отключился мгновенно. Я пытаюсь ухватиться за стеллаж с жвачками — он падает. Жвачки все эти подушечки летят в меня, я в них, мы все на полу. Я лежу среди жвачек, весь в них, как в снегу, и думаю: «Все ****ец, инсульт!»

— И что? — Марк уже смеялся, пытаясь скрыть это за кашлем.

— А потом я вспоминаю, что инсульт у нас бесплатный! — Тимофей сам расхохотался. — Это же базовая опция! Инсульт не требует подписки, его просто дают каждому, кто хорошо себя вёл. И я успокоился. Лежу среди жвачек, чувствую только мятный запах и думаю: «Ну нет, Тим, это не инсульт. Это просто кончились деньги».

— И как ты встал?

— Меня поднял охранник. Он уронил меня два раза, потому что у него самого кончилась подписка на «Силу рук». Но в итоге я дополз до кассы. Купил продукты. На такси доехал. Но ногу... — Тимофей похлопал по безвольно висящей левой ноге. — Эту я уже не восстановил. Денег нет. Теперь я — наполовину ходячий.

Марк смотрел на него с смешанным чувством ужаса и восхищения.

— Тим, ты герой. Я бы на твоём месте уже в депрессию ушёл.

— А я в депрессию и ушёл, — усмехнулся Тимофей. — Но она оказалась платной. Я даже на неё денег не нашёл. Так что теперь я просто злой и хромой.

Тимофей допил пиво, поставил кружку на стойку и повернулся к Марку.

— Ну а ты, брат? Я тебя слушал-слушал, ты всё на вкус жалуешься. А сам-то как? Что у тебя ещё кончилось, кроме пивного букета?

Марк усмехнулся и взял свою кружку. Сделал глоток, поморщился — привычно, почти рефлекторно — и поставил обратно.

— Тим, если я расскажу тебе про сны, ты мне не поверишь.

Тимофей пододвинулся ближе. Генри тоже прислушался, перестав тереть свой бесконечный стакан.

— Ну давай. Я хромой, у меня жена-робот, я готов к любым историям.

Марк глубоко вздохнул.

— У меня кончилась подписка на «Сновидения Премиум» месяц назад.

— На сны? — Тимофей округлил глаза. — Марк, сны — это бесплатно!

— Было. — Марк поднял указательный палец. — Было бесплатно. До января. Теперь есть «Сновидения Премиум» — цветные сны, с сюжетом, с запахами. Двести баксов в месяц. А есть «Сновидения Базовые» — чёрно-белые, без звука. Но я решил сэкономить. Решил, что месяц перебьюсь без подписки. Типа, просто закрою глаза и ничего не увижу. Сплю и сплю.

— И что?

Марк посмотрел на Тимофея с такой тоской, что тот на секунду даже испугался.

— Я ложусь спать. Глаза закрываются. И... реклама ****ь. Тим, восемь часов! Восемь часов я во сне смотрел рекламу!

Тимофей поперхнулся пивом.

— Чего?!

— Да! — Марк начал загибать пальцы. — Сначала приложения для знакомств: «Познакомься с идеальной девушкой за пять секунд!» Потом онлайн-казино: «Крути барабан, выиграй миллион!» Потом кредиты: «Возьми деньги под ноль процентов, отдай почку!» Я просыпаюсь — и чувствую себя так, будто работал в колл-центре всю ночь! У меня в голове до сих пор звучит этот голос: «Вы не поверите, но в нашем казино выигрывает каждый второй!»

— Ох, Марк... А жена что? Она хоть знает про казино?

— Она тоже видела рекламу, — буркнул Марк. — Мы с ней теперь вместе смотрим сны. Это наш семейный вечер. Сидим в кровати, ждём, пока нам покажут ролик про «Быстрые займы», и только потом засыпаем.

Тимофей перестал смеяться и посмотрел на Марка с искренней жалостью.

— А ты не хочешь восстановить подписку? Двести баксов...

— Двести баксов на сны, сто на вкус, триста на либидо... — Марк махнул рукой.

— Мне проще не спать, не есть и не хотеть женщин. Я стану монахом.

— Хотя у нас монашество тоже платное, — вставил Генри, не оборачиваясь.

Марк и Тимофей переглянулись.

— Серьёзно? — спросил Тимофей.

— Да. «Монашеский обет» — девяносто девять девяносто девять в месяц, — хмыкнул Генри. — Без подписки ты просто ходишь и говоришь «Господи помилуй», а обет не считается.

Генри поставил перед ними свежие кружки, снял фартук, сел напротив на свободный стул и понизил голос до заговорщицкого шёпота.

— Вы тут рассказываете про хромоту, про рекламу во сне... А хотите знать, что такое настоящая трагедия?

Марк и Тимофей переглянулись и синхронно кивнули.

Генри огляделся по сторонам, будто проверяя, не подслушивает ли кто, хотя в баре кроме них и старушки в углу никого не было. Он откашлялся и начал:

— Два месяца назад. Ночь. Мы с женой... ну, вы понимаете. Свечи. Ароматическая палочка. Музыка. Всё чин-чинарём. Я чувствую, что момент приближается, я уже готов, я...

Он замолчал и посмотрел в пустоту с таким видом, будто заново переживает кошмар.

— И тут у меня перед глазами появляется надпись. Розовыми буквами. С блёстками! Как в дешёвом казино! Я её вижу прямо в воздухе на уровне лба.

— Что там было? — выдохнул Тимофей.
Генри процитировал, глядя в потолок, как актёр на сцене:

— «Чтобы продлить удовольствие, отправьте смс на номер 545-ОРГАЗМ. Стоимость продления — 4,99 за 30 секунд. Для отключения рекламы оплатите годовую подписку "ОргазмБизнес" за 79,99 долларов.

Марк подавился пивом и закашлялся. Тимофей просто открыл рот и не закрывал его секунд десять.

— Генри... — прохрипел Тимофей. — Ты серьёзно?
Генри смотрел на них абсолютно серьёзно. Его усы дёргались, но голос был ровным.

— Я лежу, понимаете? Голый. Жена на мне. Свечи горят. Романтика. А я одной рукой держу жену, второй тянусь к телефону на тумбочке. Палец скользкий — я промахиваюсь три раза! Три раза, мальчики! Я пытаюсь набрать этот дурацкий номер, а она думает, что я в экстазе, потому что я дрожу. А я просто не могу отправить смс!

— И что было дальше? — Марк сидел на краю стула, забыв про своё безвкусное пиво.

— Я успел, — вздохнул Генри. — Отправил. Экран погас. Мы доделали. Но с тех пор я боюсь одного: что жена захочет снова, а у меня не будет денег на продление. Представляете, каково это? Лежать и молиться, чтобы подписка не кончилась в самый ответственный момент?
Тимофей задумчиво почесал затылок.

— Генри, а ты не пробовал перейти на тариф «Оргазм Эконом»?

— Там один оргазм в месяц, без послевкусия, — мрачно ответил Генри. — И звук как у ****ной микроволновки. Я лучше буду платить.
Марк сидел молча, переваривая услышанное. Потом он поднял глаза на Генри и сказал с такой обречённостью, что оба его собеседника замерли:

— Генри... я тебя понимаю. Но у меня хуже.

— Хуже? — Генри нахмурился.

Марк вздохнул и посмотрел в свою кружку.

— У меня год назад кончилась подписка на «Либдо». Понимаете? Это та самая штука, которая заставляет тебя хотеть женщин. Я думал, месяц без неё перебьюсь. Почитаю книжки, займусь спортом, отвлекусь. А без подписки организм просто... отключил всё.

— Всё? — переспросил Тимофей.

— Всё, — повторил Марк с пустыми глазами. — Я смотрю на красивую девушку и думаю: «Она, наверное, хороший бухгалтер». Я не хочу её. Никого не хочу. Жена сначала обижалась, думала, я разлюбил. А я просто не могу хотеть её! Это как пытаться завести машину без ключа.

— А ты пробовал завести через приложение? — съехидничал Тимофей.

— Там нужна подписка «Либдо Бизнес» с двумя желаниями в неделю и опцией «Внезапное влечение», — буркнул Марк. — Стоит двести пятьдесят долларов. Я выбрал пиво.

Он замолчал, и в баре повисла тишина, нарушаемая только гудением холодильника и бормотанием старушки в углу, которой, по всей видимости, тоже кончилась подписка на «Чёткость речи».
Тимофей перевёл взгляд на пустую кружку, постучал пальцем по стеклу и тяжело вздохнул.

— Ты думаешь, у тебя одного проблемы? — спросил он тихо.

Марк поднял на него глаза.

— А что у тебя?

Тимофей замялся, покрутил свою кружку в руках, помял салфетку.

— Моя жена. Она недавно решила сэкономить...

Генри насторожился. Марк пододвинулся ближе.

— Только не говори, что она отключила «Любовь», — сказал Марк.

— Она отключила «Чувство вины», — выпалил Тимофей, и в этом «выпалил» было столько боли, что оба собеседника сочувственно закивали.

— Чувство вины? — переспросил Генри.

— Да! — Тимофей поставил кружку и начал жестикулировать. — Она теперь вообще не чувствует вину! Ни за что! Она может разбить вазу — я говорю: «Ты чего?» А она: «Ну разбила. Завтра новую купим». Без тени сожаления. Она может забыть про мой день рождения — я ей: «Ты забыла!» А она: «Да, забыла. Слушай, ты хочешь жареную курицу на ужин?»

— Но это ещё не всё, — добавил Тимофей, понижая голос до шёпота. — Она вчера подошла ко мне и сказала: «Тим, я тебя не люблю».

Марк открыл рот, чтобы что-то сказать, но Тимофей перебил его жестом.

— Я чуть инфаркт не схватил. А она продолжает: «Ты чего паникуешь? Я просто отключила подписку на "Эмоции". Я же не злая, я просто равнодушная. Это как если бы у тебя отключили вкус. Ты же не злишься на пиво, ты его просто не чувствуешь».

Марк застыл. Тимофей посмотрел на него с горькой усмешкой.

— Понимаешь, брат? Ты жалуешься, что пиво не чувствуешь, а я живу с женщиной, которая меня не чувствует. И она сама в этом не виновата — у неё тариф «Чувство вины» отключён.

— И что ты теперь будешь делать? — спросил Генри.

Тимофей пожал плечами.

— Она говорит, что хочет подключить обратно «Чувство вины» и «Любовь» в одном пакете. Там акция — две подписки за четыреста пятьдесят долларов. Но она сначала купит себе новые сапоги. Потому что без сапог она чувствует себя несчастной. А вину перебьётся.

Марк, Тимофей и Генри сидели молча. В баре было тихо, только старушка в углу бормотала что-то про акцию на «Дыхание Базовое».

Продолжения рассказа не будет, у автора кончилась подписка «Скверный юмор Про»