История A гл. 15. Первый день оставшейся жизни

                Первый день оставшейся жизни


Щель между мирами, в которую попал Эль, была непреодолима за год или два. Три года ещё он находился в парадигме «вне закона» между взрослым и детским мифом. Жестокость ситуации заключалась не только в условиях дома, где повышались требования и исключались прежние возможности.

Не только в коварстве и безжалостности «двора», живущего по воровским законам. Не только в подавляющей и бесполезной концепции школы, которая и сама была бессильна перед подавляющими «понятиями» окружающей реальности. Нет. Жестокость воплотилась, в полной мере, в одиночестве.

Были, конечно и «островки добра» в виде странного друга Яши, который жил за несколько домов в сторону от Долины и умел виртуозно, но как самоучка, играть на гитаре. Он давал первые уроки и постановку пальцев, а также знакомил с творчеством Битлов и ПинкФлойд. Потом он спился.
Но Эль благодарен ему.

Были в Долине Роз, у дальнего озера, некие собрания людей, поющих под гитару. Но дождаться «своей очереди» и «права на исполнение» тоже стали скорее испытанием, чем ощущением «своих» в этом мире. Он был для них «дворовым». Он и выглядел как «дворовой», чисто внешне. Те же повадки и тот же лексикон… Но никто не увидел кто он. На самом деле.

И однажды Эль решил дать этому всему свой бой. Он больше не обращался к Небу. Помнил, чем закончилось его первое обращение. Помнил и молчал.
Печать безмолвия легла на его уста. Он стал молчалив и скрытен. Это дало ему накопление каких-то иных, таинственных внутренних сил, которые он и сам не знал, как определить, но чувствовал всем своим существом их присутствие в себе. Он подумал, что справиться сам. Что время пришло.

Однажды Эль собрался на местный стадион, в глубине дворов, где была постоянная и ежедневная сходка «дворовых». Он хотел дать им бой.
Он хотел выйти из игры.


- Это Ваш сын.
- Нет. Это не мой сын.
Родная мать его не узнала. В отделении милиции, куда её вызвали, лежало тело, с раздутым лиловым лицом, всё замызганное запекшейся кровью.
Как «это» могло быть её сыном?.. Её Алька.. Это какой-то… И тут её взгляд упал на знакомые вещи – свитер, брюки, кроссовки и шарф. Шарф!..
Его вязала ещё бабушка. Ни у кого такого нет. Это он. Эль.

Несколько месяцев ушло на восстановление. Но вот однажды мама сказала:
- Тебе тут нечего больше делать.

Эль и сам знал, что его цена «выхода из игры» оказалась чрезмерной и что его «победу над дворовым миром» никак не удержать, находясь здесь.
Надо было жить дальше. И жить по-новому. Ведь от получил, заслужил свою свободу!.. Он теперь может всего себя посвятить музыке!!! Ему бы только  инструмент! Свою гитару! Он смог бы тогда …

- Поедешь в посёлок Светлый. Учиться на тракториста, - сказала мама.
…..
…..
- Мама.. мне бы гитару…
- Вот там на гитару и заработаешь.

Всё. Точка.

Эль оторвался от виолончели. И улыбнулся. Когда он играет Сен-Санса, то воспоминания так живо встают перед ним! У Сен-Санса точно был особенный роман с виолончелью! Как он смог бы иначе так выстроить музыку, которая сливает музыканта с этим волшебным инструментом?

Эль закурил и подошёл к окну. Он был в мужском туалете Тираспольского высшего музыкального училища. Здесь такая акустика и так хорошо репетировать! Да. Он помнил, как сюда попал.
И посёлок Светлый, где среди юных «трактористов» он был лучшим гитаристом. И прекрасных девушек из Тираспольского театра, которые были там на гастролях. И, особенно, ту, одну, самую прекрасную из них, которая нежно шептала ему:
«Твоё место не здесь! Приезжай в Тирасполь. Там Музыка. Там я. Там ты…»

Как его за подобную «провинность» перевели из «трактористов» в «штукатуры». Помнил все эти пятна, одуряющую вонь растворителей и свою лучшую «творческую» работу на этом поприще.
Выданными «на зачётную работу» красками, он написал на фасаде училища короткое и ёмкое слово. Нечто из чисто русского фольклора.
Ему всегда нравился фольклор.  Из тут это сработало.
Он летел из училища кувырком до самого Тирасполя.
Но свою Коломбину и своё место в этом странном и прекрасном городе, наполненным музыкой, он нашёл не сразу…

Но это уже совсем другая история…

(продолжение следует)

24.06.2026