Дед на Достоевской

Старичок вышел из подъезда. Его встретили приветственными криками алкаши, стоявшие между подъездом и «Пятерочкой»:
— Ого! Смотри-ка, еще не подох!
Старик два дня не выходил из дома по состоянию здоровья.
— Ничего, я ж шучу, ты всегда будешь моим друганом! — похлопали его по плечу. Между тем Алексей, шедший следом за дедом, прошел вперед и оказался в магазине.

Быстро взяв энергос «Торнадо Шторм», арахисовый протеиновый батончик и небольшое пирожное, Алексей пошел к кассе. Здесь не было автоматов самооплаты, и на единственной работавшей кассе имелась надпись «Алкогольная касса». Сюда же сразу направился тот самый дед, теперь зашедший в «Пятерочку». Дед показывал батарейку и говорил, что ему надо спросить, есть ли здесь такая же. Алексей пропустил деда вперед, получив заодно возможность осмотреть его получше: кепка, видимо, еще советская; пиджачок и трость. Голубоглазый морщинистый дедуля, но при этом подтянутый, как поздний Лимонов...

Дед между тем начал жаловаться, что два дня не мог выйти из дома, что ему 89 лет. И что у него кончилась батарейка в электронных часах. Его «биологическая батарейка» между тем пока еще не кончилась: жизнь прочно утвердилась в теле «совковой» закалки. Дед вежливо пропускал вперед молодое поколение, которое в массе своей гибло от наркотиков, вейпов и ударов электрического тока. Почему-то цифровой мир бесконечного бесплатного знания не привлекал неозумеров так же сильно, как привлекал старинный брутальный аналоговый танатос.

Глядя на тело деда, Алексей пытался мысленно посчитать, сколько ему было во время войны. Получалось, войну тот прошел еще совсем юным мальчиком. Может, война их и закаляла, позволяя понять цену и ценность жизни? Когда у тебя всё есть, и не нужно выживать, это лишает необходимой дисциплины!

Очевидно, дед всякое перевидал за свои девять десятилетий жизни, любил, страдал, радовался и боролся за место в мире... Сейчас он походил на те дома, которые сносят по программе реновации: стены их помнят многое, но передать эти знания уже некому. Они уйдут в бездну, и на то же место придут новые стены.

У деда возникла путаница при оплате батареек, и Алексей помог ему найти нужную банковскую карту. Старичок был благодарен. Алексей пошел своей дорогой, а старый советский дед с «Достоевской» остался собирать разложенные документы, карты и прочие мелочи жизни. Его электронные часы еще проработают какое-то время, а глаза увидят еще не один новый день.