Хранители порога. Глава 14

Когда прозвенел звонок, Вика с Миланой вышли в коридор и остановились у окна, пропуская поток учеников. Антон задержался в классе — его перехватили приятели, с которыми он что-то оживлённо обсуждал.

— Слушай, — тихо сказала Вика, убедившись, что их никто не слышит, — мне всё-таки кажется, это он. Тот самый Дмитрий. Я не могла ошибиться.

— Ой, да успокойся ты уже, — Милана закатила глаза и нервно усмехнулась, поправляя выбившийся из идеальной прически локон. — У тебя часом не мания преследования? Сначала домик, потом кафе, теперь новенький. Может, хватит везде искать заговоры?

Вика хотела возразить, но в этот момент дверь класса снова открылась, и оттуда вышел Сергей. Он заметил их, ухмыльнулся своей привычной раздражающей ухмылкой и направился прямо к ним. Подошёл, встал чуть ближе, чем позволяли приличия, и окинул Вику оценивающим взглядом.

— Слушай, Морозова, а ты ничего такая стала, — протянул он. — Прям как модель. Я тебя сначала даже не узнал. Раньше-то ты вообще ни о чём была. Серая мышь. А сейчас — огонь! Может, сходим куда-нибудь? В кино, например?

— Да уж, Сергей, ты умеешь делать комплименты, — Вика криво улыбнулась, чувствуя, как напряглись плечи. — Но, знаешь, я, пожалуй, откажусь.

— Почему? — он выглядел искренне удивлённым, словно сама мысль об отказе не укладывалась у него в голове.

Вика уже подбирала вежливые слова, чтобы закончить этот неловкий разговор, но Милана вдруг резко шагнула вперёд, заслоняя её собой.

— Ой, да сгинь ты отсюда! — выпалила она с такой неожиданной яростью, что Вика вздрогнула. Глаза подруги сузились, голос зазвенел металлом. — Ты её не достоин, понял? Посмотри на себя! Чучело, ничтожество! Посмотри, как ты выглядишь! Словно твои родители — бомжи помоечные! Где ты вообще одеваешься, на помойке?

Сергей замер. Ухмылка медленно сползла с его лица, как растаявший воск. Он опустил взгляд на свой не слишком новый, чуть выцветший спортивный костюм, на старые поношенные кеды с отклеивающимся логотипом. Плечи его опустились, руки безвольно повисли вдоль тела. Он не сказал ни слова — просто развернулся и пошёл прочь по коридору, сутулясь больше обычного.

— Зачем ты так? — спросила она, и голос дрогнул. — Можно было помягче. Он и так бы отстал.

— Знай себе цену, — холодно ответила Милана, поправляя бретельку сумки на плече. Её лицо было совершенно спокойным, будто ничего не случилось. — Это не твой уровень, чтобы с таким вообще разговаривать. Сергей — человек второго сорта. Ему не место рядом с нами.

Вика моргнула, не веря своим ушам. Милана — та самая Милана, которая в младших классах заступалась за слабых, которая приютила бездомного котёнка с перебитой лапой, которая плакала над документальным фильмом про Холокост, — сейчас произнесла это. Спокойно. Без запинки. Как само собой разумеющееся.

«Она изменилась, — подумала Вика, и мысль эта обожгла холодом. — Или я просто раньше не замечала?»

Она ещё раз взглянула на удаляющуюся фигуру Сергея — он брёл, низко опустив голову, — и не выдержала. Что-то внутри требовало немедленно исправить эту несправедливость.

— Я сейчас, — бросила она Милане и быстрым шагом направилась за ним.

Она догнала Сергея в конце коридора, у лестницы, ведущей в спортзал. Он стоял, прислонившись к стене, и задумчиво ковырял носком кеда отклеивающийся уголок линолеума. Услышав шаги, он поднял голову и удивлённо уставился на Вику.

— Слушай, не обижайся, пожалуйста, — сказала она, чуть запыхавшись от быстрой ходьбы. — То, что сказала Милана... это было жестоко и несправедливо. Я совсем не разделяю её мнение. Правда. Ты не заслужил этого.

Сергей внимательно посмотрел на неё. В его глазах больше не было привычной нахальной усмешки — только усталость и что-то, похожее на благодарность.

— Хорошо. Значит, пойдёшь со мной в кино? — спросил он, прищурившись, и в голосе промелькнула его прежняя, чуть хулиганская интонация.

Вика невольно улыбнулась. Вот это уже был прежний Сергей.

— Нет, прости. В кино не пойду.

— Понял, — он вдруг улыбнулся — просто, открыто, без своей обычной ехидцы. — Ну и ладно. Спасибо, что подошла. Правда.

Он развернулся и зашагал по коридору дальше, но теперь его походка стала чуть легче, а плечи расправились.

Вика выдохнула. На душе стало немного легче, но тяжесть от слов Миланы никуда не ушла. Она вернулась к классу, где подруга ждала её, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая носком туфли.

— Уладила? — сухо спросила Милана.
— Просто извинилась за тебя, — тихо ответила Вика.
— Зря. Не стоило.

И в этом «не стоило» было столько холодного, безразличного высокомерия, что Вика впервые за долгое время почувствовала себя рядом с лучшей подругой совершенно чужой.