1640. Хуторская чертовщина. Хомячья тема

   Череда обычных будней, когда один день особо не отличается от другого, являла собой житейскую рутину с проживанием днём в шалаше и ночными прогулками у курганов.
         Втянувшись в этот не замысловатый график, иной раз нарушая его хождением в хутор или на огороды, чтоб вновь попасть в наезженную колею повседневного быта с удивлением отмечая стремительную смену дня и ночи.
         Особых или грандиозных происшествий с ним не приключилось, если только так по мелочи, на которые особого внимания не обращаешь.
      Все его бывшие опасения на счёт Щуся и Рогача отошли само собой, не совались они на его территорию и уже хорошо, как-то сидя на кургане, а это всегда было где-то ближе к полночи, наблюдал приходившего в его усадьбу ишака, к этому Заблудаю хоть и имел презрение, но оно со временем как-то обтёрлось и пригладилось, а вот прежнего желания с ним повстречаться уже не было.
     Предательство, пусть и косвенное, остаётся предательством, иной раз возникали сомнения, что ишака могли оболгать эти бесстыжие негодяи, но не пойди он в ту ночь с ними, у него об Богдане сложилось бы иное мнение.
         Бывали моменты, одолевала его скука, вспоминались беспечные и весёлые времена своих похождений с приятелями, оно бы вырваться на недельку другую, сменив обстановку, а с ним и настроение, да происшествия последнего времени принуждали безвылазно торчать на хуторах.
      Водилось за ним такое, что по голове не по гладят, благодарностей не объявят, а вот нарваться на неприятности это с большим удовольствием, а то и в кутузку загреметь большого ума не составит.
      Поди того же Борис Ефимыча, как только чекисты прижали к стенке, так всё что знал выложил и во всех подробностях, вот и разлетелись весточки во все концы, что разыскивается некий Павел Андреевич Пчёлкин, опасный преступник и бандит.
      Вот и приходиться временно скрываться на хуторах, а там прошествии некоторого времени всё это позабудется, тогда и возникнет возможность посетить ближайшие города и станицы, а то и заглянуть на Воды, попить нарзанчику и поправить своё пошатнувшееся здоровье.
       Хотя на счёт здоровья ещё можно поспорить, проживая в лесу, питаясь исключительно полезной пищей, дыша наисвежайшим воздухом, особо не утруждая себя физическим трудом, являл собой пышущего здоровьем индивидуума, которого хоть сейчас запрягай в плуг и к вечеру десятина земельного пая будет вспахана без особой устали.
         А вот на счёт работ, здесь вышло большое недоразумение, физический труд не входит в его ежедневные обязанности, не положено ему этим заниматься согласно установленному кодексом чести комитета тёмных сил.
        Есть небольшое исключение из этих правил, которое исключительно подходит для личных нужд, примером может служить вот этот шалашик, построенный исключительно его руками.
        И наоборот позволительно разрешено заниматься эксплуатацией, кого-то ни было, принуждать к работам, используя для этого любые методы морального или физического принуждения, присваивать себе прибыли чужого труда, да и много чего такого, чтоб только самому не пачкать рук непотребными делами.
         Одно из развлечений в свободной время, стало для него прозорливое наблюдение с каким рвением идут хозяйственные работы в новых хуторах.
        Поглядывая на их невероятную работоспособность и упорство к труду, дал им определение, как добровольных каторжан под присмотром собственной совести.
    Закуй его самого в кандалы и поставь над ним жестокого и беспощадного надсмотрщика, всё одно не смог бы изо дня в день, без всякого отвлечения на погодные условия, работать и гнуть свою спину с раннего утра и до позднего вечера.
          Удивлялся огромным скирдам с не обмолоченным зерном в них, а вскоре приходилось наблюдать, как те же скирды с каждым днём таяли, превратившись в мягкую солому и изъятого зерна из колосков. 
       Отдыхал он всем нутром и наслаждался, когда без особой разницы какая работа, сопровождалась оголтелым криком старшего в этом семействе, что обосновались у колодца.

        С каждым пройденным днём ночи становились длиннее, а рассветы всё холоднее, пора было призадуматься о поисках нового жилища, лето просвистело будто его и не бывало, а тут и осень не заметно подкралось, холодное по ночам и жаркое к середине дня.
          Пора было перебираться ближе к теплу, да об устроиться в хуторе, использовав для проживания заброшенный погреб Назара Савича.
      Строение сделанное с умом и продумано до мельчайших деталей и регулируемой вытяжкой, прочными стенами и крышей, покрытой толстым слоем дёрна.
     Не царские хоромы, но жить можно, а если под суетиться и сделать значительные запасы, то в холодные зимние морозы можно и не вылезать из своего прибежища.
        В одну из ночей оставив свой летний лагерь и не выйдя дежурить на один из курганов, обошёл в обход хутор и пробравшись по заросшему густым бурьяном сожжённого подворья Назара Савича, оказался у входной двери его достойного уважения погреба.
    Надо отметить, на унавоженной земле хозяйственного двора, как и у этой дубовой двери, заметьте, с уцелевшим амбарным замком, произрастали и жирели заросли местного бурьяна.
        Стараясь не нарушать целостности этой буйной растительности, подобрался к замку, заметно заржавевшему, на котором были замечены им изъяны, без всякого сомнения, кому очень не терпелось заглянуть внутрь, то ли силёнок не хватило, то ли ума оказалось с гулькин нос, а вероятнее всего то и другое вместе, но в погреб так и не сумев попасть.
       Возможно удалось удовлетворить своё любопытство, заглянув через не большие окошки, а убедившись, что там ничего полезного не нашлось оставил или оставили свою затею сбить замок.
     Взяв в свою руку увесистый замок, потрепал его в кольце проушины и определив значительный его вес, с ухмылкой на своей довольно роже произнёс.
-Здоров ты братец и крепок по своей конфигурации, тебя даже дурной силой трудно свернуть.
-Но имеется в тебе та самая слабость, нажав на которую ты легко раскроешь свою пасть, скукожившись на один бок.
-А ввиду того, что ты изрядно заржавел, придётся с тобой немного повозиться.
-Оно бы тебе внутрь керосинчику плеснуть или масличком помазать, чтоб ржа размякла, да где мне этого взять, нету по рукой, а ходить и выискивать не имею большого желания.
-Ты уж извини за мою назойливость и хамство, но мне придётся на тебя помочиться.
         Проявляя упорство и настойчивость, ковыряясь изогнутым гвоздем в дырке для ключа, потратив не менее четверти часа, что было большим расточительством потраченного им времени на открывания замка.
      Не будь замок ржавым, он с ним бы справился за пару минут, а то и того меньше, что ему этот замок, когда он вскрывал бронированные шкафы с секретными замками, однажды использовав для этих целей обычную каминную кочергу.
         Замок открыт и снят, а вот с дверьми придётся повозиться, не конкретно с ними, а с мусором, землёй, нападавших семян в самом низу и выросшим бурьяном.
      Вот здесь ему как раз и понадобиться приложить не малую силушку, упершись одной ногой в дубовый косяк, методом резких подёргиваний на себя двери, пытаться её приоткрыть.
     Несколько мощных рывков и стебли лебеды были свалены или срезаны у корней, грунт сдвинуть, образовался узкий проход, в который он протиснулся и оказался внутри.
    Желая осмотреться и не свалиться вниз по ступеням, зажёг спичку, в свете яркого огня, а он так и показался в полнейшей темноте, огляделся, у хорошего хозяина всё сделано по уму, вот и керосиновая лампа имеется на входе, только она пуста, испарился керосин, ничего не осталось.
     А вот былое богатство сальных свеч, заполнив своими потёками керамическую ёмкость наподобие полоской чашки.
        К тому же фитилёк торчит, чем не освещение в этом позабытом подземелье.
      Подпалив фитилёк и дав ему разгореться, ну и что, что потрескивает, так светит же, пуст тусклым светом, но это лучше чем спотыкаться в потёмках и передвигаться на ощупь.
         Осторожно спустившись по кирпичным ступенькам, был заметно рад, найдя здесь уцелевшие полки, а те что были широки, можно использовать как лежаки, да тут столько места, что всем хватит, имел он ввиду своих друзей Шобу с Песей, знать бы, где они сейчас обитают.
     Минутная слабость, с кем не бывает, вспомниться былое, взгрустнётся ненароком, а как подумаешь, так без них намного лучше и спокойнее.
       Для начала следовало бы смести многолетнюю, местами серую от пыли паутину, разогнать ползающих жуков чернотелок, навести чистоту на полках, вымести пол, вынести мусор и заняться заготовкой овощей на зиму.
         Где он это всё возьмёт, если на полях и огородах собран урожай, если что осталось, то самые крохи.
        А ни куда он не собирается ходить и тем более покидать пределы хутора, у него был достойный учитель в лице Васятки Харитонова.
        Мало того, что он дезертировал и прятался на чердаке от своих селян, а зимою перебирался на печку, так не сидел сиднем в своей хате, по ночам шастал по соседям, пополняя свои запасы.
      Лидке трудно было прокормить себя и Ваську, вот и подрядился он своей жёнушке помогать, какая ни какая, а польза была, с голоду не померли и на том спасибо.
      По первой соломы натаскать надобно будет, уж чего, а этого добра сейчас, считай, что в каждом дворе полно.
     На выходе, прямо у двери на гвоздике нашёл висевший ключ, без всякого сомнения это оказался запасной к замку, только вот одно смущало новосёла, как бы до него добрался Назар, если бы потерял свой, что носил в связке ключей при себе?
       Если логически рассуждать, то имелся и третий ключ в запасе, опять же хранился в тайне от своих родных сыновей, а в последствии жены и дочки.
          Доверять им доверял, но зная их слабый характер и сочувствие к бедным людям, от греха по дальше припрятал запасные ключи.
      Жаль, что ни за понюшку табака убили такого хозяйственного мужика, будь Назар сейчас жив, он, Злотазан, не в погребе мостил бы себе местечко для временного проживания, а жил на всём готовом, что тот барин, не зная лишних забот.
      Прошло, пролетело птицей то беззаботное время, теперь самому приходиться заботиться о себе, а иначе по другому не получается, таковы они капризы судьбы, при огромном богатстве приходится вести нищенский образ жизни.
       Оно ведь со своим золотом особо никуда теперь не сунешься, а сунешься по глупости признают за недобитого буржуя, золото изымут, а самого посадят в кутузку, а то и в Сибирь сошлют, как неблагонадёжного.
       Капкан судьбы не обойти стороной, куда не сунься, везде опасности подстерегают, вот он высидит на этом хуторе своё время, а как начнётся вольница НЭПа, а она уже началась, так и пусть в оборот малую часть своих золотых запасов.
       Но это будет потом, а сейчас, согласно личному постановлению, в силу вступает хомячий указ, тащить в свою нору, то бишь,  погреб, всё съестное, необходимое ему для пропитание в суровое зимнее время.
     С этого момента и начался отсчёт добываемых им продуктов.
        Ничем он не гнушался, тащил арбузы, тыквы, пряча их в принесённую им солому, капусту и морковь, как-то хозяева ротозей оставили на ночь картошку, разложенную для просушки.
        Вот и усохло пару мешков, потом диву давались, куда она могла подеваться и кому понадобилась, когда её в каждом дворе, этой картохи, хоть залейся.
         Брал всё, что попадалось под руку, кукурузы в початках принёс, сам не зная для чего и как её в дальнейшем использовать.
          Запасался чем мог, а всему причиной был азарт, возникший сам по себе, где-то распаляя в нём желание рискнуть и умыкнуть ради собственных амбиций, а у него их было хоть отбавляй.
       Ночные вылазки были чем-то сравнимы с выходами на работу, если получалось стащить чего нибудь ценного и полезного, то его начинало распирать от собственного достоинства и умения обобрать того или иного крестьянина, опять же, считая, что берёт своё с процентом за былые накопленные ими долги.
        А бывало, что всю ночь про кружит, исходит хутор вдоль и поперёк, а нечего полезного так и не удалось стащит, всё одно не возвращался же с пустыми руками, приносил с собой в мешке соломы или сена.

        Потихоньку и не заметно об устроившись и оборудовав себе лежбище на одной из широких полок, полёживал себе, да думы думал, как ему дальше жить поживать, да приумножить свои богатства. 
        Хоть и говорят, что дурак думками богатеет, но в этом и кроется главный смысл житейской ретуши, замалевав истинное положение вещей, что любая мысль материальна, только к этому следует подойти с правильного ракурса.
         Размечтавшись не на шутку и оказавшись под влиянием собственных фантазий, впав некую прострацию, летая где-то высоко под облаками, подумывал обустроить этот погреб наподобие фешенебельного покоя с со всякими изысканными вещицами.
       Вероятнее всего эти его несостоятельные фантазии могли увлечь его в такие роскошные замысли, что вернувшись обратно в реальную действительность, можно лишить себя хорошего настроения, разочаровавшись, глядя на всю эту убогость его временного пристанища.
        Но в данный момент стремительного полёта мечтаний вмешалось само проведение, решив слегка взбодрить мечтателя и взглянуть на эти вещи с более практичной стороны.
-Г-км, прошу извинение за своё внезапное вторжение,
                раздался гнусавый голос в его голове,
-но мне хотелось бы напомнить тебе о твоей же давней задумке.
-Только не надо меня перебивать и упрекать своим возникшим возмущением.
-Потом, как бы не рассыпаться тебе в своих любезностях ко мне, что помог натолкнуть тебя на вполне благоразумное действие.
-Как ты помнишь и мне тебе не нужно напоминать, что пребывая в подполье соседнего поместья имелся для подстраховки подземный ход.
-Для чего я тебе об этом напомнил?
-И чтоб не случилось с тобой большой беды, ты ведь успел натоптать заметную тропинку к этому погребу, хоть и извилистую, но в любом случае приводящую к дверям этого заведения.
-А теперь представь себе, что по какой-то дикой случайности тебя выследили, собрался недовольный твоими выходками народишко, пришёл сюда и попытался вломиться.
-Могу допустить, что добротные двери не сразу поддадутся их дружному натиску, но всегда в толпе найдётся умнейшая голова, подсказав довольно простецкий способ, взять тебя и выкурить.
-Это не составит большого труда высадить окошки и напихать бурьяна, а затем и подпалить, теперь можешь себе представить, когда это помещение заполнит удушливый дым?
-Куда деваться, коль некуда бечь?
-Сам же и откроешь двери, если не захочешь сдохнуть от удушья.
-А тут тебя и примут как родимого, приложатся дубинами по спине и куда попало, да давай палками по рёбрам прикладываться, будут мутузить до той поры, пока от тебя одно месиво останется.
-Подумай о реальности, летать будешь в своих фантазиях потом, когда у тебя  появиться тайный лаз.
-Благодарить меня не надо, сам имею в этом личную заинтересованность, лучше подумай, где и как оборудовать тайный лаз, о котором ни одна душа не должна догадаться.
-Не стану доставать тебя своим нытьём, а ты хорошенько подумай о моём дружеском наставлении.
          Действительно, а куда от этого денешься, когда восторженное настроение было испорчено в конец, прервав на самом интересном месте, да и он сам хорош, увлёкся, как тот хомяк сбором пропитания на зиму, а об отходном пути совсем забыл.
       Ещё там, в лесу, находясь в шалаше, имел место поразмыслить над этой темой, да в суете напряжённых событий окончательно позабыл про это.
     Верно было подмечено на счёт тропы, изрядно её натоптал, а как не натоптать, когда каждую ночь выходил как на работу, так ещё успевал сделать несколько ходок, перед тем, как забиться в погреб.
       Действительно чего не пользоваться в редких случаях тайным лазом, а саму дверь завалить кучей бурьяна, будто здесь никого и никогда не было, после того, как отсюда съехала в Прохладную семейство Савичей.
       Позаимствовав во временное пользование топор у старого что лунь деда Степана, что проживал со своим семейством по соседству, а у Давида Сайко умыкнул лопату, дав честное слово, после выполненных работ вернуть их своим хозяевам.
       Как говориться, инструменты неожиданно пропали из их дворов, а после не продолжительных поисков и бурных скандалов со своими родными, чтоб лучше приглядывали за своими вещами, вдруг и внезапно находились в своих же дворах. 
       Было бы обещано, клятвенных слов никто не произносил и не требовал, так что, как оно там дальше выйдет и получиться, никто не может дать гарантий.
       Казалось бери и копай, чего здесь сложного, да только работать наобум себе дороже выйдет.
      Нужен проект по земляным работам, простенький, но вполне надёжный, загадывая наперёд, не забывай поглядывать назад, как бы в дальнейшем не пришлось бы воспользоваться тем, что уже сослужило добрую службу, кто ж его знает и поймёт, чего будет дальше и по какой дорожке придётся идти к обещанному счастливому и лучезарному завтра.

                03 — 04 июль 2026г.