После школы

После школы мы гурьбой шли в книжный магазин. Там в тени полок с канцтоварами стоял барабан с лотерейными билетиками. Билет стоил 25 копеек, и на него можно было накопить, если не есть в школьной столовой булку с какао и проехать на троллейбусе хотя бы в одну сторону зайцем. Откуда были деньги у моих друзей детства, я не спрашивал. Мы покупали по одному билетику и, затаив дыхание, смотрели друг другу через плечо, пока тот вскрывал заветную бумажку. А потом либо страшно завидовали, либо безбожно над ним смеялись и ехидничали.
 
Однажды, я выиграл 50 копеек, но чаще мы выигрывали еще один билетик. А еще чаще ничего. Был случай, когда кто-то сорвал куш в 1 рубль, а Кеша - аж в три рубля. И тогда, наклонившись к витрине и пыхтя сопливым носом, мы долго выбирали и советовали чтобы ему купить на эту сумму. “Освоить” - как бы сейчас сказали.

Иногда, мы в виду отсутствия должного количества денег плевали на лотерею и шли в другую сторону, т.е. по прямой на свою остановку, а не непредсказуемыми зигзагами. Там, перед раскрытыми дверьми продовольственного магазина, стояла большая желтая бочка с квасом. Стакан стоил всего 3 копейки, а большая кружка - 6. На это деньги у нас были практически всегда, а если не было, то их можно было найти.

Мы, упорно глядя под ноги, шарахались вдоль и поперек ближайшего магазина, по автобусной остановке, да вокруг той же бочки с квасом, и обязательно каждый находил по монетке. Иногда даже хватало еще и на мороженное. Я помню как Бублик, единственный из нас, у кого в тот раз не было 10 копеек на мороженое, встал посередине гастронома и в отчаянии громко сказал, что ему позарез нужны 15 копеек и прямо сейчас. Монетку он тут же обнаружил почти у себя под ногами. В результате он лизал сливочное в вафельном стаканчике, пока мы, с завистью глядя на него, облизовались и ковыряли деревянными палочками молочное в бумажном.

А несколько раз у нас было особое настроение, и тогда мы перелезали через забор онкодиспансера, находили заветный колодец и, с трудом отодвинув деревянный щит, прикрывавший его ненасытное жерло, смотрели на дно, где валялись отрезанные руки и ноги. Становилось страшно! А потому мы уже через несколько секунд бросали колодец открытым и мчали назад к забору, поскольку меж нами ходили истории, что по территории больницы ходит страшный сторож, который ловит таких вот мальчишек и потом несколько часов держит их в том колодце.

Но лучше всего было напиться квасом. И от  событий вокруг желтой бочки остались самые приятные воспоминания. Во-первых, это было недорого; во-вторых, смешно... Однажды, я напился кваса столько, что не мог наклонить голову, он тут же выливался у меня из горла; а, в-третьих, обычно это были теплые солнечные дни, которые у нас потом всю жизнь и вспоминаются как детство. Ведь было нам тогда по 10-12 лет.

2026