26 Ковен

 Лео улыбался, когда говорил о Доме. И я понимал почему. А ещё я понимал, что Лео так и не понял, почему постоянно возвращался к Георгу в мыслях. И что пытался донести до него Георг своими поступками. Да, этот мальчик совсем не разбирался в чувствах. Он путался в них, постоянно принимал одно за другое, не видя сути.

 Я отпил кофе, вслушиваясь в его голос, запоминая каждое слово, которое слетало с его губ. Он в самом деле стал говорить свободнее, хотя его способ строить свою речь из рваных фраз иногда оставлял ощущение неправильности. Но зато довольно метко бил по чувствам. Удивительно было, что умело отсеивал важное в своих размышлениях обо всём, но при этом никак не мог понять одного единственного очень важного для него вампира и себя. Какие сложные отношения у них с Георгом.

— Ты устал? — Лео понял, что я отвлёкся.

— Нет, Лео. Не устал. Я просто незаметно отвлёкся на анализ, прости меня за это. Я не хотел.

— Ничего. Я всё равно не сказал ничего важного. Просто говорил про то, как раскладывал вещи по сумкам, когда проснулся на закате следующего дня.

— Тогда, не страшно? Верно?

— Нет. Совсем ничего страшного, — Лео сейчас выглядел расслабленным. Снова эта раковина спрятала его настоящего внутри.
 Он посмотрел на часы в углу, а я вместе с ним. Стрелки показывали ровно три. Он вздохнул и начал гладить складки на брюках кончиками пальцев.

— Не обижайся. То, что ты рассказываешь очень интересно, но твои чувства, эмоции, которые ты показал, когда говорил о доме, они важны. Я думал о них. И о тебе. И совсем немного о Георге. Неужели ты и правда считаешь, что он настолько бесчувственный?

— Не то, чтобы… Но его поступки говорят, что он ценит мой дар. Я нужен ему, потому что возможность увидеть прошлое и будущее это важно для клана, — он, как будто специально отгородился от правды этими словами.

— Кхм… Лео, ты только это видишь за его поступками? — захотелось рассмеяться, но я сдержался. — Георг ведь показывает не только это.

— Не знаю. Не хочу об этом думать. Хочешь, я расскажу тебе про ковен? Ваш, Фенкрофт Фоллский, — он довольно неумело перевёл тему.

— Хочу, расскажи. Местных ведьм я почти не видел. Изредка они приходили на общие городские праздники. Красивые, сильные и все в чёрном. Хотя вот их Верховная приходила всегда в фиолетовом.

— Виорелла.

— Да. Она самая. Очень сильная. Её силу даже амулеты не могут скрыть до конца. Потому она и Верховная. Значит, она знает тебя?

— Меня и обо мне. Марианна ей рассказала, но не всё. Она была довольная, как кошка, после кувшина сметаны. А Виорелла всё ходила вокруг меня и смотрела. Её сила обволакивала меня и подавляла, — Лео передёрнул плечами. — Она влезла ко мне в голову. Без понятия, что она там пыталась найти, но не нашла, потому что оставила меня, окинув злобным взглядом.

— Это случилось на следующий день после приезда в Фенкрофт Фолл?

— В Дом, — поправил меня Лео.


 Он разобрал все вещи, переложив их с сумок по полкам в большом шкафу. Едва успел закончить до прихода ведьмы. Она вошла без стука в спальню, когда он закрывал дверцу шкафа, держа двумя пальцами пакет крови.

— Твой ужин, дитя ночи.

— Моя благодарность вам, госпожа, — он склонил голову, забрал пакет, заставив себя подойти к ней.

— Хорошо. Ты уже вежлив. Тут воняет кровью, — она прищурилась и быстро обежала взглядом комнату. — Снова приступ?

— Простите, госпожа, да. Но ничего серьёзного не было. Пустяк, — ложь слетела с его губ без запинок. — Я не понял, к сожалению, что было в видении. Оно было настолько размытым, что я не смог разглядеть.

— Ничего. Бывает и такое. Сейчас ты нестабилен, твои потоки силы мешают друг другу. Я это исправлю. А пока поешь, переоденься во что-то приличное и спускайся во двор, к машине. У тебя ведь есть права?

— Да, госпожа, права есть. Как прикажете. Документы я возьму.

— Пфф… Давай, вот без этого, дитя ночи. Это не приказ. Это моя… особая просьба. Если я прикажу, ты это услышишь, — она усмехнулась и повела рукой в его сторону.

 Сжало и закололо: горло и запястья, одновременно, резко и болезненно. Он как-то сам не заметил, что вчера, после ванной, путы почти перестали болеть. А вот сейчас снова напомнили о себе, после пасса рукой.

— Я вас понял, госпожа. Ваша просьба будет выполнена, — на этот раз Лео поклонился ей чуть ниже, зато удавка связи почти сразу пропала. Она не исчезла до конца, но неприятные ощущения ушли, оставив лишь почти незаметное поскрёбывание.

 Хмыкнув, Марианна ушла, шурша новым платьем.

 Пакет был вскрыт клыками и выпит полностью. Он дополнил его одной ампулой крови князя Георга, чтобы полностью исключить саму возможность спонтанного видения. Как показала вчерашняя ночь, связи с ведьмой оказалось недостаточно, чтобы сила не вырывалась в неподходящий момент.

 Он переоделся быстро. Выбор пал на молочно-белый пиджак и такие же брюки из бархата, украшенные золотым позументом, и белую рубашку с кружевным воротником. Он задумался, стоит ли снять с пиджака брошь с клановым пауком, но так и не решился.

 Забрал волосы в небрежный низкий хвост лентой, в тон костюму, и вышел, едва не забыв забрать права. Вернулся, вытащил их из папки на столе. И уже со всей скоростью сбежал вниз.

 Марианна сидела на заднем сиденье чёрной махины, которую, по какому-то стечению обстоятельств, считала подходящей себе.

 Лео сел за руль и нажал кнопку зажигания. Мотор сразу же отозвался ровным урчанием.

— Езжай по дороге, дом сам откроет тебе путь к дому ковена. Только не гони, у нас есть время, — она дала указание и тут же погрузилась в чтение фолианта.

— Да, госпожа, — он ответил ровно и нажал педаль.

 Автомобиль плавно двинулся вперёд, а дорога и впрямь начала раскрываться сама, широкой лентой перед колёсами. Гладкая и прямая. Леонардо оставалось лишь следить за скоростью и вовремя нажимать кнопки на коробке и руле. За время пути он успел изрядно восхититься машиной, которая отзывалась на каждое нажатие так, как-будто была продолжением его тела. Было приятно хотя бы на время ощутить контроль, даже если это была всего лишь поездка за рулём чужой машины.

 Дом вывел их по прямой к воротам особняка ковена на берегу реки, за которой открывался вид на город и пристань. Река быстро бежала вперёд, звеня водой по порогам, перескакивая через выглаженные голыши и булыжники. Поднимала в воздух водяную пыль, сверкавшую в лунном свете невесомой прозрачной взвесью. Река пахла рекой. Свежей ледяной водой, от которой будет ломить зубы, если набрать её в рот. Мокрой осокой и камышами, хотя поблизости их было не видно. Каменный берег был девственно чист и не тронут растительностью. Разноцветные камешки хрустели под колёсами, пока машина не остановилась напротив ворот. Ненадолго. Вот они дрогнули и створки медленно раскрылись, пропуская их внутрь.

 Он медленно отпустил машину, позволив ей вкатиться за ворота, которые тут же закрылись за ними. А Марианна отложила книгу на сиденье и уставилась на Леонардо через зеркало заднего вида:

— Слушай меня, дитя ночи. Ты должен быть осторожнее с Виореллой. Она Верховная ведьма. Максимум уважения, даже если ты его не чувствуешь. И не давай слабину. Иначе задавит силой, просто, чтобы позабавиться. Будет лезть в голову, закройся. Вы это умеете лучше всех. Не бойся её. Она не причинит вреда. На остальных можешь не обращать внимания. Щиты ставь сейчас. Потом будет поздно.

 Он кивнул и закрыл разум, как учили в клане. Все мысли назад, оставив на поверхности лишь гладь воды, ровную, без кругов.

— Хорошо. Справился. Не безнадёжен, — прокомментировала ведьма, когда он бросил на неё быстрый взгляд в зеркало. — И не опускай его, пока мы тут. Не вздумай расслабиться. И держись поближе ко мне, на шаг позади. Для всех ты — мой новый помощник.

— Да, госпожа.


 Машину он остановил перед широким крыльцом из тёмного камня, чуть тронутого мшистыми наростами на углах ступеней и по нижнему краю вычурных перил, с пухлыми балясинами-кувшинчиками. На самом крыльце их уже ждали ведьмы. Шесть женщин разного возраста, но в одинаково чёрных нарядах. Отличались они лишь цветом волос и чертами лица. Стояли в линию и сверлили взглядами, полными неприязни и затаённого страха.

 Марианна из машины вышла после того, как Леонардо открыл ей дверь и подал руку. Выпорхнула на гравийную дорожку, едва коснувшись туфельками земли и тут же слевитировала на первую ступень лестницы, переместившись по воздуху. Гордо поднятая голова, расправленные плечи, затянутая в чёрный атлас фигурка, распущенные блестящие локоны до самой талии. И тугая папка из чёрного сафьяна с замком в руках.

 И вдруг Леонардо понял, что она тоже боялась. Вот этих женщин, что стояли наверху, смотрели со скрытой злобой и презрением. И тоже боялись. Все они. И он сам. Но Марианна умело прятала страх за осанкой, выпячивала свою красоту и уверенность им назло.

 Поднялась по ступеням, как взлетела. И они расступились перед ней, уступая ей.

— Давно не виделись, мои дорогие, — голос ведьмы растёкся патокой и обволок, — я так *рада* вас видеть снова.

 Леонардо уже успел догнать ведьму и встать у неё за спиной. Сосредоточился на щите и перестал слушать её голос. Он всё равно снова лгал. А остальные поздоровались так же лживо и сладко. Нестройным хором, который фальшивил каждым звуком, как расстроенный инструмент. 

 Они вошли, а он смотрел в спину Марианне, не вслушиваясь в шепотки за спиной. Не до них. Как и сказала она ему в машине. Они только жужжат, но не кусают. Хищница их ждала в кабинете, куда они вошли все вместе. Воздуха там было в достатке, он был напитан травами и чернилами, проникал сам, оставался в лёгких, оседая слегка пыльным послевкусием на языке. Но не был неприятным, скорее новым и интересным для разгадки всех его составляющих запахов и оттенков.

 А вот запах Марианны тут почти не ощущался. Леонардо даже не стал задумываться над этим сейчас, принял как должное.

 Зато отвесил низкий поклон статной женщине в центре кабинета, что смотрела на них, скрестив руки на груди и наклонив голову набок, точно сова. Её платье было глубокого фиолетового цвета, почти чёрное, с отделкой из тонких полос серебристого кружева на декольте и манжетах длинных рукавов. Непомерно огромный топаз, в форме груши, возлежал в вырезе платья главным и единственным украшением, которое подавляло своими размерами и источаемой им силой.

 Непростой камушек, но его носительница была ещё более непростой. Сила из неё вихрилась вокруг тела. Леонардо не видел её, зато чувствовал, как она закружилась вокруг него, ощупала со всех сторон. Бесцеремонно изучила, выплеснулась и перетекла к Марианне.

Лицо женщины в эти минуты скрывала тень. Но вот сила схлынула и женщина шагнула вперёд.

— Марианна, сестра моя, ты давно не приходила к нам. Я рада видеть тебя в этих стенах, — глубокий низкий голос, с шипящими нотками звучал довольно доброжелательно. — Представь мне этого милого мальчика.

— Госпожа Верховная, моё почтение. Это Леонардо Да Венчин, чадо князя Георга Меддвэла.

— А-а-а...— протянула та. — Тот самый, с талантом видеть сквозь время. Такой юный. Когда ты рассказывала о нём, я представляла его старше. А он совсем дитя.

 Она подошла ближе и Леонардо окутало нежным фиалковым запахом. Никакой тьмы, только мягкое касание нежных цветочных ноток. Чистых. Её сила может и давила, но она точно не была такой, как Марианна.

 Черты её лица нельзя было назвать эталоном красоты, но в ней были гармоничными: резкие чёрные прямые брови к вискам, тонкий нос с горбинкой и тонкие бледные губы, тронутые бесцветным блеском. Слегка выпуклые, круглые глаза смотрели изучающе, обстоятельно разглядывая каждую деталь. Глаза были тоже почти бесцветными. Он не мог точно сказать их оттенок. В одно мгновение они казались серыми, как грозовое небо, но в следующее уже отливали голубизной отражённого неба в воде. А спустя ещё миг становились зеленоватыми, точно нефрит. На фоне светлой кожи узкого лица они не терялись, напротив, забирали всё внимание на себя.

 Она подцепила острыми ноготками его подбородок и заставила поднять взгляд на себя.

 Глаза в глаза. Его буквально сковало её силой. Она надавила на разум, пытаясь пробить щит. Но тот устоял, только вода дрогнула, пустила круги и мягко оттолкнула чужое вмешательство в разум. Она сделала ещё несколько попыток, но каждый раз наталкивалась на щит. Она скользила по поверхностным мыслям, но никак не могла пробиться вглубь. Их противостояние прошло в полной тишине. Все замерли, не смея мешать. Марианна  лишь смотрела, хмурилась, поджав губы, и сжимала кулаки. Возражать не смела.

— Хм… — Виорелла отпустила, развеяла магию и хмыкнула.

 Отвернулась, окинув напоследок злым взглядом, потемневших до черноты глаз.

— А ты хорош в защите. Поздравляю, Марианна, ты, наконец-то, нашла полезного помощника ковену. Его ментальная защита выше всяких похвал.

— Я благодарю госпожу Верховную за похвалу.

— Бумаги привезла?

— Да. Вот, все тут. Договора обновлены и продлены. Новые заказы для ковена от клана Арах. Князь Георг передал на словах, что сотрудничество с нашим ковеном не будет прервано из-за неполадок в логистике. Но сроки поставок изменятся.

— Это ничего, — Виорелла уселась в кресло и посмотрела на ведьм. — Мы ещё покажем этим крысам, что с нами нужно считаться.

 Леонардо молча ждал. По спине бежал бы пот, но тело заледенело, так что он почти ничего не ощущал. Чужое вмешательство в разум он остановил, но ценой стали  слух, зрение и внимание.

 Он едва сумел заметить, что ведьмы уже обступили его со всех сторон и начали рассматривать. Вынырнул из колодца мыслей и насторожился. Марианна была занята обсуждением дел с Верховной, так что ведьмы слушали их одним ухом, занявшись молодым вампиром, точно он был диковинкой.

 Он не двигался, но дал понять взглядом, что руки к нему тянуть не стоит. Женщины вняли этому немому предупреждению, однако облапали его магией и жадными взглядами. Ощупали, взвесили, оценили. И он ощутил их зависть. Не к нему. Они завидовали Марианне. Густым и душным облаком мускусного духа зависть повисла вокруг, потекла от них к ней. Она же, с ухмылкой превосходства, глянула искоса на них из под ресниц, а Леонардо дала знак подойти и встать рядом.

 Он, неожиданно для себя, в один шаг оказался рядом с ней. Замер возле плеча. А ведьмы захихикали за спиной.

— Такой милый… — прошептала одна.

— Волосы выглядят как атлас, — вздохнула другая.

— Цвет глаз такой яркий, — отметила третья.

— А какая фигурка, — хихикнула четвёртая.

 Они без стеснения обсуждали его, их Верховная лишь неодобрительно нахмурилась, но не стала одёргивать. Марианна же полностью ушла в объяснения. Так что Леонардо просто закрыл глаза и начал вспоминать реку возле дома. И дорогу, по которой они ехали. Потом начал вспоминать машину и каждую деталь, что ему удалось в ней запомнить.

 Ведьмы разобрали Леонардо по косточкам, раздели догола глазами и словами, переодели во все мыслимые и немыслимые варианты костюмов, но сошлись на том, что выводить его в свет будет совсем не стыдно. Он переключился на слежение за стрелками настенных часов, считал секунды, не думал, держал щит. Липкие взгляды отодвинулись назад перед простым счётом секунд, стали не такими уж омерзительными, какими показались вначале.

 Марианна закончила разбирать договора и рассказывать о делах Верховной, больше часа потратив на пространные пояснения. А после она тронула его за плечо и указала на дверь.

— За мной, дитя ночи. Едем домой.

— Да, госпожа.

Он поклонился Верховной, кивнул ведьмам и стремительно выскочил за Марианной, пока она не ушла без него.

 Выдохнул с облегчением, когда оказался за рулём. И выдохнул ещё раз, когда машина выехала за ворота и быстро вкатилась на дорогу к Дому. Снова простая прямая вела назад. А он чувствовал, что ведьмы своими взглядами и словами вывернули его наизнанку, отчего в груди теперь ныло. Будто обновку для ковена обсудили: новую метлу для шабаша или котелок для зелий.

— Не куксись, дитя ночи. Они встретили тебя, на удивление, мило. Никогда раньше они с таким бережным вниманием не обращались с вампирами. Хах. Благодари свою внешность и свой дар.

— Да, госпожа, — отвечать не хотелось, но пришлось.

— Ты хорошо себя показал. Я тебя награжу. Чтобы у тебя был стимул.

— Как скажете, госпожа. Я… благодарен вам… Госпожа,— он так и не смог закончить фразу.

 Надо было бы сказать, что благодарен за доброту и заботу, но не смог. Не было их. От неё исходил только расчёт. Это была сделка.


А Дом встретил их открытой дверью и запахом леса. Леонардо припарковался перед домом, за десять шагов до ступеней, как было до отъезда. Вышел из машины и помог выйти ведьме. Сглотнул, как можно незаметнее, от её прикосновения хотелось отделаться поскорее. Но она сжала его руку и повела за собой. В свою комнату.