29 Награда

 Леонардо сидел ко мне в профиль, откинувшись всем телом на спинку дивана и глядя в потолок. Он размеренно дышал и его губы беззвучно шевелились, словно он вёл диалог с кем-то внутри себя. На секунду я испугался, что он упал в своё видение, а мне придётся воочию наблюдать потом его последствия. Всё внутри сжалось от этой мысли, а сердце пустилось вскачь, отчего кровь зашумела в ушах.

 Но вот он повернулся ко мне и тут же его лицо осветила улыбка. Та самая —  чистая, искренняя, полная абсолютного счастья и доверия, которая превращала его из вампира, в духоподобное существо высшего порядка. И сейчас даже клыки напоказ не могли испортить его красоты.

— Бел, у тебя получилось, — выдохнул он и мгновенно исчез с дивана, чтобы материализоваться передо мной и крепко обнять, обвив меня руками и спрятав лицо на моей груди.

— У *нас* получилось, — поправил я его и погладил по волосам.

— Да, — выдохнул он, с заметным облегчением, и плечи опустил, словно сбросил с них тяжёлый груз.

 Мы так и стояли, обнимая друг друга, пока часы не пробили полночь. За окном шуршали листья ив на ветру, кажется в какой-то момент начался дождь. Запахло влажной землёй и травой. Повеяло усилившимся ароматом сирени из сада соседей, донесло до нас, окутало, утешая.

 Лео спохватился, отодвинулся, всё ещё держась за меня, заглянул мне в глаза:

— Я должен рассказать тебе. Дальше. Я же обещал вчера.

— Если не хочешь, не нужно. Сегодня и так был трудный вечер.

— Хочу, — он поджал губы и в его взгляде я прочёл эту решимость, — я не устал. Мне становится легче, когда я рассказываю это тебе.

— Ладно. Тогда сделаем так. Я ненадолго схожу в кабинет, чтобы записать твой прошлый рассказ, пока он ещё свеж в моей памяти, а потом вернусь и мы продолжим. Ты — говорить, а я — слушать.

— Эм... А я могу пойти с тобой? Хочу посмотреть, что ты делаешь, как записываешь? Можно?

 В его глазах загорелось совершенно детское любопытство и предвкушение, сделав его похожим на лисёнка: ушки торчком, глаза горят, носик двигается в поисках чего-нибудь нового и интересного.

— Да, пойдём, — я невольно улыбнулся своему же сравнению.


 Кабинет встретил нас тишиной и запахом сухой чистоты, Силтра заканчивала протирать окно.

— Молодой хозяин, вам следовало бы пойти спать, уже поздно, — череп горничной, стоявшей спиной к нам, развернулся по оси, прощёлкав позвонками шеи.

— Да, Силтра, но пока я не могу уйти спать. Осталось слишком много дел.

— Мне жаль, молодой хозяин, что я не могу помочь вам во всём, — теперь уже само тело повернулось, пока череп мигал огоньками в глазницах на нас.

— Достаточно того, что ты уже делаешь, правда.

— Я закончила здесь. Если понадоблюсь, буду на чердаке, молодой хозяин.

— Спасибо, Силтра.

 После поклона, она вышла, а я загрузил стопку зачарованной бумаги и активировал артефакт записи. Он ровно засветился и загудел тихонько, готовый к работе.

— Можешь сесть в кресло, чтобы не стоять посреди комнаты, да и видно с него лучше, чем из-за моей спины.

 Лео послушно оказался в кресле, подался вперёд, с нетерпением уставившись на артефакт и приоткрыл рот в ожидании чуда. Я же положил руку на сферу записи и закрыл глаза, позволив артефакту считать мою память и перенести её на бумагу. В этот раз всё прошло на удивление быстро, не больше полутора часов я потратил на это. Стопка листков превратилась в корзинку свитков, каждый из которых был перетянут серебряной нитью с печатью.

 Их я убрал в шкатулку и отправил в архив, попутно отметив, что это уже третья шкатулка, которая заполнилась уже наполовину. Архивист внутри меня ликовал. Это ведь уникальный материал! Никогда ещё, до меня, никому не удавалось записать что-то подобное.

 Лео светился восторгом, но молчал, хотя ему явно хотелось высказаться.

— Ты можешь уже говорить, я закончил. Хотел спросить меня о чём-то?

— Эта штука, которая с шаром, откуда она?

— Артефакт для записи. Её изобрела моя первая инкарнация, чуть больше трёх тысяч лет назад.

— О-о-о, так это ты сделал? Обалдеть! Как? Погоди-ка...  Женщина? Ты был женщиной?! — изумление на лице Лео было не передать словами.

 Мои пальцы коснулись сферы, огладили гладко отполированный кристалл, гася артефакт:

— Да. Первое моё воплощение было женского пола. Я трижды рождался в подобных телах.  Это так. Но для души пола не существует, поэтому я не очень понимаю. Ты шокирован тем, что я был женщиной? Или самим фактом смены пола после реинкарнации в новом теле? — я сделал паузу, но всё же договорил. —  Это моё пятое тело, мужское. Пожалуй, оно меня устраивает больше прошлых.

— Я... Я не знаю что сказать. Это... Я поражён. Я подумаю об этом, ладно? Пока всё же я не готов комментировать, — он смущённо улыбнулся, а в глубине его глаз поселилось какое-то новое выражение, которое я пока не понял.

— Понимаю, — я улыбнулся ему и поманил на выход.

 Его реакция меня не удивила. Почти все люди реагировали так, когда узнавали, что феи меняют пол, после перерождения, хотя и не всегда. Этот факт знали сами феи, но до остальных это всё доходило редко, в искаженном виде. Вроде легенд о том, что феи по собственному желанию могут сменить пол в любой момент жизни. И ведь им верили.

 Мы вернулись в гостиную, где на столе уже опять исходил ароматом кофейник, а рядом с ним стояла моя любимая кружка и узорная тарелка с пирожными. Снова Силтра позаботилась обо мне, просто, по-своему, а я послал ей волну благодарности и получил безмолвный зеркальный ответ.

 Лео сел рядом, в нём всё больше пробуждалось желание быть ближе к собеседнику, чему я молча радовался. Он перестал зажиматься, хотя бы рядом со мной, довольно открыто выражая свою приязнь ко мне.

— Я вроде закончил на том, что мы приехали назад, в Дом.

— Именно так. Марианна собиралась тебя наградить.

— А... Да. Хотя я предпочёл бы не получать таких наград вовсе, — он криво усмехнулся и потёр переносицу, скрывая своё смущение.


 Марианна почти бегом протащила вампира по коридору до комнаты. Её торопливое цоканье каблуков почему-то тревожило, рождая предчувствие какой-то беды.
Тонкие пальцы с такой силой сжимали его запястье, что костяшки на них побелели, а ногти впились в кожу, оставляя глубокие следы.

— Мне больно, госпожа, — Леонардо попытался вырвать руку из хватки, но она даже не обратила внимания.

 Дотащив его до комнаты, она втолкнула его с силой и вошла сама, раздражение исказило её лицо, а ведь у машины она почти улыбалась.

— Я награжу тебя. Но мне нужна сила. Твоя. Ты знаешь, как её передать?

— Н-нет, — он сжался, глядя, как раздуваются её ноздри, а глаза сверкают какими-то злыми огоньками.

— Ты станешь моим мужчиной. Переспишь со мной. Сегодня ночью.

 Сердце ухнуло куда-то вниз, тело окатило ледяной волной отвращения и брезгливости. Коснуться её казалось чем-то немыслимым и до крайности мерзким.

— Не молчи, — она шагнула вперёд и попыталась притянуть к себе.

 На голых инстинктах он вампирическим шагом перенёс себя от неё подальше.

— Нет! Этого не было в нашем договоре!

— Дитя ночи, ты отказываешь мне? — её голос превратился в шипение, полное ярости. — Не смей. Мне. Отказывать.

 Её рука вытянулась и Леонардо упал на колени. Захрипел, скрутился в позу эмбриона на полу. Горло обожгло жаром и разодрало шипами, а руки будто погрузили в кипящее масло и надели на них браслеты из гвоздей, сжимавшихся остриями внутрь.

— Хр-р-ррр-р... Н-н-нет... М-можешь... убить...

— Глупое дитя ночи, — она уже села рядом с ним и наклонилась к лицу, — ты обязан мне. Но да ладно. Сделаем иначе.

 Ведьма резко встала и отпустила связь, позволив Леонардо дышать. Пока он приходил в себя, она металась по комнате, собирая на стол флакончики и мешочки.

— Я не ваша игрушка, госпожа. Я готов подчиняться, выполнять приказы, но не это, — он решил обозначить свой отказ.

— Нет. Ты сделаешь это. Если ты хранишь верность князю Георгу, то зря. Я сейчас покажу тебе кое-что. Это заберёт много сил, но я займу у дома. Ты должен увидеть *как* твой князь скорбит по тебе. Обещаю, тебе понравится. Или нет.

 Она зло расхохоталась.

— Я не стану верить насланным вами видениям.

— О-о-о... И не нужно, я покажу тебе воочию то, чем занят князь. Мы отправимся к нему порталом. Скроемся в тенях и посмотрим.

— Откуда вам знать, госпожа, чем он занят? Вы же были здесь, — Лео пытался держаться за логику.

— Пха-ха-ха-ха-ха... Дитя ночи, ты так наивен. Думаешь, я ему доверяю? Или он мне? Нет. Я следила за ним. Своим способом. Но раз ты настолько недоверчив, придётся навестить его. За мной!

 Она рявкнула последние слова так, что в ушах зазвенело. Схватила поднос с нужными предметами и направилась к двери, вбивая каблуки в доски пола, отчего на них остались круглые вмятинки.

 По коридору они дошли до самого конца, где за огромными дверями была портальная комната. Древесные корни и ветви образовали арку, внутри которой клубилась сила. Древняя сила самого Дома, настолько мощная, что была видна невооружённым глазом. Зеленоватые тугие жгуты силы сплетались меж корней и закручивались куда-то в бесконечную воронку, завораживая, восхищая и пугая одновременно.

— Я расскажу тебе кое-что, дитя ночи. Слушай и молчи. Не зли меня, — голос ведьмы снова дышал холодом и от неё потянуло запахом тлена сильнее чем прежде, перебивая лаванду её духов. — Я связала себя с тобой душами, потому что ты мог умереть. Князь Георг умолял сохранить твою никчёмную жизнь, потому что такой дар нужен. Не только князю, но и клану. Но если ты думаешь, что буду возиться с тобой из жалости, то нет. Ты должен доказать, что стоишь моих усилий. И если я хочу тебя, ты будешь моим. Потому что иначе, ты умрёшь. Ты понял меня?

— Да, — голос вампира засипел, он еле выдавил из себя ответ, — я понял вас, госпожа.

 Во время этого рассказа она быстро смешивала порошки и благовония, добавляла ароматные масла из флакончиков и неустанно помешивала их. А после хорошенько смазала этой смесью основание портала и прижала к нему ладони:

— Дух к духу, прах к земле, сила к силе, — голос Марианны глухо зашептал, — отдаю тебе дары, занимаю силу тени. Позволь пройти путём, сквозь пространство. Проведи в тенях, скрой от взглядов, пока не вернёмся назад.

 К концу этой просьбы, даже не заклинания, у неё со лба закапал пот, а кожа стала зеленеть на глазах, иссыхая на висках и вокруг глазниц. Превращая молодое красивое лицо в старушечью маску. Она хрипло дышала, из уголка её сморщившихся губ закапала слюна. И лишь глаза, сапфирово-синие, оставались по-прежнему яркими и молодыми.

— Иди ко мне, возьми за руку. Не отпускай, — Марианна шипела, как змея, сверля его взглядом. — Не вздумай выйти из теней. Идём вместе.

— Да, госпожа, — он подошёл и обхватил её влажную ледяную ладонь, помог подняться, и они вместе шагнули в завихрение силы портала.

 Сколько они летели, где и когда — он не понял, но зато запомнил плотное гудение, которое заставляло вибрировать всё его существо. И напор магии, что тащила сквозь пространство и время, будто арканом. Глаза ослепли, а тело не могло найти точку опоры, растерявшийся разум поплыл, полетел сквозь гул. А единственно реальным осталось лишь ощущение ледяной ладони ведьмы, сжатой его рукой. Её пальцы крепко держались в его ладони, не давая заблудиться в тенях.

 И после портала он какое-то время стоял оглушённый и ослеплённый, цепляясь за пальцы ведьмы, как за якорь, не дававший ему упасть от головокружения и тошноты.

— Открывай глаза. Мы на месте, — тихо прошептала ведьма ему на ухо.

 А Леонардо вдруг понял, что её запах исчез. Он не чуял, хотя она дышала ему почти в лицо. Открыв глаза, он увидел мир иначе, чем раньше. Сейчас он был чёрно-серым с ярко-белыми пятнами. Он поморгал, зажмурился, открыл глаза снова, но ничего не изменилось. Они стояли на незнакомой ему улице перед зданием. Оно было всё в чёрно-белых тонах.

— Это тени, дитя ночи. Мы спрятались в них. Они позволят нам увидеть то, что в другое время не удалось бы рассмотреть, — Марианна свободной рукой повернула его голову и заставила посмотреть на себя. — Ты увидишь всё. Смотри сам, лгу ли я о твоём князе. Но не выходи из теней и не отпускай руку. Я это напоминаю тебе, потому что ты можешь подставить нас обоих.

— Да, госпожа, я готов.

 Звуки растягивались и размывались, окружение плыло и зыбко подёргивалось, очертания предметов казались искажёнными и странными. Но вампир и ведьма беспрепятственно шли вперёд, незамечаемые никем. Вампиры и люди, игнорировали их присутствие. Ни одного запаха не нарушало эту нуарную эстетику. Клуб, а это был он, кипел и грохотал, как бурлящий котёл. От электронных басов дрожали стены и воздух. Они били под дых, выворачивали наизнанку и звали за собой на танцпол. Люди и вампиры смешались в шумной толпе. Однако, ведьма, с Леонардо на буксире, ловко вильнула мимо охранников в служебный коридор и заскользила вдоль тёмной стены до самого конца. Они вышли на тёмную лестницу и поднялись на второй этаж, где были вип-зоны для особых клиентов.