Гроза

    День был жаркий. Нет, зноя не было, несмотря на полдень, но солнце припекало. Легкий ветерок иногда шевелил верхушки деревьев, хотя эта прохлада на улицах города почти не ощущалась. С дерева на дерево, с крыши на крышу сновали разнокалиберные птички и своими трелями иногда оглашали округу. Шум городского транспорта часто заглушал их пение, а люди, движущиеся беспрерывным потоком в обе стороны, и вовсе его не замечали. Город жил своей обычной жизнью.

    На высокой церковной колокольне сидел ворон и зорко всматривался вдаль. Там, на горизонте , происходили еле заметные изменения, которые эта птица уловила своим особым чувством. На чистом, прозрачном, нежно-голубом небе далеко от города появилась темная полоса, которая становилась всё шире и шире. Потом эта полоса стала распадаться на отдельные облака, похожие на густой дым, и их становилось всё больше.

    Ворон громко каркнул на своем языке и степенно полетел куда-то в сторону. Как будто поняв его, замолкли птицы да и ветерок затих тоже. Воздух вдруг стал густым и осязаемым, а солнце на фоне темнеющего неба засияло так ярко, словно хотело отогнать этот мрак, но у него ничего не получилось и облака, слившись в огромную черную тучу, поглотили его и ни один лучик уже не мог пробиться.

    Первый разряд молнии разрезал пространство подобно ослепительной вспышке. Как будто раскаленный до бела клинок полоснул по небу. Замысловатым зигзагом молния в неистовом танце понеслась к земле, словно убегая от чего-то более страшного. Природа замерла в ожидании. И тут грянул гром.

    Это был не просто грохот, это был яростный рык, чьё эхо отражалось от крыш и стен притихшего города. Его раскаты волной катились вслед молнии и казалось, что еще чуть-чуть и он её догонит. Но молния увернулась и новым зигзагом расчертила небо, насмехаясь над сединами своего соперника. А тот не хотел сдаваться и его очередной раскат как будто расколол землю надвое и гулко ворча постепенно затих.

    Затем начался дождь. Он свалился на город, превращаясь из редких капель в плотную стену воды. Шум ливня стал всепоглощающим: он затапливал улицы, барабанил по стеклам окон и витрин, дробью отскакивал от асфальта и казалось, что дождь заглушил все звуки. Но это только казалось. В вышине снова исполняла свой танец молния, раскаты грома перекрывали шум дождя и все эти звуки сливались в единую симфонию хаоса и очищения одновременно. На какое-то время город затаился. Над ним бушевала гроза.