Хранители порога. Глава 5

Утро выдалось тихим и ясным — из тех, что в приморском городке случаются ближе к сентябрю, когда жара уже отступает, а в воздухе появляется та особая, чуть солоноватая свежесть. Вика, Антон и Милана неспешно брели по узким улочкам, ещё пустым в этот ранний час. Где-то лаяла собака, где-то слышались голоса — город просыпался лениво, нехотя.

— Ребят, а наш домик в лесу сохранился? — спросила Вика, остановившись и заслонив глаза от солнца ладонью.

Она часто вспоминала его — маленький, всеми забытый домик лесника на краю сосновой рощи. Когда-то он служил им троим чем-то вроде тайного штаба: убежищем от взрослых, от школы и скучных обязанностей. Там они собирались, иногда сбегая с последних уроков, пили дешёвый лимонад, делились секретами и строили наивные планы на будущее. Домик никому не был нужен, его давно собирались снести, но ни у кого видимо не доходили руки. Они же превратили ветхое строение в уютное гнёздышко: развесили по стенам наивные пейзажи в деревянных рамках, выкрасили доски в жизнерадостный жёлтый и небесно-голубой. Конечно, краска легла пятнами, но им казалось — вышло прекрасно.

— Сохранился, да, — Антон улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое, мальчишеское. — Мы туда сто лет не заглядывали.

— С тех пор, как ты уехала, — тихо добавила Милана, ковыряя ногтем ремешок сумки.

— Давайте сходим? Прямо сейчас, — Вика обвела друзей взглядом. — Я бы очень хотела на него взглянуть.

— Давай, отличная идея! — тут же загорелся Антон. — Мне и самому до жути любопытно, что там и как.

Милана поморщилась и переступила с ноги на ногу, цокая каблуками по выщербленному асфальту.

— Может, в другой раз? Не хочется что-то… В лесу ведь полно комаров, они меня заживо сожрут. Да и куда я в платье и на каблуках?

— Мы же почти у твоего дома, — мягко, но настойчиво возразила Вика. — Зайдёшь, переоденешься за пару минут. Ну пойдём, всего на минутку заглянем. Где ещё ностальгировать, как не там?

Милана замолчала, поджав губы. Тишина затянулась. Наконец она сдалась:

— Ну ладно, уговорили.

Но брови её остались нахмуренными, а взгляд — тяжёлым, и Вика заметила это. Впрочем, она списала всё на капризы подруги: Милана всегда не любила, когда что-то шло не по её плану.

---

Дом Миланы стоял почти у самой кромки леса — новенький кирпичный особнячок с панорамными окнами, чуждый этим диким местам. Ждать пришлось недолго: минут через десять подруга вышла, сменив платье и туфли на новенький спортивный костюм и белоснежные кроссовки. Выглядела она всё равно так, будто сошла со страниц каталога, а не собралась в поход по лесу.

— Ну, идем, кормить комаров и клещей, — буркнула она.

Они обогнули дом и углубились в лес. Сразу стало прохладнее: кроны сосен смыкались над головой, пропуская свет лишь редкими золотыми копьями. Воздух здесь был другим — густым, настоянным на хвое и прелой листве. Под ногами шуршала сухие листья, где-то далеко стучал дятел. Знакомая тропинка почти заросла, но Антон уверенно вёл их, огибая замшелые валуны и перешагивая через поваленные стволы, опутанные плющом. Вика узнавала каждую корягу, каждый поворот — и сердце билось всё быстрее.

Наконец деревья расступились, и они вышли на небольшую поляну.

Домик лесника стоял перед ними — и Вика замерла.

За пять лет он заметно обветшал, куда сильнее, чем она боялась. Яркая жёлтая краска облупилась, обнажив серые, потемневшие от дождей брёвна. В крыше зияли прорехи — нескольких досок не хватало. Дверь, которую они когда-то заперли на навесной замок, была распахнута настежь и жалобно болталась на проржавевших петлях, поскрипывая от лёгкого ветерка. Около входа, прямо на утоптанной земле, валялись пустые бутылки из-под дешёвого вина и россыпь старых окурков.

Сердце Вики сжалось до тошноты. Она уже начинала жалеть, что они пришли.

— М-да, не курорт, — тихо прокомментировал Антон, но шагнул вперёд первым.

Друзья переступили порог и оказались в полумраке. Внутри пахло сыростью, старой золой и чем-то сладковато-гнилостным. Комната была захламлена, но в полутьме угадывались знакомые очертания.

— Почти всё сохранилось! Даже картины на месте, смотрите! — Вика с замиранием сердца шагнула к стене, рассматривая незатейливые пейзажи в простеньких деревянных рамочках. Краски потускнели, бумага покоробилась от влаги, но они висели — так же кривовато, как когда-то. Она вспомнила, как Антон ловко забивал гвозди, найденные в старом ящике, а они с Миланой с энтузиазмом развешивали картины, смеясь и споря, какую куда.

— Осторожно, здесь осколки! — вдруг резко сказал Антон и схватил Вику за локоть, дёрнув назад.

Она опустила взгляд и похолодела. Весь пол перед ней был усыпан мелкими острыми осколками. Они мерцали в тусклом свете, сочащемся сквозь щели в стенах, — холодные, хищные искры.

— Ого, спасибо. Ещё шаг — и наступила бы, — выдохнула она, отступая назад и внимательно оглядываясь. — А это что такое?

Взгляд зацепился за несколько оплывших свечей, расставленных неровным кругом прямо на старом пыльном ковре. Воск застыл причудливыми белёсыми натёками.

— Похоже, у кого-то здесь был романтический вечер, — Антон криво усмехнулся, но усмешка вышла невесёлой. — А вот откуда осколки…

Он указал на дальнюю стену. Там, прислонённая к трухлявому бревну, стояла пустая квадратная старинная рама — всё, что осталось от большого прямоугольного зеркала. Кто-то разбил его вдребезги, и осколки разлетелись по всей комнате.

— Это… кровь? — прошептала Вика, чувствуя, как холодок ползёт по позвоночнику.

На полу, среди осколков, темнели несколько засохших пятен. Густой, почти чёрный багрянец, впитавшийся в старые доски.

— Фу, какая гадость! — Милана скривилась, отворачиваясь к выходу и зажимая нос рукой.

— Интересно, что здесь произошло? — голос Вики дрогнул. Она обвела комнату взглядом, пытаясь зацепиться хоть за какую-то деталь, которая объяснила бы увиденное. Но детали только множили тревогу: осколки, свечи, кровь, зловещая тишина.

— Да тут кто угодно мог тусоваться, — Милана говорила быстро и высокомерно, но в голосе слышалось напряжение. — Бомжи, наркоманы, подростки какие-нибудь… Давайте уходить, а? Посмотрели и хватит. Здесь пыльно и воняет, ужас просто!

— Да, ты права, — Вика сглотнула ком в горле. — И похоже, здесь небезопасно.

Они покинули домик быстро, почти бегом. Лес встретил их пением птиц и солнечным светом, но Вике всё равно казалось, что между лопаток ей дышит холодом та самая распахнутая дверь. Они шли обратно молча. Антон хмурился, засунув руки в карманы. Милана глядела прямо перед собой ледяным взглядом.

А Вике было грустно. До боли, до пустоты под рёбрами. Сколько часов она провела в этих стенах, сколько историй и детских секретов они хранили — наивных, глупых, но таких важных. А теперь видеть всё в таком плачевном, осквернённом состоянии было по-настоящему больно.