Бывшая любовь

рассказ, основанный на моей истории любви 
---

Слава всегда жил по принципу «красота требует жертв, но не моих денег». Он мог часами рыться в стойках дисконта, выуживая футболку с едва заметным браком за сотню рублей, и при этом чувствовать себя королем. Реплики известных брендов, купленные с рук, соседствовали в его шкафу с вещами, которые он носил по пять лет. Сюрпризы и подарки он не жалел только для одного человека — для Вероники.

Каждое воскресенье он приходил к ней с огромным пакетом: там были дорогие сыры, фрукты не из сезона, её любимые пирожные. Он сам почти не ел, отдавая последнее, смотрел на неё влюбленными глазами и чувствовал себя рыцарем. Вероника была старше, та самая «бальзаковская женщина», которая уже знала цену вещам и людям. Она принимала его подарки, его обожание, но в глубине души считала его инфантильным мальчишкой, который не может заработать на приличную жизнь.

Единственное, что Слава позволял себе без ограничений — это алкоголь. Не дорогой коньяк, а крепленое пиво и дешевый виски. Это был его способ заглушить чувство неуверенности, стать смелее, стать тем «крутым парнем», которого, как ему казалось, она заслуживает.

Грянуло как гром среди ясного неба. Пьяная драка, нелепая случайность, и Слава оказался по ту сторону закона. Его изолировали от общества.

Вероника не пришла к нему ни разу. Ни в следственный изолятор больничного типа , ни позже, когда его отправили на принудительное лечение. Она злилась. Вспоминала каждую копейку, потраченную на него, каждый его глупый наряд с распродажи. Ей казалось, что она была для него не женщиной, а «инвестиционным проектом». Она вычеркнула его из жизни, даже не попрощавшись.

Пока Славу кололи  нейролептиками в рехабе #5 Чеховского района , Вероника нашла Вову. Вова был на десять лет моложе Славы, перспективный менеджер с «культом еды» — всегда полным холодильником стейков и правильных углеводов. Водил он её в модные рестораны, дарил дорогие, но безликие гаджеты. Жизнь с Вовой была похожа на глянцевый журнал: правильно, стабильно, ужасно скучно. Он говорил только о работе и фитнесе, а его взгляд был нацелен исключительно в будущее, совершенно не замечая настоящего.

Прошло три года. Славу освободили.

Вероника случайно увидела его в парке. Он стоял у фонтана, и она не узнала его сразу. Исчезла вечная сутулость, плечи стали шире, в глазах — ясность и спокойствие. Он выглядел свежим, загорелым, поджарым. Он больше не пил и дышал какой-то новой, притягательной силой. Это был не тот мальчик с обложки дешевого журнала, которого она помнила. Перед ней стоял взрослый мужчина, прошедший ад и выковавший себя заново.

В тот же вечер Вероника рассталась с Вовой. Она поняла это с кристальной ясностью: она не любила Вову. С ним было удобно, сытно и правильно, но внутри нее была пустота. Она вспомнила те самые воскресные пирожные, которые Слава приносил, отказывая себе в обеде. Она вспомнила его руки, которые дрожали, когда он дарил ей дешевое колечко с бижутерией, но смотрел при этом так, будто вручает корону.

Она пришла к Славе с повинной. Рассказала всё: и про свои обиды, и про Вову, и про то, как поняла, что зря променяла его на сытую, но бездушную жизнь. Она плакала и просила второго шанса.

Слава слушал молча. Внутри него всё кипело. Он помнил каждую минуту одиночества, когда ждал её, всматриваясь в дверь. Она не пришла. Променяла его на гламурного мальчика.

Он принял её назад. Слишком сильна была старая привычка любить. Но внутри поселился холодный осадок, который не смыть даже самыми дорогими духами.

Вероника думала, что всё вернется на круги своя. Что он снова будет носить её на руках.

Но Слава был уже не тот. У него появились другие приоритеты: работа, спорт, восстановление жизни. Он больше не экономил на себе, покупал нормальную одежду и позволял себе есть то, что хочет. Он перестал быть жертвенным мальчиком. Он стал взрослым мужчиной, который теперь чётко знал: любовь без уважения к себе — это сделка с дьяволом.

Он смотрел на Веронику и видел её предательство. Он дал ей второй шанс, но её сердце ему уже не принадлежало целиком. Она получила того Славу, о котором всегда мечтала — сильного, уверенного, трезвого, — но поняла, что потеряла его навсегда. Потому что тот Слава, который любил её без памяти, умер в тот день, когда она не пришла. А этот — новый Слава — умел любить только себя. И это было его главное спасение.