Излука речки Синее

Светало. На востоке чуть- чуть побелело, разлилась малиновая заря. Малиновая полоска зари блестела всё ярче, ослепительней. Над излукой речки Синее оживал, курился густой туман. Отдельные клочья плыли, как вереница кучевых облаков, спешили скрыться от восходящего солнца.
Иду по береговой тропинке излукой, гляжу на высокие стати сосен, обрызнутые утренней росой. Синее- сине зеркало воды завораживало взор. Сосновый лес тянулся сплошным потоком вдоль её изгибистой излуки. Опрокинутые вниз темнели, отражаясь в синем зеркале воды  пролетающие низко белые чайки.
На синей рассветной воде тёмными точками обозначились дикие утки, то широко расплывающиеся, то собирающиеся в кучки. Утки крякали, кричали. В небе слышался свист и шелест крыльев.
Солнце припекало спину, на все лады запели певчие птицы. Куковала кукушка совсем близко от берега.Чёрными тучами вьются комары над излукой, чирковый селезень шлёпнулся в заводь, поднял брызги.
По левому берегу излуки врассыпную ёлочки - малолетки, а пяток из них выскочили к старой сосне. За сосной - малинник. Может, часа полтора собирал я душистую малину. Её нынче сильно много уродилось, шапочки ягод ярко - алые, легко снимаются со стерженьков. Лесная малина была сладка, чиста и ароматна. Ведёрко мой наполнилось до краёв.
С речной излуки тропинка сворачивает в лес. Перед глазами был смешенный лес с рослыми бородавчатыми берёзами, шатровыми елями, корабельными соснами. В лесу тихо, солнечно, приятно, над цветами - незабудками порхали две бабочки, гудели дружно пчёлы.   
Вырубили практически всё, что можно было пустить под пилу, и даже сверх того!
 В молодом подлеске дёрнулась незнакомая коричневая птаха:" Ты чей....ты чей..."-
слышался её философский вопрос сквозь густую листву кустов ивняка.
Под склоном поляны - ключ. На сломанном сучке орешника висел из берёзовой коры ковшик. Зачерпнул воды из ключа, напился. И сразу почувствовал облегчение, усталость как рукой сняло. Живая вода - лечебная вода.