Алхимик

— Значит ты из будущего.
— Да.
— И там остановилась жизнь.
— Да.
— Потому, что погасло солнце?
— Да.
— И последний запас энергии потратили на то, чтобы ты прошёл через пространство и время, и нашёл меня?
— Да.
— И сделал это я?
— Да.
— Значит у меня получилось. Я создал философский камень и теперь живу вечно.
— Но если вы не сможете найти способ зажечь Солнце заново, то замёрзнете вместе со всеми.
— А чем я занимаюсь, там, в вашем времени?
— Смешиваете элексир счастья с колой.
— Что?
— Вы создали рэд бул и подарили крылья целому поколению!
— Я воссоздал детей богов!
— Но Солнце покинуло наш мир, и мы погибаем!
— И я послал тебя в прошлое, чтобы спасти эту планету.
— Да! Начинайте уже что-то делать! Там, в будущем, ты не успел.

— Алхимия, мой мальчик, не терпит суеты. Это древнейшая наука, разговаривающая со вселенной языком тайных символов и знаков. Я научился варить золото, и, видимо, получил элексир бессмертия. Осталось придумать как заставить золото стать новым солнцем. Не смотри на меня с таким сомнением. Я уверен, что золото способно светить ярче солнца. А ты, пока займись чем ни будь полезным, например, расскажи про будущее.

— Да ничего интересного. Солнце угасло, но человечество боролось. Наука оказалась бессильной перед лицом действительности, и тогда люди пришли к тебе. К странному отшельнику, создающему удивительные вещи. Пока мир погружался во тьму, ты, подобно Прометею нёс огонь. Мотыльки, которых ты создавал, не просто светились, они излучали тепло, которого так не хватало нашему замерзающему миру. Но их было недостаточно. И ты послал зов, на который откликнулся и я. Простой мальчишка, обожающий возиться с глиной. Мы, то есть я с другими мальчишками, создавали тех, в чью грудь ты вкладывал то, что называл «Великое делание», а по-нашему – свет. Из тех существ, что лепил я – оживали все. Но я сделал немного только восемь. У других, оживали хорошо если один из десяти и светили гораздо слабее. Но мы так и не поняли, почему.

— Чем ещё занимались твои големы, кроме как давали свет?
— Спасали от стужи. Там, где они находились, образовывались небольшие оазисы жизни: оживали деревья и можно было что-то вырастить на земле.
— А любовь, любовь они дарили?
— Мастер, они же глиняные! Да и мы, те, что остались в живых, постепенно забывали, что это такое.
— Скажи, а ты лепил только мужчин?
— Да. Они выносливее и сильнее.
— И их было восемь?
— Да.
— Девятым вы вылепишь женщину. Прекрасную, хрупкую с виду, но умеющую любить.
— Я не понимаю, мастер.
— Видимо там, в будущем, я забыл самое главное правило…
— Какое, мастер?
— Чтобы получить золото, нужно уже иметь в себе золото. Чтобы возродить жизнь…
— …Нужно иметь эту жизнь внутри себя?
— Да, мой мальчик, именно так. И ты станешь её хранителем. И когда там, в будущем, наступит мрак, напомнишь мне о любви. И мы зажжём новое солнце и расскажем людям, что философский камень хранится в каждом из нас. Надо только вспомнить и поверить…