Сказка на ровном месте - 4

4. Слон и сосиски

Птица резко заткнулась. Как-то на полуноте. Сцапал кто, что ли? Оглянулась на своего Ферзя. Он такой, он может. Три раза уже из окна летал. Последний раз на соседский балкон справа спланировал на трясогузку. Хотя сама виновата. Нечего хвостом перед благородными котами вертеть.

Но мой любимец сидел на бортике и внимательно изучал меня.

- Ты что-то хочешь мне высказать? — не выдержала я его взгляда.

- Мррмяау. — многозначительно выдал Ферзь и отвернулся. У меня в голове сразу пронеслись около десяти вариантов перевода данной фразы. Но ни одна мне не понравилась.

И тут я поняла, что, во-первых, у меня уже нет сил, и я хочу спать. А во-вторых, я совершенно мокрая, и мне холодно. Развести огонь нечем. Вредная птицетётка ничего подходящего не дала, а вредный огонь не поделился и искоркой. Спать мокрой — воспаление на сто процентов обеспечено. Но не голой же спать, тогда. Здесь, конечно, никого нет. Но, а вдруг.

Решила, хотя бы хорошенько отжать пижаму. Да и тапку поймать надо. Что она там белеет одиноко в тумане бассейна голубого.

А по земле, действительно, уже начинал стелиться предрассветный туман. В темноте и так-то было плохо видно, где я нахожусь. Только вода блестела, а остальное было скрыто мраком. А с туманом даже сидящий метрах в двух от меня, Ферзь стал плохо различим. С другой стороны, и меня хуже видно, если кто подглядывает.

Поймала я свой кораблик. Пристроила рядом с братиком. Стала искать: как латы снять. Искала, искала. Нашла две проволочки. Красненькую и синенькую. Сразу вспомнились отрывки фильмов, где смельчаки пытались разминировать что-то. Или себя. И у них там стояла дилемма: какой проводок резать, чтобы не научиться летать без крыльев. Страшноватенько, знаете ли, сразу стало. А вдруг и я потяну не за тот проводок и полечу над лесом, аки орёл сизокрылый. Хотя какой из меня орёл в мокрой пижаме.

Интуиция орала: тяни красный. Логика тянула руку к синему: яблоки-то синие нужные были.

Вообще, моя железная логика мне по жизни очень мешала. Постоянно на пути интуиции лезла и с правильного пути уводила. Особенно я свою интуицию обидела, когда согласилась на должность начальника отдела. Чуйка просто горло сорвала: не лезь пока. Начни с помощника. Но коллеги так приголубили и расхвалили мои лидерские качества. Думаю: буду честной, лояльной. Не такой мегерой, как предыдущая. А там ведь и зарплата повыше. И не придётся самой над отчётами сидеть. Только собирать. Времени свободного больше будет. Приоденусь. Машину, квартиру куплю. Буду ходить на тусовки. Парня хорошего встречу, а то у нас на весь этаж из мужиков только охранник — дед Игнат. А на другие этажи специальные пропуски нужны.

Ага! Щазз. Мало того, что за каждой сотрудницей пришлось перепроверять то, что сдаётся. А ошибок там — «мама не горюй». Так ещё постоянно у них какие-то проблемы перед сдачей квартальных отчётов.

У Никитичны сноха-кукушка внука на свекровь сбагрила, а сама карьеру строит. Жалко старушку.

У Мальвининой муж ревнивый, если задержится она на работе, то скандал будет. Может и до развода дойти. А мне, зачем это надо — семью разрушать.

У Петуховой трое детей, а муж постоянно занят. Детей оставлять не с кем. У неё нет такой замечательной свекрови, как Никитична.

А Любонька первый год только работает. Дитя-дитём. Ей и доверить-то отчёт страшно. Ошибок, обычно, больше всех.

Вот и сижу я на работе и днями, и ночами. Одна в офисе. За всех отчёты доделываю. Отличные лидерские качества.

А вчера иду мимо курилки, слышу знакомые голоса.

- Ой, девочки. Я своих троих маме на месяц отвезла. Мы теперь с мужем молодость вспоминаем. Сегодня думаем в парк сходить, на роликах покататься. Циферки в отчёте я уже примерные нарисовала. Клуше нашей отдала. Пусть правит. Свобода!

- А я за этот месяц, прям по внуку уже соскучилась. Но невестка, молодец. Сама там всё разруливает. Меня не трогает. Сегодня опять на танцы пойду для тех, кому за пятьдесят. Там мне один вдовец уж больно приглянулся. Клуша наша отчёт доделает, премию получим. Нужно будет новую блузочку купить. Мальвина, а ты опять к любовнику поедешь, или муж из командировки вернулся?

- Нет пока. Так что мы сегодня со Славиком встречаемся.

- Каким Славиком? У тебя же Николай был?

- Это на прошлой неделе. Но мы с ним уже расстались. Любонька. А как твоя математическая конференция?

Я стояла и закипала, как чайник. Клуша, значит. А они на роликах и танцы. А эта, мелкая. Ни одного столбца правильно заполнить не может, и на конференцию. А Мальвинина по любовникам шатается и развода не боится, пока я с одним котом живу!

Вот, я им всем всё и раздала, всех отдала, всем надавала и уехала домой. Не справятся — не будет премии. Уволят меня. Плевать. Машину и квартирку я себе уже купила. Даже без ипотеки. Как-нибудь с котом устроимся. Главное из этого странного сна выбраться.

И, впервые в жизни, я послушала свою интуицию — потянула за красный проводок. Латы разделились на четыре части и упали с меня, как лепестки. Интересно, а что было бы, если бы я за синий потянула?

Из кармана пижамы я достала совершенно сухое вязание и яйцо. Сняла пижаму. Хорошенько её отжала. Встряхнула. Кот покосился, мявкнул и, по-джентльменски, отвернулся.

Облачаться во влажную одежду не хотелось совсем. И тут мой взгляд упал на вязание. Это оказался всё же носок. Сухой носок. Я решила померить. Он как-то странно стал растягиваться. Тянулся, тянулся… Я уже и вторую ногу в него засунула, уже и до пояса дотянула, и плечи прикрыла. Стою в этом носке, как в спальнике походном. Тепло. Сухо. Красота! Спасибо Алконост. И прости, что обзывалась.

Кое-как улеглась прямо возле бортика. Лежу, думаю. Чувствую на меня Ферзь забрался. Потоптался. Потянулся. Улёгся. Встал. Опять потоптался. Опять улёгся. На пятый такой заход, когда мохнатая попа оказалась у меня на лице, а хвост во рту, я не выдержала. Чуть отодвинула в сторону вязанный край. Кот тут же юркнул ко мне под бочок, свернулся калачиком и заурчал.

Проснулись мы с ним от очередного птичьего пения, когда уже солнце было почти в зените. Если честно, я надеялась, что проснусь либо на подоконнике, либо в кроватке. Логика обещала, что во сне спать сложно. Просыпаешься уже в реальности. Интуиция молчала. Видимо, была в шоке, оттого, что ею воспользовались по назначению.

Закрались сомнения: сон ли это. Паника тут же подняла голову и расправила капюшон. А так как змей я боюсь, то решила задавить её в зародыше и настроить себя в правильном русле. Это сон!

Пижама высохла. Тапки тоже. Оделась, умылась. Перекусила кусочком пирожка с яйцом. Ферзь тоже кусочек съел. Даже с хлебной частью. Чего это он? Набрала в кружку воды в дорогу. Латы надела.

Нда. Надела. Только они падают. Не держатся. Как мне теперь в них ходить. У меня руки только две, чтобы их держать. А частей четыре. Тут моя интуиция проснулась. Заулыбалась. Обнялись они с логикой — это впервые такое. Тяни, говорят, за синий проводок.

Я глаза зажмурила и потянула. Опа. Ничего. Вот, балда. Хотела же за синий потянуть, а дёрнула за красный и сижу, держусь за него. Опять зажмурилась, опять… Даже птица на время замолкла. С седьмой попытки я попала на синий проводок. Уже даже не зажмуриваясь. Хотя, может, поэтому и попала. И надо же. Сработало.

И вот я в сухой, можно сказать, стираной пижаме, в летних латах, с кружкой воды в руке и половинкой пирожка в кармане поворачиваюсь к вязанию.

Носка нет. Спицы лежат. Яйцо лежит. А вязания нет. Всё облазила. Нет нигде. И птица эта достала уже своей песней. Где моё вязание?! То есть не моё, но моё.

Прошлась ещё раз. Упёрли. Ну что за лес! Поворачиваюсь лицом к ёлкам и понимаю, что что-то не то.

Те ёлки, что стоят вокруг бассейна, или это колодец широкий, не знаю. Не суть. Так вот, они нормальные. Но из-за них выглядывает что-то странное.

Я все остатки своих «драгоценностей» собрала. Кота прихватила. Он уже и не сопротивлялся. И пошла смотреть, что там такое за ближней ёлкой непонятное торчит. Обхожу и застыла.

Огромные голубые ели держатся за землю своими ветвями и макушкой, расширяясь, не как обычно книзу, а кверху. На самой верхотуре виднеется ствол с корнями. Корни задираются ещё больше вверх и уходят куда-то в облака. Вместо шишек на ёлках сосиски. На одном из деревьев сидит слон. Он держится хоботом за ветку и пищит, через хобот, знакомой трелью. Так вот, что это была за птичка.

Ферзь тут же вырвался у меня из рук, подскочил к вкусняшке. Слон сделал странное движение глазами и замахал одной лапищей коту. Он, явно, хотел от чего-то уберечь Ферзя.

Не успел.

Мой любимец обожал колбасу и сосиски. Но я старалась ему их давать редко. Кто знает, из чего они были сделаны. Мне-то можно. А кота жалко. А тут их на каждой ветке — гроздьями.

Но как только Ферзь куснул один «плод», так сморщил нос, стал отплёвываться и… взлетать.

Я уже тоже было потянулась к ароматной продукции мясоперерабатывающего производства. Но увидев, что стало с котом, передумала. Не просто передумала. А бросилась спасать обжору. Поймала за кончик хвоста и притянула к себе. Кот был лёгким, как воздушный шарик. Теперь понятно, почему слон держался за ветку. Непонятно, почему травоядное животное позарилось на сосиску.

- Что за шиворот-навыворот — вырвалось у меня.

Земля тут же подпрыгнула. Ёлки друг за дружкой перевернулись и воткнулись в землю. Сосиски стали обычными шишками. Слон улетел. Так жалко его стало. Хорошо, что я кота держала.

- Ты пошто мою картину сломала? — раздался сбоку скрипучий расстроенный голосок.

Поворачиваюсь — никого.

- А, вы кто? А, вы где? Ау-у-у. — уточнила я.

Тут же возле меня появился маленький пузатенький человечек с красными щёчками и удлинёнными ушками. В курточке, шапочке, весь в листиках, и на одной ноге мой носок. То есть не мой, но мой.

- О, а вот и мой носочек. — воскликнула я.

- Вот я, чего звала. — одновременно со мной ответил человечек.

- Я вас не звала. — удивилась я.

- Это мой носок. — одновременно со мной огрызнулся человечек и спрятал ногу.

- Да, что я свой носок не узнаю. Я в нём спала, вообще-то. — возмутилась.

- Как это не звала. Ты же сказала: «Ау» — одновременно со мной настаивал человечек.

- Мяааууу — возмущаясь, протянул Ферзик, прерывая наш занимательный диалог.

Человечек посмотрел внимательно на кота.

- Если я его расколдую, что ты мне дашь? — хитро спросил он.

- А Вы всё-таки кто? — решила я уточнить, чтобы понимать, что ему лучше предложить: чашку, спицы или остатки пирожка. Могу, правда, ещё латы отдать. Вот с пижамой сложнее. Но за питомца любимого мне ничего не жалко.

- Аука, я, дурында. Сама же позвала, а сама же и не знает. Странная ты.

- А что ты хочешь, кроме носка? Носок ты у меня уже забрал. — уточнила я, переходя на «ты» (ему можно, а мне нельзя, что ли) и начиная вспоминать славянские эпосы. Что же там любили эти Ауки.

- Ну-у-у, не знаю… А что есть? — заинтересовался человечек.

И тут я вспомнила, что он любит играть. Кричишь Ау — откликается. По лесу водит. Если обидеть — может в чащу завести. Если подружиться — наоборот, выведет.

- А хочешь, мы поиграем? Ты спрячешься за одной из ёлок. Я крикну «Ау», ты отзовёшься, а я угадаю, за какой ты ёлкой. — во меня понесло с фантазией. Сама в шоке.

- Да-вай! — обрадовался Аука и исчез.

- Аука, погоди. Кота-то расколдуй. Мне с ним неудобно будет тебя искать. А улетит, я искать не буду. — сделав вид, что обиделась, прокричала я.

По веткам пробежал лёгкий ветерок. Кот тут же потяжелел. Я опустила его на землю. Не улетает.

- Ау. — крикнула я. Из-за каждой ели мне ответило эхо. Вот из-за каждой.

Сказать, что я растерялась — ничего не сказать. Интуиция и логика меня предали. Молчали основательно. Я осмотрелась и хотела уже показать на среднюю ель. Но тут мой кот прошёлся хвостом мне по ноге и сел мордой к одной из ёлок справа. А, была не была.

- «Быть или не быть, вот в чём вопрос. Достойно ль нам смиряться под ударами судьбы, Иль надо оказать сопротивленье и в смертной схватке с целым морем бед покончить с ними?» — начала декламировать я Шекспира в переводе Пастернака, подкрадываясь к той самой ели, на которую указал Ферзик. Хотя хотела рассказывать стишок Барто.

За елью, раскрыв от удивления рот и округлив глаза, сидел Аука.

- Нашла! — обрадовалась я.

- Какие мудрые слова, — одновременно со мной выдал человечек. — А ещё расскажи что-нибудь.

Эмм. Если честно, я не знаю, откуда у меня вылезло это в голове. Я даже не читала Шекспира ни разу. Запись спектакля как-то смотрела с Высоцким в роли Гамлета. Но это было один раз.

Тут сверху пошёл какой-то очень сильный свист. Нарастающий. Мы с Аукой и котом подняли вверх головы и застыли. На нас летел слон.

Аука хитро прищурился, набрал полные щёки воздуха и начал дуть в сторону слона. Бедное животное замедлило падение и мягко приземлилось, поддерживаемое воздушным потоком.

Вскоре я уже шла дальше по волшебному острову в поисках судьбы. Точнее, ехала на слоне. Рядом сидел Аука и спал, свернувшись клубком, Ферзик. Я читала стихи, которые помнила ещё из школьной программы, а человечек внимательно слушал, иногда, как эхо, повторяя за мной окончания фраз, которые ему больше всего понравились.

Стихов я знала мало. Всего три. Пошли сказки Пушкина, Чуковского, Ершова (в сокращении — как уж помнила). А мы всё шли и шли вдоль леса. Как будто по беговой дорожке в фитнес-клубе. И тут слон устал.

ПРОДОЛЖЕНИЕ...