Хранители порога. Глава 35

Вика нашла Антона у входа в школу. Он стоял, облокотившись о холодные металлические перила лестницы, и хмуро смотрел в телефон, но, заметив её, тут же выпрямился и убрал гаджет в карман. Вид у него был усталый — под глазами залегли тени, но взгляд оставался цепким и живым. Сегодня он был в своей любимой футболке с принтом из какой-то старой видеоигры, и от этого знакомого, привычного образа у Вики чуть отлегло от сердца.

— Ну что, как всё прошло? — спросил он, и в его голосе слышалось неприкрытое беспокойство.

Вика подошла ближе и встала рядом, прислонившись спиной к перилам и чувствуя, как внутри всё ещё пульсирует липкая тревога после разговора с подругой.

— Я поговорила с Миланой. Это было… странно. И страшно, — тихо призналась она. — Она не считает, что с ней что-то не так. Совершенно. Наоборот — она гордится тем, какой стала. Говорит, что наконец-то повзрослела и узнала, как устроен мир. А ещё она снова звала меня в «Эталон».

Антон нахмурился и повернулся к ней всем корпусом. В его глазах мелькнула тревога.

— И что ты ответила?

— Я согласилась, — Вика встретила его взгляд прямо, не отводя глаз.

На секунду между ними повисла тишина. Лицо Антона вытянулось.

— Вика… ты серьёзно? — он перешёл на полушёпот, словно их могли подслушать. — Я слышал про этот клуб. Говорят, там девушки просто пожирают друг друга. Зависть, жёсткая конкуренция, унижения. Это змеиное гнездо, а не место для нормальных людей.

— Но Милана там, — так же тихо, но твёрдо ответила Вика. — И я думаю… нет, я почти уверена, что источник того, что с ней происходит, — он внутри этого клуба. Это их идеология так меняет людей. Если я вступлю, я смогу понять, что там на самом деле творится. Кто за этим стоит. Может быть, даже найти способ ей помочь.

— Помочь? — Антон горько усмехнулся и покачал головой. — Вик, ты видела, как она себя ведёт? Она не хочет помощи. Она наслаждается тем, что делает. Наслаждается властью, унижением других.

— Это не она, — перебила Вика, и её голос прозвучал жёстче, чем она хотела. — Это то, что на неё влияет. Та самая тьма. Она проникла в неё, изменила, но где-то там, под всем этим, — настоящая Милана. Я знаю, что она жива. И я не брошу её, Антон.

Он посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом, в котором смешались восхищение её упрямством и самый настоящий, глубокий страх за неё.

— А что, если это идёт не снаружи? — спросил он очень тихо, почти одними губами. — Что, если она не жертва, а… источник?

— Не говори так, — резко оборвала его Вика. — Никогда не говори. Это Милана. Наша Милана. Мы дружим с ней с первого класса.

Антон вздохнул, потёр переносицу и вдруг чуть заметно улыбнулся — кривовато, но тепло.

— Ты упрямая, знаешь об этом?

— Знаю, — Вика тоже невольно улыбнулась в ответ, и от этой короткой передышки стало чуть легче. — Наверное, поэтому ты со мной до сих пор дружишь?

— Наверное, — хмыкнул он. — Ладно, экстремалка, слушай сюда. Если что-то пойдёт не так — если они начнут травить тебя, или давить, или случится что-то похуже, — ты немедленно выходишь оттуда. Сразу же. Без колебаний. Обещай мне.

— Обещаю, — сказала Вика.

Она не стала говорить ему, что уже всё решила: она пойдёт до конца, чего бы это ни стоило, и из этого клуба выйдет либо с ответами, либо не выйдет вовсе. Но судя по его взгляду — долгому, внимательному, полному боли и тревоги, — он всё понял без слов.

Прозвенел звонок. Они отлепились от перил и молча, плечом к плечу, направились в класс. Впереди их ждал долгий день.


***


После занятий Милана, не проронив ни слова, провела Вику через всю школу на третий этаж, в самый дальний кабинет, который обычно пустовал. Дверь за ними мягко закрылась, отсекая шум коридоров. Внутри было душно, шторы задёрнуты, и лишь несколько ламп дневного света заливали помещение холодным, безжизненным сиянием. За расставленными полукругом партами сидели несколько девушек — все как на подбор ухоженные, дорого одетые, с идеальными причёсками и одинаковыми, холодными, оценивающими взглядами. Вика быстро узнала некоторых: староста параллельного класса, капитан команды чирлидерш, девочка, которая всегда блистала на школьных вечеринках. Остальные были из параллельных классов. Все они смотрели на неё с тем же выражением, с каким оценщик разглядывает товар на аукционе.

— Это Вика, — объявила Милана, выходя вперёд, и её голос прозвучал как голос королевы, представляющей двору новую фрейлину. В нём не было ни капли прежней дружеской теплоты — только власть и холод. — Отныне она будет одной из нас. Прошу любить и жаловать.

Девушки молча переглянулись. Вика физически ощутила, как по ней скользят их цепкие, недружелюбные взгляды, оценивая каждую деталь: одежду, причёску, осанку, выражение лица.

— Садись, — Милана указала ей на стул в первом ряду, прямо напротив импровизированной «сцены». — Сегодня твой первый день. Просто слушай и запоминай. Вопросы пока задавать запрещено.

---

«Эталон» оказался устроен как жёсткая, беспощадная пирамида. Вика поняла это в первые же десять минут. На вершине, на недосягаемой высоте, сияла Милана — основательница, идейный вдохновитель и непререкаемый авторитет. Она стояла перед ними как гуру перед послушницами, и каждое её слово ловили с благоговением. Ниже располагались «избранные» — пять девушек, приближённых к королеве, её верный внутренний круг. Они носили на блузках маленькие серебряные значки в виде звезды и имели привилегию говорить на собраниях. Ещё ниже шли «достойные» — те, кто уже доказал свою лояльность, прошёл некие испытания, но пока не поднялся на самый верх. А в самом низу этой безжалостной иерархии находились «ученицы» — новенькие, которые не имели права голоса и обязаны были лишь молчать, слушать и подчиняться.

— Сегодня у нас новая ученица, — Милана медленно прохаживалась перед рядами, и стук её каблуков по линолеуму отдавался в тишине как удары метронома. — Вика недавно вернулась к нам из Америки. Она пока не знает наших порядков и наших законов. Наша общая задача — помочь ей стать Настоящей.

Вика сглотнула, чувствуя, как по спине бежит холодок.

— Настоящей — в каком смысле? — осторожно спросила она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.

Милана остановилась прямо напротив неё, и на её лице расцвела холодная, почти зловещая улыбка.

— Настоящей Женщиной, Вика. Той, которая знает себе истинную цену. Которая никогда не разменивается на ничтожеств и неудачников. Которая смотрит на мир с высоты своего положения и не позволяет никому тянуть её вниз. — Она обвела зал горящим, фанатичным взглядом. — Сегодня тема нашего собрания: «Как ставить на место тех, кто ниже тебя». Мы разберём основные приёмы доминирования и отработаем их на практике.

Вика до боли сжала зубы, чувствуя, как напрягаются скулы, но заставила себя промолчать. Медальон под кофтой начал медленно, но верно нагреваться. Она сидела, зажав руки между колен, и повторяла про себя как мантру: «Я здесь ради Миланы. Я узнаю, кто за этим стоит. Я должна слушать и запоминать, какой бы мерзостью это ни казалось». Мысль об Антоне, который ждал её снаружи, придала сил. Она выдержит. Чего бы это ни стоило.