Гралия Часть 7 Глава 6

Глава 6. Полный расчет

Жизнь выставляет счет, во всем тотальный учет.
Цифрой пронизан быт, песок на зубах аж скрипит.
Я разучился мечтать, но научился считать.
Хочешь иметь – заплати, не можешь – тогда отойди.
Думал, родился, чтоб жить, нет, я живу, чтоб платить.
Должен лишь я, но не мне, истина тонет в вине.
Рад я смотреть на детей, в их арсенале много идей.
Слышал, открыты все им пути, чтобы по жизни идти.

Кара Рок проснулся мгновенно. Что явилось причиной пробуждения, он не знал, но сразу почувствовал угрозу, повисшую во мраке. Зерт рывком поднялся, сев на своем лежаке.
Хотя часовые заботливо опустили полог, в шатре все равно было довольно-таки свежо. Незакрытые части тела замерзли, кисти рук потеряли желанную гибкость.
«Который сейчас час?»
Тишина давила на уши. Зерт поднялся на ноги. Он нутром чувствовал, что в шатре есть кто-то еще. Притаившийся незнакомец нес в себе угрозу.
«Не дело просыпаться в кромешной тьме, надо обзавестись ключником и армией прислуги, поход походом, но зерт должен иметь дюжину людей-теней».
Кара мог окликнуть стражников, стоящих снаружи, мысль вполне логичная, но интуиция подсказывала ему, что так делать не следует. Вместо этого Рок нащупал рукой приставленные к лежаку ножны и со свистом извлек из них клинок.
Зерт, несмотря на кромешную тьму, неплохо ориентировался в пространстве, так как хорошо помнил расположение предметов.
«Иду к выходу», – решил он и, не спеша, сопровождая каждый шаг взмахом клинка, рассекая им пространство перед собой, двинулся вперед.
Чем ближе к выходу, тем тревожное чувство становилось все сильнее и сильнее. Но это не был страх, это чувство Кара не испытывал, но четко ощущал присутствие следящего за ним недоброжелателя.
Шаг, еще шаг.
Внезапно зерт интуитивно осознал, что надо немедленно пригнуться, что он и сделал.
Мгновение спустя нечто, пролетев над его головой, с гулким шлепком соприкоснулось с тканью шатра и плюхнулось на пол.
Теперь сомнений не оставалось, Рок тут не один. Перехватив клинок левой рукой, Кара правой выхватил один из трех метательных ножей, висевших на поясе, тут же бросив его в сторону, откуда прибыл неведомый сюрприз, при этом сделав несколько шагов в сторону стенки шатра.
В ответ второй неопознанный предмет пролетел вновь мимо него и, врезавшись в стену, издав гулкий звук, плюхнулся наземь.
«Что за комедия!»
До выхода надо было еще идти и идти, а вот до плотной тканевой стены шатра просто можно дотянуться рукой. Рок, сделав основательный замах, рассек полотно и нырнул в образовавшийся проем, через который внутрь проник тусклый свет зарождающегося дня.
Холодный воздух омыл его лицо. Теперь не было необходимости таиться и зерт взревел:
– Стража! Ко мне, где вас всех кнезы топчут!
Но никто на призыв не спешил.
«Что за дела?»
Рок быстро обогнул шатер и оказался у его входа. Никого.
«Куда они делись? – пытался разобраться в случившемся Кара, держа вход в шатер в поле зрения и осматриваясь. – Или это стража пыталась напасть на меня в темноте?»
– Сынок! – раздалось из глубины шатра, Кара остолбенел, понимая, что его зовет мать.
Он не помнил ее лица, не знал имени, но безапелляционно принял истину, что это она и никто другой.
– Мама? – несколько неуверенно, слегка дрогнувшим голосом произнес Кара.
Мягкое, нежное чувство разлилось у него внутри. Рок медленно, словно боясь увидеть зовущую, стал поворачиваться на зов.
Буря чувств и ярких эмоций посетили зерта гральцев пока наконец бесконечный поворот не закончился. Как ни всматривался Кара в предрассветные сумерки, никого разглядеть не смог. От этого стало обидно, горькая желчь разочарования заместила собой уютное спокойствие.
И тут же он почувствовал резкую боль. Это холодная сталь вонзилась ему в спину.
«Какая нелепость!» – укорил себя Кара за то, что не смог вовремя заметить приближение врага, падая навзничь, двигаясь вслед за извлекаемым из него орудием убийства.
Последнее, что он увидел уже замутненным взглядом, это было слащавое, тошнотное и крайне самодовольное лицо Сырка, склоняющегося над ним.
Темнота не длилась долго. Кара почувствовал, как его кто-то трясет за плечо.
– Зерт, уже утро, вставайте! Вы приказали вас разбудить до рассвета!
«Я же мертв?» – недоуменно подумал Рок и, открыв глаза, увидел над собой не Сырка, а одного из ночных стражей.
Сев на лежаке и ошалело посмотрев по сторонам, благо свет, исходящий от масляной лампы, в которой кто-то услужливо запалил фитиль, неплохо освещал пространство шатра, он распорядился:
– Пусть немедленно придут мои младшие зерты, а мне принести теплого вина. Да, передай, чтобы Олий, прежде чем явиться сюда, узнал о решении Аслора и Тирта.
Часовой поспешил исполнить приказ.
Первое пробуждение со вторым роднил холод, царящий в шатре. Поэтому зерт поспешил размять непослушные суставы, отвердевшие ото сна, после чего, до прихода подчиненных, разобрался со всеми утренними процедурами, обдумывая при этом, к чему бы ему приснился утренний кошмар.
«… С одной стороны умереть во сне – это к долгой жизни, с другой…, что если это видение, сон в руку и сбудется оно буквально?»
Ход мыслей был прерван, пришли подчиненные. После короткого приветствия вошедшие стали занимать свои места. Как всегда с левой стороны от командующего расположились представители знати согласно величине и уважению, что имели их родовые имена – Таск Саваат, Каиль Хоил и Кеслон Атои. С правой стороны находились свободные, но не являющиеся высокородными – Олий, имеющий заслуг более других вместе взятых, чуть поодаль расположился Т'Одл.
– Как прошла ночь?
– Без происшествий, – доложил отвечающий за караульную службу Т'Одл, лицо которого красноречиво свидетельствовало о недосыпе.
– Отлично. Олий, что насчет решения Аслора и Тирта?
– Согласны.
– Вот и ладно. Во истину утро вечера мудренее. Как себя чувствует Сырк?
– Когда я проходил мимо места его содержания, – слегка раздраженным тоном пояснил Олий, – этот малый, сослуживший нам неплохую службу, мирно похрапывал.
Тон подчиненного, как, впрочем, и его отношение к доносчику, были понятны Року, как-то реагировать на это он не счел нужным. В голове у Кары созрела интересная комбинация, которую ему хотелось сегодня разыграть. Сырку в ней отводилось особое место.
– Мы находимся на полпути к нашей цели. Анарикор за нашими плечами, тактика, как действовать на вражеской территории, выработана. Разобравшись с этими первостепенными задачами, пришло время обсудить наши дальнейшие планы, которые требуют корректив. Основное направление нашего движения и поведение на землях Грилота остаются прежними – рекрутируем новобранцев, слаживаем их, идя к заставе Кембри. Но возникла серьезная проблема. Появление ее не является неожиданностью, но лучше бы было для нас, если она воплотилась в жизнь как можно позже. Не для кого не секрет, что местные кануты не на шутку недовольны нами. У меня есть точные сведения о том, что они в ближайшее время планируют поохотиться на нас. Надо подумать, как или избежать встречи с ними, или минимизировать наши потери, когда это случится. Кто хочет высказаться?
Зерт, ожидая бурю по сути справедливых упреков в свой адрес, окинул взглядом присутствующих. Как и следовало ожидать, Олий поднял руку первым.
– Раз уж все настолько испортилось, то надо зайти в ближайший варт, изъять всех лошадей и максимально быстро двинуться по прямой к заставе Кембри. Будем уповать на скорость. Поэтому в дорогу возьмем только все самое необходимое. Припасы и снаряжение заберем по минимуму. А еще, чтобы не тратить время, все же следует приостановить рекрутский набор. Сейчас наш отряд должен стать абсолютно управляемым, быстрым и маневренным. Возможно, даже стоит кого-то из не особо надежных людей отпустить на все четыре стороны или оставить их со словами, что мы вернемся за ними после проведения разведки. Кануты наткнутся на этот остаток и истребят, не желая вести переговоры. Тогда про наше существование могут ненадолго позабыть, а если мы станем вести себя совсем тихо, то есть шанс пройти неопознанными до самой заставы Кембри.
Кара вздохнул. План Олия выглядел вполне разумным, но Рок не желал предавать доверившихся ему людей, которых к тому же он сам втянул в странные кошки-мышки, затеянные между Т'Арком и Дай О'За.
Следующим подал голос Т'Одл, лицо которого к тому времени худо-бедно, но обрело бодрый вид, последствия недосыпа практически не читались.
– Ну, Олий, ты молодец, чего еще ждать от зерта конницы. Бегать нам не престало. Я считаю это неблагодарным делом. Давайте просто вступим в переговоры с канутами. Попробуем разъяснить нашу позицию. В конце концов, у нас же есть человек, который в О'Леоссе занимал должность тетронила, это, если кто не в курсе, Таск Саваат.
Т'болец подмигнул Таску, продолжив:
– Свой со своим договорится. Тем более по первоначальной версии нас возглавляет Саваат, у него есть все бумаги на проход по здешним землям. А прецедент с освобождением рабов замнем как недоразумение. Оплатим принесенные убытки, взяв под личную ответственность наших новобранцев. Только вот в будущем стоит завязывать с освобождением рабов. Все же они – это вещь, а у любой вещи есть хозяин. Какой человек будет рад, если у него что-то отнимут? Поэтому ну эту затею с рабами. Зачем нам плодить врагов?
Следующим высказался Каиль Хоил:
– Вот, что я вам скажу, мои собратья по оружию. Кануты, да не будет на меня в обиде Саваат, которому довелось ими руководить, те еще кнезовы ублюдки. Они рекрутируют своих людей из самых склочных бывших служак, да и из жаждущих власти последних крохоборов. Кануты как голодные волки рыщут, ища, чем поживиться. Договориться с ними не выйдет. Наши слова будут выглядеть для них как слабость. Любого слабого волк сжирает. Так что надо подготовиться к бою. Выставить дозоры спереди и сзади нашей походной колонны. Когда стража завидит канутов, их задача будет подать сигнал, тем самым предупредив остальных. Мы же встаем на тракте, переворачиваем повозки, делая полукруг, ощетиниваемся копьями и ждем гостей, дразня их залпами стрел, так заманивая в гости прямиком на частокол. Вокруг грязь, с флангов нас не обойдут, а если кто и сможет, то потеряет скорость, став легкой мишенью для арбалетных болтов.
Кеслон Атои явно не был согласен с тем, что сказал последний оратор, поэтому южанин возмутился:
– В бой надо вступать тогда, когда уверен в победе. Какой смысл складывать головы на безымянном клочке земли. Я согласен с предложением Т'Одла, надо вести с канутами переговоры, только целью их должен стать подкуп их тетронила. Зачем платить всем? На всех может и не хватить. Лучше дать сверх ожидаемого, но одному. Заплатим, и они, глядишь, нас до самой заставы сопроводят.
Зерт с хитринкой во взгляде посмотрел на хмурившегося Таска, предпочитавшего пока отмалчиваться:
– Что скажешь ты, Саваат?
– Как быть с канутами, не знаю, – явно не особенно желая вступать в полемику, не спеша ответил Таск. – Но у меня есть мысли, как увеличить нашу численность. Деньги на путешествие вам точно выделили, это стандартная практика, так воспользуйтесь ими. Необходимо проводить наем среди жителей местных вартов. Платить серебром. Возможно, увеличив нашу численность, мы станем слишком крупной добычей и кануты не решатся нас атаковать.
Кара призадумался. Каждый предлагал в общем-то дельные идеи, но ни одна из них полностью не устраивала зерта.
– Я благодарен каждому из вас, все, что было предложено, разумно и вполне может сработать. Поэтому поясню, что считаю приемлемым делать сейчас, с чем стоит повременить, а от чего мы должны в моменте отказаться.
Сказанное пока в целом устроило всех зертов, которые сидели полукругом перед Роком.
– Я согласен с советом Олия, нам действительно не помешает обзавестись дополнительными лошадьми. Купим их, выменяем, в общем будем действовать в рамках закона. Олий, возьмешь нужные деньги из казны, что хранится у Т'Одла, и займешься приобретением здоровых животных, пригодных для езды.
Кара был рад молчаливому согласию своих младших зертов.
– Теперь о переговорах с канутами. Если они не атакуют нас в лоб, дипломатия вполне уместна, главное, чтобы общаться прибыл сам тетронил, а уж что ему нужно и готов ли он влиться в наши ряды, узнаем в ходе диалога.
Одной фразой зерт удовлетворил и южанина Кеслона Атои, и практичного т'больца Т'Одла.
– Также разумно на платной основе поднабрать наемников, только заключать договор следует после того, как новичок покажет, на что способен.
На том совет и порешил. Кара отпустил своих командиров организовывать грядущий дневной переход, которому должно было предшествовать общее построение. На проведении последнего Рок настаивал особенно, так как публично желал решить одну важную проблему.
Рок перекусил и покинул шатер, отправившись прогуляться по лагерю в гордом одиночестве. И то была не прихоть, а желание дать понять своим подчиненным, что их зерт ничего не боится и чувствует себя в их окружении уверенно.
Тонкая красная полоска показалась над горизонтом. Она предвещала скорый восход Ченезара, знаменующий начало нового дня.
«Т'Арк говорил, что боги покинули этот мир, – рассуждал Кара. – Но как же их нет, когда один из них вот-вот, поднимется из-под земли? Т'Арк желает стать Ченезаром, чтобы в человеке воплотилась нечеловеческая сила. Возможно ли это в принципе? Раз зерт «золотых псов» утверждает, видимо возможно. Только если человек может стать богом, то какой это бог? Не бог, а просто могущественный человек».
От размышлений у Рока голова пошла кругом. Он прервал ход предательских мыслей и стал с напущенно придирчиво-внимательным видом следить за тем, как идет подготовка к дневному переходу, периодически останавливая подчиненных, отчитывая их за якобы нерасторопность или нерадивость. Если же совершенно не было к чему придраться, Кара снисходительно отпускал в адрес воина скупую похвалу.
Ченезар оттолкнулся от земли и медленно поплыл вверх. В зените небосвод обрел ярко-голубой оттенок.
«Как же красив этот цвет, – задрав голову, с невесть откуда появившейся тоской заметил зерт, словно увидел что-то, что когда-то давным-давно потерял и вот обнаружил утраченное в чужих руках. – Вот бы мне взлететь в небеса, следуя за Ченезаром, удивляя своим присутствием птиц. Вот бы человек мог летать. Т'Арк же говорил, что некоторые жрецы владеют даром левитации».
Настал черед построения. Гральцы выстроились в три ряда на тракте, зерт восседал перед ними на мерине, расположившись на холме, который приютил его отряд минувшей ночью.
По приказу Рока к нему вывели Ленида Аслора и Тирта. Кара решил их не наказывать, продолжая придерживаться своего мнения. Но этим двоим все же не мешало прилюдно произнести присягу.
Странная была эта парочка, здоровяк и щепка.
Сначала Олий ввел всех присутствующих в курс дела, рассказав, что Ленид Аслор и Тирт выдавали себя за других людей.
– Наш зерт, – откашлявшись, подвел итог Олий, – готов простить ложь и даровать провинившимся свое покровительство вновь, если они здесь и сейчас присягнут на верность.
Ответа долго ждать не пришлось.
– … клянусь, – в один голос сказали Ленид и Тирт, заканчивая слова присяги, после чего Аслор добавил: – До тех пор пока воля Кара Рока не будет противоречить повелению наследника Ахиила Кира.
«Все-таки ввернул свое, кретин, – посетовал Кара, меж тем, заранее смирившись с возможностью такого поворота событий. – С другой стороны, клятва высокородного воина не пустой звук. Пока не появился наследник, я приобрел кровно преданного мне слугу».
Последние слова Аслора народ принял по-разному. Большинство пропустило их мимо ушей, но младшие зерты скривились и негромко принялись о чем-то переговариваться.
– Можете встать, вы прощены, я верю вашим словам и не буду скреплять кровью данную клятву, – распорядился Кара, помятуя об опасности контакта с кровью людей, от чего предостерегал его Т'Арк, ведь это могло повлечь заражение одержимостью. – Тирт, отныне ты поступаешь в распоряжение Т'Одла. Ленид Аслор становится командующим нового десятка, который мы наберем в ближайшее время.
Олий с ухмылкой поглядел в сторону нового младшего зерта десятка.
Поставив точки над «и» в отношении подданных Дебуса, пришел черед принимать решение по Сырку.
Идя в сторону Рока, доносчик слегка сутулился, заискивающе смотрел в глаза младших зертов, при этом время от времени кидая ядовитые взгляды в сторону Ленида Аслора и Тирта.
«И бывают же такие типы – вроде человек, а присмотришься – самая настоящая крыса», – не удержался от сравнения Кара.
Сырк предстал пред зертом.
Кара Рок снял с пояса мешочек с медяками и, взвесив его в руке, кинул человеку-крысе со словами:
– Держи. Это награда за то, что ты вовремя сообщил об опасности.
Сырк проявил неловкость, вроде поймал дарованное, но тут же, то ли от волнения, то ли просто замешкавшись, выронил его. Монеты высыпались из мешочка на землю. Он согнулся и быстро принялся собирать свое богатство.
– Этот человек, – произнес Рок, указывая на Тирта, – утверждает, что ты, Сырк, вымогал у него деньги за молчание о его истинном имени. Это правда?
Сырк замешкался.
Не дожидаясь ответа, Кара продолжил:
– Лекарь отказался тебе платить, Сырк, и ты сообщил о его секрете мне. За что получил нынче плату. Так все же скажи мне, правда, что ты вымогал деньги и был готов молчать о тайне Тирта и Аслора, если бы получил награду от них?
Человек-крыса выпрямился, явно желая произнести ложь, но Кара жестом остановил его:
– Скажи мне правду, и я удвою твою плату.
Зерт для наглядности отстегнул с пояса соизмеримый с уже имеющимся у доносчика мешочком новый, а потом, развязав его, высыпал себе на ладонь пригоршню серебряных гралов, показывая их Сырку.
– Я щедро плачу за правду и жестоко наказываю за ложь, – испытующе поглядев на переминающегося с ноги на ногу скрягу, добавил Кара.
Сырк сильно сомневался, видя сыр в мышеловке, но жадность взяла над ним верх.
– Виноват, было такое дело, – выдавил из себя человек-крыса.
– Еще раз, и громче! – приказал повторить зерт.
– Он говорит правду! – зычно пискнул Сырк.
Кара аккуратно, не спеша, вернул гралы в мешочек, после чего демонстративно туго завязал его и кинул под ноги доносчику:
– Правда должна быть вознаграждена.
Человек-крыса, которому было не в новинку сегодня гнуть спину, дабы обрести свою награду, поднимая ее с земли, наклонился за кушем. А потом, овладев серебром, повернувшись спиной к зерту, выпрямившись, продемонстрировал мешочки с монетами, торжественно встряхнув ими на глазах людей из отряда Рока.
Тогда Кара схватился за висевший на поясе шестопер и, более не сдерживая своего отвращения к доносчику, со всего маху обрушил сокрушительный смертоносный удар на голову Сырка, забыв разом обо всех предостережениях Т'Арка относительно контактов с чужой кровью. Череп обреченного в миг раскололся. Во все стороны полетели мелкие косточки и частицы мозга, брызнула кровь.
– Готовность предать, как и само предательство, – проревел Кара, охваченный яростью, на его запачканном кровью лице красовался звериный оскал, – заслуживает отдельной платы!
Воцарилась гробовая тишина. Присутствующие пытались осознать, что сейчас произошло. Никто не ожидал такого поворота событий.
Первым пришел в себя Т'Одл, который поспешил к Року, неся курдюк с водой и полотенце.
– Мой зерт, умойтесь!
Кара спешился, в груди у него клокотало, глаза от возбуждения машинально налились слезами. Однако прохладная вода моментально остудила пыл. Он быстро привел себя в порядок, поблагодарив за помощь расторопного подчиненного, после чего вернулся в седло.
Т'Одл хотел было поднять монеты, которые выпали из рук убитого доносчика, снова оказавшись на земле, но зерт запретил делать это, отрезав:
– Это проклятые деньги, оставь награду мертвецу, он честно их заработал. Тело предателя-лицемера не предавать земле, пусть его плотью поживятся псы и вороны.
Т'Одл мгновение колебался, явно не желая оставлять деньги, считая это расточительством, но ослушаться приказа не решился.
На этом демонстрация силы была окончена, и отряд Рока в молчании вновь двинулся в путь по земельному тракту.
Перед тем как присоединиться к походной колонне, Кара искоса взглянул на распластавшееся тело Сырка. В этот момент ему даже стало немного жалко человека-крысу. Но Рок не мог поступить иначе, оставив безнаказанным вымогателя, который за деньги или какую иную выгоду, способен предать мать родную.
Молчание подчиненных было в тягость зерту гральцев, создавалось впечатление, что они его упрекают, поэтому он подозвал незаменимого нынче Т'Одла и приказал, чтобы седовласый великан затянул какую-нибудь бодрую дорожную песню. Тот понимающе кивнул и запел…