Студент Боря

80-е годы

Мы с моим другом Гришей сидели на скамейке во дворе Юсуповского дворца на Фонтанке и беседовали о микропроцессорных контроллерах К1-20, которые мы недавно привезли из города Борзна Черниговской области для обучения студентов. Добрая половина из них была не рабочая, и я их чинил. Григорий трудился инженером на кафедре «Радиотехника», а я на кафедре «Электронные вычислительные машины». Основное количество контроллеров было приобретено для микропроцессорной лаборатории нашей кафедры. Григорию нужно было всего шесть штук. После тестирования привезенных контроллеров я сразу отдал Григорию только исправные с учетом, что бракованные починю сам. И я восстановил все и рассказывал о подробностях своему другу. Григорий слушал с интересом и вдруг он окрикнул кого-то из группы проходящих мимо студентов.
К нам подошел молодой черноволосый парень.

- Это Боря, мой дальний родственник и студент специальности «ЭВМ», – сказал мне Гриша.

- А это тот самый Сергей Николаевич, о котором я тебе рассказывал, – обратился он к Борису.

Боря уставился на меня с неподдельным интересом.

- Что ты такое обо мне рассказал, – спросил с улыбкой я.

- Только правду, – ответил Гриша.

Так я познакомился с Борей. И благополучно забыл об этой встрече на некоторое время.


*  * *

Меня как молодого преподавателя направили на проверку прохождения студентами летней практики. Когда я шел по коридору здания, где располагалось Дорожное конструкторско-технологическое бюро (ДКТБ), я встретил Гришу, который за ухо куда-то тащил студента Борю. Мой  друг к тому времени покинул свою кафедру и работал начальником отдела разработок в ДКТБ, а студент проходил здесь практику.

- Гриша, остановись! Что за отношение к моему практиканту?! – воскликнул я.

- Да, убить его мало! – Гриша с красным от гнева лицом отпустил ухо студента.

- Уйди с глаз моих долой! – махнул рукой Борису.

- Что случилось, в чем его вина? – спросил я.

- Представляешь, какой гад!  Весь наш отдел работает над срочным проектом. Ему дано задание написать программу. А он целых три дня занимался, знаешь чем? – спросил Григорий.

Я никогда не видел Гришу таким сердитым и эмоциональным. Он отличался выдержкой и хорошим воспитанием. А тут... Видно, что Борис серьезно его подвел.
Я кивнул, ожидая разъяснений.

- Он на наш принтер установил еще один язык – иврит! Мы все в мыле, а он свои интересы удовлетворяет! Вот гад! – Гриша постепенно успокаивался, изливая мне свое возмущение.

* * *

Однажды я заметил на занятиях, что с Борей что-то случилось. Он сидел задумчивый и жевал кончик карандаша с очень напряженным лицом.  Две недели он был в своих мыслях и слабо реагировал на окружающий мир.
Потом мне рассказали студенты причину такого поведения парня.

В те времена на компьютерах была распространена игра «Тетрис». Или «Стакан». Памяти тогда у компьютеров было очень мало – считанные килобайты и графика была символьная.

Так вот, к Борису подошел его одногруппник Сергей – очень талантливый и перспективный парень.

- Боря, а я написал «Тетрис» и уместил игрушку в два килобайта.

- С картинкой?

- Да, с картинкой!

- И все влезло в два килобайта?!

- Да. Не веришь, давай покажу!

- Не надо, – ответил Боря и ушел в себя.

Две недели Борис пытался повторить результат, озвученный Сергеем. Он похудел и сник – ничего не получалось и близко. Наконец, он решился и подошел к Сергею:

- Покажи, как ты сделал!

- Что сделал?

- Тетрис.

- Успокойся, Боря. Я пошутил.

* * *

На практических занятиях по микропроцессорной технике пятикурсникам была поставлена задача написать микропрограмму извлечения квадратного корня. Лабораторный стенд, для которого готовились микропрограммы, был построен на процессорах серии КР1804. Память стенда содержала всего шестнадцать микрокоманд. Все было проверено и студентам этой небольшой памяти должно было хватить для выполнения этой работы.
Студенты приступили к выполнению задания. Через некоторое время к моему преподавательскому столу подошел сияющий Борис:

- У меня получилось всего пятнадцать микрокоманд!

- А у меня – четырнадцать, – усмехнулся Ося. Этот студент уже должен был эмигрировать и был официально отчислен из вуза, но на занятия по микропроцессорной технике ходить не прекращал.
Боря погрустнел, задумался и сел на свое место.
Прошло полгода. Я читал лекцию по дисциплине «Схемотехника ЭВМ» студентам четырех групп третьего курса в седьмом корпусе института. Неожиданно дверь аудитории приоткрылась и в ней появилась голова в ушанке и я услышал громкий шепот:

- Сергей Николаевич! Тринадцать!

- Что тринадцать, Борис?

- Микрокоманд!

- Каких микрокоманд?

- В задаче извлечения корня!

- Молодец! У нас лекция.

Боря исчез за дверью.

Интересно, что спустя два года нашелся студент, который уложился в двенадцать микрокоманд. Я тогда подумал, что, если бы Боря узнал, то обязательно бы приехал из Израиля, чтобы попытаться побить этот рекорд.

* * *

Зачет по лабораторному практикуму по курсу «Микропроцессорные системы» Всеволод Ефимович Лохматый предложил сделать в виде индивидуального задания. Например, реализовать заданную временную диаграмму с помощью программируемого таймера.
Боря получил освобождение от зачета за былые заслуги. Но домой не ушел, а стал активно помогать товарищам. И когда выяснилось, что он помогает неправильно и несет пургу, Всеволод Ефимович дал ему персональное задание. И пристыженный Боря ушел в угол думать. Он сдал зачет в числе последних.
Надо сказать, что при обсуждении на кафедре лабораторного курса «Микропроцессорные системы» один из коллег возмутился сложностью заданий:

- Это ж студенты! Не каждый инженер такое задание выполнит!

Меня поразило, что первой в группе довольно сложное задание выполнила беременная студентка. Видно было, что она на последнем месяце. Рядом с ней сидели ее менее успешные подруги и смотрели ей в рот. Злые языки потом говорили, что беременность – это допинг.

* * *

Зашел к Грише в ДКТБ. В комнате у инженеров на шкафу лежала смонтированная печатная плата. Я заинтересовался, почему новую плату забросили на шкаф. Ответ  удивил:

- Мы разработали, изготовили новый контроллер и стали его тестировать. И тут пришел Боря, подошел и ткнул пальцем в схему:

- Это что за элемент?

И все - плата сдохла. Мы давно знаем, что все , что потрогал Боря, чинить бесполезно. Поэтому закинули ее на шкаф.

* * *

Мы шли с Гришей и Борисом по набережной Фонтанки, и Боря стал рассказывать, что он скоро эмигрирует в Израиль. Неожиданно он спросил меня:

- Сергей Николаевич, а почему вы не уезжаете в Израиль с вашим умом и знаниями?

Гриша громко рассмеялся:

- Боря, я тебе потом объясню.

* * *

Девятнадцатого августа 1991 года  я приехал в город из отпуска для проверки летней практики студентов. Когда уже после окончания ГКЧП появился на кафедре, секретарь Марина рассказала мне в лицах о приезде Бориса из Израиля. Он уже работал там в аэрокосмическом секторе и приехал встретиться с друзьями. А тут путч. Страх, что не удастся вернуться в Израиль, Марина изображала с пафосом:

- Зачем я приехал сюда!? Больше никакой ностальгии не будет!

-  Да, чуть не забыла, тебе, Сергей Николаевич,  большой привет от бывшего студента.