ЧП в десятом

(глава, не вошедшая в повесть "Пожалуйста, прости...")


...В школу я вернулась, более менее успокоившись. Нужно учиться, выполнять обязанности, помогать людям, что бы ни случилось. Оля когда-то говорила именно так. Я вспоминала подругу часто. Не так много времени у нас оказалось, чтобы подружиться, но сколько же я узнала! Научилась рассуждать, записывать свои мысли, оценивать людей не по словам, а по поступкам.

Меня постоянно терзали мысли по поводу трагедии Оли, моё сердце просто разрывалось, как только думала, что Оли больше нет. Почему врачи не смогли ей помочь? И рассказать об этом никому не могла, мама Оли не хотела, чтобы их беда стала известна всем. Не хочет никого огорчать, кажется, я понимала взрослых. И твёрдо держала слово, данное однокласснику Маркину, который и открыл мне правду.

Новый год подлетел незаметно, всё свободное время мы репетировали концерт к празднику, небольшие сценки для младших классов. Конечно, две группировки нашего класса занимались этим по отдельности. Одноклассница Таня металась от одних к другим, ей хотелось быть в дружбе со всеми, но чаще это получалось плохо. За несколько дней до окончания четверти случилось ЧП. Из классного журнала кто-то вырвал листок с оценками по физике. Учителя проводили серьёзное расследование.

-Не одобряю, давать журнал в руки ученикам, - строго произнесла завуч по учебной работе. Татьяна Сергеевна согласно закивала.

-Да очень редко даём, и то просим старосту либо комсорга, и никогда подобного не случалось. Значит, получается, что листок вырвали на перемене перед классным часом.

Если бы я перед классным часом зашла хоть на секундочку раньше в кабинет, то знала бы точно, что случилось. Тогда же, открывая дверь, столкнулась с Таней.

"Голова разболелась. Терентьевой передай, пусть скажет Татьяне Сергеевне, хорошо?"

Лариса Терентьева, наша бессменная староста много лет, давно уже была правой рукой классного руководителя и просьбы принимала любые. В классе у доски толпились мальчишки. Что-то показалось странным, но тогда я ни на что не обратила внимания.

-Ребята, классный журнал - это документ, серьёзный. И мы не намерены отступать. Если кто-то что-то знает, пусть скажет немедленно!

По очереди выступили оба завуча, учитель географии - по совместительству секретарь учительской комсомольской организации, даже пришла старшая вожатая, хотя мы уже давно стали комсомольцами. Нас сильно ругали, особенно старосту Ларису, меня и Верочку как комсорга класса. Укоряли тем, что мы десятиклассники, выпускники, и такой пример младшим...

Лариса упряма молчала, Верочка наклонила голову, казалось, что она вот-вот расплачется. Мне тоже было неприятно слышать, что Полякова много лет на общественной работе, член комитета комсомола...она не должна молчать...

Однако думалось сейчас о другом. Получается, только я видела, кто находился в кабинете на перемене - несколько мальчишек, и хорошо, что среди них не было ни Маркина, ни Мишки Егорова. Таня, которая выбежала из кабинета и ушла домой... ушла домой... как будто заболела. А ведь она главный свидетель, так получается. Вечером, после долгих раздумий, я ей позвонила.

-У Тани болела голова, и сейчас она спит, - сообщила старшая сестра подруги.

Хотя, какие подруги, ещё в конце восьмого класса стало понятно, что не дружим мы, как раньше, - с тех пор, как ходили в один детский садик. Как же быстро всё меняется!

-Когда сможет, пусть обязательно перезвонит, - попросила я.

-Что-то случилось?

Я коротко ответила.

-Да уж, неприятность. А что ты хотела сказать Тане? Скажи сейчас, передам.

Возникла пауза. Нет, мои вопросы должна слышать только Таня.

-Да ничего особенного, - солгала я, - просто хотелось рассказать...

-Ира, ну ничего срочного нет. У Тани может начаться мигрень, ты же знаешь, как она болеет иногда. Давай не будем её расстраивать. Выздоровеет, тогда позвонит сама, хорошо? И ты не волнуйся, это вредно, не надо принимать всё слишком близко к сердцу.

Наверное, я услышала правильные слова насчёт волнения, но как быть дальше? Ведь Таня знает, кто это сделал. Даже могла видеть, куда исчез вырванный листок. Не могла не видеть. И почему она быстро убежала из класса? Так уж сильно заболела?

И тут мне кое-что вспомнилось..

Однако спросить напрямую бывшую подругу не удавалось; то она болела, потом неожиданно уехала на все каникулы к бабушке, где не было телефона. После каникул история с классным журналом завершилась, оценки восстановили, вместо вырванного листа появился вкладыш с подписями завучей, директора школы и большой печатью; учителя журнал берегли как зеницу ока. Вскоре создалось впечатление, что Таня избегает разговора со мной. Однако наступил удобный момент.

-Давно хочу тебя спросить, - произнесла я очень серьёзно и заметила, как напряглась Таня.

-Ничего не видела! - последовал быстрый ответ.

-Да откуда ты знаешь, о чём хочу спросить? - возмущённо произнесла я.

-Мне всё понятно, Ира. Ты думаешь, раз я была в классе на той перемене, то всё видела. А это не так! Ничего не видела! Я собрала вещи, потому что почувствовала себя плохо, и ушла. Может, это ты потом всё видела и молчишь? А на других наговариваешь.

Я потеряла дар речи от нахального вранья и такого грубого обвинения. Как она могла? Мы дружили столько лет, доверяли друг другу тайны, были не разлей вода. Это ведь она видела всё, но ловко перевела стрелки на меня. Точнее, попыталась перевести.

Хотя история с классным журналом уже завершилась, мне всё казалось, что Таня вот-вот признается, скажет правду, хотя бы мне... Несколько секунд мы смотрели в глаза друг другу. Я не обнаружила ни тени смущения, ничего, что могло бы указывать на ложь. И если бы не знала Таню много лет, то поверила бы ей. Но сейчас хорошо видела: она говорит неправду. У меня оставался последний козырь.

-Таня! Я видела, как ты что-то сунула в портфель, когда мы с тобой столкнулись в дверях. Смятый лист бумаги...

Но мне не дали договорить.

-Да это был носовой платок! Я боялась, у меня пойдёт кровь из носа, ты же знаешь, со мной так часто случается, о чём ты сейчас говоришь?! - голос Таня задрожал, - спроси кого хочешь, мальчишек, которые были в классе, ты их всех потом видела! Вот пусть они скажут правду, если не веришь мне!

-Их спрашивали сто раз, они все молчат! Они покрывают кого-то!

-Они кому-то настоящие друзья, не то что некоторые! - всхлипывая, Таня бросилась вниз по лестнице, а я медленно подошла к окну.

Теперь была уверена на сто процентов - Таня убежала из класса, сославшись на головную боль, лишь только потому, что кто-то отдал ей вырванный лист, и она быстро вынесла его из школы. И называться настоящими друзьями, по её мнению - покрывать друг друга, поддерживая ложь. Покрывать виновного, чтобы кто-то другой понёс наказание? Тот, кто не виноват?

Почему?

Почему люди лгут?

Почему так легко предают друг друга?

         2026 год

(ссылка на первую часть повести
http://proza.ru/2021/11/29/1681)