Над судьбой. Том 4. Глава восемьдесят четвёртая

 

- Встать!  Всем встать! Я сказал встать в строй! – старый сержант с лицом, наполовину прикрытым окровавленной повязкой, подошел вплотную к Фэнди, намереваясь тычком приклада поднять нерадивого солдата.   
- Сколько можно говорить? – продолжал командовать сержант, - всем в строй. Давайте ребята в строй и вперёд. Построились и маршем.



 Уэсд вытаращил глаза, всё ещё не веря, что кошмар  не был всего лишь сном. Он лежал на поле боя посредине позиций  Континентальной армии,  деморализованной ночным разгромом. И ни о чём, кроме дезертирства, американцы уже просто не могли думать.



- Вы тряпки, - то там, то здесь раздавался бас сержанта, - тряпки, а не солдаты. Кому говорят, стройся?! Подъём. Встать в строй, в шеренгу! И двигаться за теми, кто впереди.
- Сержант, - неуверенно произнёс совсем ещё молодой новобранец, - здесь раненный. Ему совсем плохо.



- Раненный?  - старый вояка  на миг задумался.
- Эй, вы, - ткнул он пальцем в сторону Фэнди и Бена, - раненого в лазарет.
- Больше некому? – пробурчал Бенни, неохотно поднимаясь с примятой травы.



Капрал с раздробленным  коленом  потерял много крови и метался в горячечном бреду. Он был высокого роста,  и оказался необычайно тяжёл.
- Ну и здоров же ты, приятель, - возмутился Фэнд. И неизвестно к кому обращаясь, добавил, - другого не могли ранить.



На помощь подоспел ещё один  рядовой и втроём они, осторожно обходя трупы  и раненных, медленно направились к полевому лазарету.
- Сюда, сюда! – издалека замахал руками доктор, маленький  старикашка с коротенькими ручками и округлым брюшком, - кладите его на стол.



- Синти, -  хирург живо обратился  к стоящей рядом молодой симпатичной даме, - готовь жгут и пилу. Тут дело совсем плохо, надо срочно ампутировать.
Фэнди с первого взгляда сразу узнал её: старенький, некогда голубой чепчик, шикарные рыжие кудри, волнами  спускающиеся  по плечам, наивная, несколько глуповатая улыбка.  Во многом благодаря  этой девице, приятели лишились своей лодки.


- Привет парни, - весело прокричала Синти, - да задали нам англичане перцу, чёрт возьми. Но на ошибках учатся. Мы им ещё покажем!
- Расскажи солдат, как всё, было, - обратилась она к Фэнду, - я вижу ты не из тех фермерских сынков, что готовы обмочиться при первых же выстрелах английских пушек.



- Влейте ему виски, - доктор передал Фэнду бутыль, - а то наверняка загнётся.
Уэсд с вожделением посмотрел на содержимое сосуда.
- Проклятье, - мелькнуло в голове Фэнда, если этот здоровяк отдаст Богу душу, считай, зря поили.



- Что  вы там замешкались,  – доктор строго взглянул на Фэнда, - вылей виски в рот и  пристегните его ремнями к столу. А ты, Синти, потуже затягивай жгут.
Доктор  приготовил скальпель, зажимы, пилу, нитки. Затем он накрыл капрала простынями, порезав  их на куски,  содрал штаны и промыл ногу на месте сечения.    



- Ну, с Богом! – решительно произнес  хирург и  полоснул по мышцам скальпелем. При первом же движении инструмента капрал судорожно дернулся, дико взвыл  от боли и чисто инстинктивно попытался разорвать ремни, намертво притянувшие  его к хирургическому столу.



- Дай ему понюхать тампон, не то сознание потеряет, - заорал доктор на Уэсда. И, обращаясь к  капралу, строгим, не терпящим возражений, тоном добавил, - терпи дружок. Тебе изрядно  повезло. Ещё немного и началась бы гангрена.   
- Солдат, ты сражался за свободу Америки, - заговорила Синти, желая хоть как – то облегчить участь раненного, - мы воюем за правду. Что может быть дороже свободы?!



Надрезав мышцы и остановив зажимами кровотечение,  доктор  взял в руки пилу. Крошево  костей разлеталось в стороны. Рыдая от выворачивающей наизнанку боли, капрал напряг мускулы, пытаясь заглушить волну мучений, вырывающуюся из терзаемой ноги. Но, пронзившие  с головы до  пят, судороги парализовали тело, заполнив его новыми очагами страданий. Не имея никакой возможности сопротивляться, капрал  заскулил от собственного бессилия как недобитый щенок. Стыд, совесть, честь оставались где – то далеко за порогом физических возможностей человека,  когда  плоть расплющена  без остатка, а мозг превращается в кусок студенистой  жижи.    



Отпилив  кость, врач полностью отрезал  лишние мышцы.  Подогнув кверху болтающийся кусок кожи, он сформировал культю и быстро сделал аккуратный шов. Затем взял обрубок и привычным движением бросил в деревянный ящик, стоящий поодаль.
 Фэнди посмотрел на свой забрызганный кровью сюртук. За годы скитаний он побывал в разных передрягах.    Но это был настоящий ад!


- Ещё поживёшь парень! – подбодрил  хирург  капрала, - не вешай носа. Не ты первый, не ты последний.

***   


-  Хочешь знать, как всё это было, - резко дёрнул Синти за плечо солдат, который вместе с Фэнди и Беном нёс раненого, - что ж слушай! Нас погрузили в лодки и перебросили на другой берег, в болота. Англичане заняли Бруклинские высоты. 
Светало. Мы выжидали. Англичане не спешили атаковать. Они знали, что  мы  не имеем пушек, и стали громить нас из орудий.



 Никто  даже не видел  солдат, но ядра и картечь лились отовсюду. Люди падали, как подкошенные, многих просто разрывало на части. Там, в болотах укрыться негде. И каждый был просто живой мишенью.
Когда такие дамочки, как ты, провожали нас, они и представления не имели, чем всё закончится. Свобода, свобода! Дерьмо ваша свобода!



Вашингтон отступил в Пенсильванию и ему скоро конец.  А ваш мистер Коэн  хорошо заработал, поставляя Континентальной армии тухлую свинину и прогоркшую муку. Что  ж, лучшие времена у него ещё впереди. Он быстро докажет свою лояльность королю. Не сегодня – завтра  англичане  войдут в Нью-Йорк. Кто будет кормить их? А мистер  Коэн  найдёт для господ и ром, и сахар, и треску. Тут уж не грех и цены приподнять!



- Но мистер  Коэн патриот, - попыталась прервать солдата Синти.
- Молчи глупая девчонка, - раздраженно прикрикнул он, - на свой карман  этот спекулянт патриот.         
- Разметав наши позиции, -  продолжил солдат, - англичане пошли в атаку. Не стреляя, они двигались под прикрытием своих непрерывно бьющих орудий, под барабаны и флейты. Мы спрятались в траве. Других укрытий на болоте не было.


Подпустив их ближе, мы дали залп. Они шагали тремя шеренгами. На место выпавших из первого ряда, тут же выдвигались солдаты из шеренги, идущей  следом. Их и так было втрое больше. Но могло показаться, что наши пули совсем не страшны им.



Выйдя на дистанцию выстрела, британцы выстроились и на миг замерли. Первая шеренга  выстрелила с колена, за ней вторая и третья. Наши потери были огромны. Ведь там всё простреливается насквозь! 
Все бросились отступать на  запасную  линию защиты. Но это было просто бегство. Раненный майор ещё долго метался с саблей в руках,   пытаясь остановить потерявших волю солдат.
- Вернитесь! Вы же американцы!               


Там был ещё знаменосец. Их убили одновременно: майора и знаменосца. Умирая, он кричал.               
- Да здравствует Америка! Бог нам поможет!
Он ошибся, Бог помог англичанам! А потом противник пошел в штыковую. Мы тоже пытались примкнуть штыки, но нас оказалось слишком мало. Остатки армии были быстро сметены. Вот и вся ваша свобода!
Солдат с презрением посмотрел на Синти и отвернулся.


- Бенни, - тихо шепнул Фэнд на ухо приятелю, - армия уходит на север. Они хотят обогнать англичан и там дать бой. Пусть идут! По дороге затаимся, и в Нью-Йорк. А там посмотрим.

***   

На следующий день британские войска вошли в город: музыка, барабанный бой, задорный смех победителей. Они вели с собой пленников: раненных, измученных, оборванных.
- Чёрт побери, Бенни, - Фэнд с ужасом смотрел на колонны англичан, - сколько же их? Главное не останавливаться и не смотреть им в глаза. Иначе мы погибли.



Из толпы горожан, прижатых к стенам домов, раздавались возбуждённые голоса.
- Катитесь отсюда, сволочи! Убирайтесь прочь, мы вас не звали.  Убирайтесь домой.



Сквозь строй британцев метнулась старая, высохшая как осенний лист, женщина. Завидев измученного  июльской жарой   юного  пленника, сильно прихрамывающего  на правую ногу, она попыталась поднести ему глоток воды.



Отбросив  старуху в сторону, огромный, как глыба, капрал грозно прикрикнул.
- Пошла вон! А то мигом зарублю!
Солдаты прикладами гнали пленников, отпуская сальные шуточки.
- Давай, давай, вояки. Навоевались уже. Завтра мы здесь на набережной и вашего Вашингтона вздёрнем!



Кто – то осторожно дотронулся до плеча  Уэсда. Испуганно дёрнувшись в сторону, он оглянулся. Это была Синти. Её взгляд выражал презрение   и ненависть.
- Солдаты вы сбежали?! Армия ушла на север, а вы сбежали. Трусы! Кто же будет сражаться за свободу, если каждый скажет: «Это не моя война?»



- Замолчи, девка! – прошипел Фэнд, они же услышат.
-  Эй, ты, - капрал, угрожавший старухе, быстро вышел из строя, - я узнал тебя, бородатый. Ты был там, на болоте. А ну  иди сюда.
- И ты, - обратился он к Бенни.



- Я, да я…,  - залепетал Фэнд.
- Взять их, - приказал капрал.  Несколько солдат   сразу направили ружья на приятелей.
Фэнда и Бена  сразу затолкали в строй пленников. Колонна тут же остановилась. Вперёд вышел капитан  в новеньком, с иголочки мундире и громким голосом зачитал.



- Несмотря на то, что Конгресс отказался от ответственности за попытки установить конституционное правление в наших колониях, приведшие  к таким печальным последствиям,  Его Величество крайне озабочен  беспорядками и кровопролитием в некоторых из наших колоний. И рекомендует подданным сделать выбор между призрачными и опасными обещаниями, и возвращением в лоно законности и  порядка, мира и спокойствия, свободы и собственности.



Едва капитан прочёл королевский указ, к Фэнду и Бенни вновь подошёл всё тот же капрал. Ткнув пальцем в их сторону, он с пренебрежением сказал.
- Ты и ты идите за мной!
Подведя приятелей к группе офицеров, капрал обратился к старшему.
- Сэр, по-моему, отличные  особи.



На бледном лице высокого, узкоплечего майора появилась презрительная ухмылка.
- Стаффорд, - будто нехотя обратился он к капралу, - они выглядят вполне здоровыми. Но надо  проверить. Так же неплохо смотрелась армия Вашингтона, пока не узнала, что такое британское оружие!
Все офицеры дружно засмеялись. Фэнди беспорядочно заёрзал глазами:  бежать было невозможно.



- Эй ты, - капрал направил штык в живот Фэнда, -  смотри на Гудзон. Видишь труп? Не отводи глаз, каналья! А вот ещё. А там дальше тоже. Они не сразу поняли кто хозяин в  Америке. Это их проблемы. Постарайся успеть, и доживёшь до старости!



Капрал тут же весьма чувствительно ткнул Уэсда штыком в живот.
- Давай, беги на месте!
Фэнд не сразу сообразил, что от него требуется. Второй укол оказался  ощутимей.
- Давай, беги, не то я проткну тебя,  увалень.


Фэнди заработал ногами. Капралу ничего не стоило привести свою  угрозу в действие.
- Быстрей. Ещё быстрей. Ещё! Левой, правой, левой! – британец вошёл в азарт: слюна летела во все стороны, лицо покрылось потом и красными пятнами. Впившиеся в ружьё руки дрожали от напряжения. Момент упоения всеобъемлющей властью над себе подобным дарил истинное наслаждение. Офицеры с азартом смотрели на щекочущее нервы зрелище.



Фэнди никак не мог понять, что от него требуется. Собирались ли его прикончить? И если да, то когда? Силы постепенно иссякали, каждый шаг давался всё труднее. В тот миг, когда он готов был, остановится, раздался властный голос майора.
- Хватит!



- Да экземпляр отличный, - майор с восхищением посмотрел на Уэсда,- но, готов биться  об  заклад, второй   никуда не годится. Слишком тяжел, долго не продержится.



- Вы совершенно правы сэр, - ответил ему капитан с женским лицом, полностью диссонирующим с атлетической, необычайно пропорционально сложенной фигурой, -  но он пойдет вторым номером, так будет даже интересней. Этот бородач наверняка бросит здоровяка по  дороге, и мы сможем полноценно насладиться зрелищем дважды! 


- О, Брендон, - оживился майор. – У вас всегда готовы Соломоновы решения. С такими офицерами просто приятно работать.
- Вы мне льстите, сэр! – скромно ответил капитан.

***   


Ночь Фэнд и Бенни провели в городской тюрьме.  Ранним утром их старый знакомец капрал, находясь в прекрасном расположении духа, изъяснил приятелям задачу.
- На днях армия совершит новый бросок на север, чтобы окончательно добить мятежников. Но перед тем господа хотят поохотиться на лис. К сожалению, в округе  этих животных нет. Похоже, вы их всех съели!



Капрал долго смеялся. А затем, дружелюбно похлопав пленников по плечам, и подмигнув им левым глазом, весело добавил.
- Вы потащите чучело вашего обожаемого Вашингтона от лагеря до реки. И поторопитесь, не то собаки вас просто разорвут. А за труды праведные получите по две монеты. Одну сейчас, а вторую – если удаться выжить. И не вздумайте бежать!  Вас поймают и вздернут. Ну, все, желаю удачи!
С этими словами капрал вновь разразился хохотом.



Чучело Вашингтона, а также  Фэнда и Бена для запаха обильно смазали   барсучьим  жиром. Прикреплённые к чучелу верёвки туго завязали на руках  приятелей.
-Вперед, - скомандовал капитан Брендон, - поторопитесь. Вы должны успеть добежать до Гудзона. Постарайтесь. Это в ваших интересах! 



- Бенни,  эти сволочи хотят  затравить  нас собаками. Лис им, видите ли, не хватает! - Фэнд совершенно не представлял, что делать, и лихорадочно соображал, всё ещё не видя никакого решения. Каждый шаг давался всё труднее.



- Да, Фэнди, - начиная задыхаться, проговорил Бен, - да,  хотят затравить. Но может быть, удастся добежать до реки?
- Ты же ведь уже загибаешься, приятель. А впереди мили три, не меньше! Лучше бы я сейчас молотил рис у этого узкоглазого, как там его?               
    – Яростный Кулак, Фэнди.
- Да хоть в каменоломне  у краснокожих.
- Это точно, дружок!



- Бен, - вдруг осенило Фэнда, - ты бежишь медленно, и они рассчитывают на тебя. Отлично! Плевать мне на их угрозы! Лучше уж виселица, чем собаки. Стой Бенни, я знаю, как нам быть! Видишь ручей? Он, конечно   узенький, но это вода. Вспомни охоту за неграми.



Бенни было что вспомнить. В джунглях Джорджии, а уж тем более Флориды, найти беглого негра без собаки труднее, чем иголку в стоге сена. Но в воде след легко  терялся. Став дичью, Гледтон не забыл главного: и для охотника, и для добычи закон охоты един.



- Камень, ищи камень поострей, - нервно засуетился Фэнд.
- Да вот же он, - как ребенок обрадовался Бен.
- Руби, руби верёвки, давай живее! -  Фэнд быстро положил руку на валун.
Освободившись, Уэсд тут же раскромсал верёвки и у Бена.



- Так, теперь главное не наделать глупостей, - в отличие от своего приятеля,  Фэнд в любой критической ситуации не терял самообладания, - Бенни, заходи  в ручей и не меньше  пятисот ярдов  двигайся по течению. Затем беги прямо к реке и немедленно плыви на другой берег. Там жди  меня. Сигнал прежний – голос сойки. Ну, всё приятель, беги. Слышишь лай, они ждать не станут! Всё остальное я сделаю сам.



Фэнди быстро связал идущие  от чучела верёвки и, набросив, как бурлак, образовавшийся хомут на грудь, описал вблизи ручья разорванный круг диаметром около сотни шагов. Затем сделал  ещё несколько сужающихся и смещающихся к ручью концентрических кругов. После этого он с трудом  поднял чучело на стоящий возле берега клён и вошёл в воду.



Бен  окончательно выдохся, когда до Гудзона оставалось ещё добрых полмили. Англичане потеряли след, и беспорядочный лай собак раздавался отовсюду. Но вскоре британцы догадались о намерениях беглецов, и послышался надвигающийся конский топот.



- Фэнди, всё, я больше не могу, - запричитал   потерявший всякую волю к сопротивлению  Гледтон, едва завидев приближающегося Уэсда,   - оставь меня и беги. Я задержу их, а ты успеешь переплыть реку.



- Не болтай ерунды, - Фэнд забросил руку Бена себе на плечи и обхватил друга в поясе,  - тут – то осталась всего сотня шагов.
- Брось меня. Всё, плевать.  Не могу!  -  речь Гледтона сделалась бессвязной и бессмысленной.
- Не забывай, Бен, - не теряя оптимизма, отрезвил друга Уэсд, - прежде чем повесить тебя, они дадут вдоволь повеселиться своим собакам.



Слова Фэнда подействовали на Гледтона как ушат холодной воды. Он тут же прибавил шагу. Собачий лай, и топот копыт становились  все отчётливей. Уэсд понял, что британцы просто пристрелят их в воде.  Но умереть в бою, до последнего борясь за жизнь – это одно, а стать обедом для собак – совсем другое. Бен снова сдал, и Фэнду просто приходилось волочить его на себе. Они вступили на  берег  с отчаянием обречённых, не надеясь даже на чудо.


- Быстрее, быстрее прыгайте в лодку, - послышался  голос с лёгким акцентом. В двух шагах от приятелей   находился   челнок. Рядом  стоял, облокотившись на ружьё, индеец в форме солдата  Континентальной армии.
Приятели на миг оторопели.
- Что вы ждёте, - спокойно сказал краснокожий. Или у вас есть выбор?!