Внутренний сюжет и темы романа

Богословское содержание светской литературы.

Религиозно-философская школа Е.А.Авдеенко                конспект лекций

Мировоззрение Достоевского это мощное противодействие либеральной идеологии, в том числе, и в её современном виде. Но чтобы на него опираться в этом противостоянии, необходимо одно условие. А для этого вначале поставим вопрос: что общего у греческой мифологии, у Священного писания и у Достоевского? Общее в них то, что когда наступает новая эпоха, политическая, экономическая или идеологическая, то каждый из этих источников являет свой неповторимый смысл. Ярче всего это видно на примере Священного писания, ибо если оно являет новый смысл, то это значит, что человек и общество находятся в большой беде. Этот взгляд называется - этногогика, в смысле обучения и наставления народов на переломе эпох, кризиса или растерянности. Т.е. у человечества есть тройственный резерв в этих источниках для понимания современности. Сейчас, при жизни одного-двух поколений возникло такое явление, как глобализм. Это мощная политическая сила и новый миропорядок, который устанавливает свою жесточайшую цензуру. Он осуществляет отбор единомышленников, осуществляет диктат во внешней политике, имеет методы и способы внушения людям ощущений, что они якобы свободны. Когда возникает новый миропорядок, то Священное писание открывает свой глубокий смысл тем, что даёт актуальные определения современным событиям, исходя из их духа и следствий. Новый миропорядок оказывается совсем не новым, а разновидностью старой западной идеологии. Когда она появилась в России, то Достоевский сразу зазвучал по-новому и очень остро. Мало того, в этой общественной ситуации даже древнегреческий миф зазвучал по-новому. Это удивительно, ибо это самый консервативный резерв, как бы всегда запечатанный и лежащий на дне общественных и нравственных пробуждений. А древнегреческий миф через героику и трагику учит тому, что ужас является началом жизнеутверждающим. Это трудно понять современному человеку, ибо мы всегда пугаемся многих внешних событий. Но ужас мобилизует, он принадлежит воинскому этосу и героике. Таким образом, миф, Писания и Достоевский имеют общее "оружие" и действуют совместно. Но когда приходит новый смысл из этих источников, нужно быть готовым к тому, чтобы встретить эти смыслы как радикальные и неожиданные и постигать их как целостные. Крупные понятия в духовных смыслах мы постигаем не от частного к целому, а наоборот, необходимо вначале понять контекст и смысл целого, чтобы потом понять его детали. Для того, чтобы иметь общение с вышесказанным тремя источниками, нужно какое-то время прожить в состоянии крайней неожиданности. Это трудно, ибо то, что мы хотим по-новому узнать, приходит в динамике как бы взрыва сознания, но в состоянии ужаса долго жить трудно и невозможно. Для этого нужна определенная тренировка. Здесь, прежде всего, нужно классическое образование во всех фазах. Именно оно позволяет иметь углублённый контакт с этими тремя источниками. Только в этом случае можно познать, что есть духовные силы, которые в новые эпохи проявляют себя по-новому через письменные памятники. Когда люди слышат знакомые цитаты из Достоевского, то они успокаивают себя тем, что они, яко бы, всё это знают, им это знакомо, однако в саму духовную идею писателя они не проникают и не понимают её.

Итак, что же нового мы узнали о романе Достоевского? То, что он имеет внутренний сюжет, который может быть воспринят как миф или сказка. Этот сюжет не зависит от особенностей художественного произведения, наоборот, он их формирует. На примере Пушкина о внутреннем сюжете романа "Евгений Онегин" можно сказать, что в нём описаны странствования двух друзей и их последующая разлука, т.е. странствования с другим человеком, который помогает понять себя. Внутренний сюжет романа Достоевского, его шести частей, кроме эпилога, это библейский рассказ о первом убийстве человеком человека, где тема каиновой печати становится доминирующей, как наказание убийцы Раскольникова. Это первое, как главная линия сюжета. Его терзают не муки совести, а печать Каина, которая охраняет его от преследования. Очень многие знают, что именно он убийца, но никто его не трогает. Этим он совершенно отлучён от общества людей, которые ему дают понять, что теперь ему придется так тянуть всю жизнь. Вот это есть наказание внутреннее, если герой не примет наказания внешнего.

Второе, это проблема, которую писатель попытался раскрыть в романе - что предшествует совести, что в душе глубже её, и из каких глубин она рождается? Достоевский говорит, что когда начинает звучать голос совести, то это уже результат той тайной, глубокой, внутренней работы, тех процессов, которые проходили в тишине души до голоса совести, и которые явились истоком душевной казни.

Третье. Осознание того, что мы в процессе революции оказались причастны каинову греху и печать Каина с нас не смыта до сих пор. А чтобы мы её с себя случаем не содрали, то для этого и существует либеральная идеология, помрачающая это осознание.

В мировоззрении Достоевского есть такое понятие, как особая русская нравственность. Это связано с тем, что в русском народе есть Церковь Божья.
В художественных и творческих задачах Достоевского, как и у Эсхила, есть вопрос: где тот душевный и духовный исток, из которого рождается безумие, когда и какой момент человек решается на преступление?
По ходу изучения романа необходимо ещё описать весь ряд его персонажей для полной характерной картины произведения. Только после всего этого можно уже будет говорить о конце, об эпилоге романа.