Не твое это дело...

Мила – подруга моей жены. Она явно не равнодушна ко мне, что проявляется в постоянных подковырках и нежелании понять, что это мне не нравится и раздражает. Конечно, я ей отвечаю, но в рамках, далеких от оскорблений. Хотя иногда просто хотелось послать её куда по дальше. Но, слава Богу, она осталась в Ташкенте, когда мы уже стали жить в России. Не надо было и гадать, что Милка окажется тоже в России, она купила дом где-то под Рязанью, тут же продав его, ссылаясь на паломничество бомжей в отсутствии хозяйки. Затем стала жить где-то в другом месте.
Она каждое лето заскакивала к нам проездом к родственникам. Причем тащила за собой тяжеленную сумку на колесах и мы, шутя подозревали, что она перевозит кирпичи. На самом деле это оказывались двух и-трехлитровые банки с закрученными огурцами и помидорами. Таким образом «расплачивалась» за свои гостевания в прекрасных Жигулевских краях.
Все это в прошлом. Мы перебрались в Подмосковье, и она тоже, благодаря дочери, купившей ей дом под Жуковским. Мы даже приезжали к ней в гости, набирая полные корзины в ближайших магазинах и пополняя продуктовые запасы хозяйки и не желая у нее худеть.
После её последнего посещения и наших «перестрелок» в остроумии прошло несколько лет и вдруг мы узнаем, что Милка, крепкая, не пробивная переносчица «кирпичей» попала в больницу. Рак крови. Это сразу приземляет. Пока мы собирались её навести, Милка сообщила, что поскользнулась в больнице сломала ту кость в тазобедренную кость, что, как правило, заканчивается очень трагично. Ей тогда поставили протез. Дальше она звонила, или мы сами добивались соединения с ней и выяснилась череда несчастий, которые преследует человека по какому-то дьявольскому умыслу.
Недавно мы отправились повидать её. Супруга поднялась рано, приготовила больной фаршированных овощей (очень просила), свежих персиков и вишни. Моя Дина наготовила и накупила всего на много больше, что требовалось и здоровому человеку, еда еле вместилось в сумку-холодильник на колесах. И мы на перекладных пустились в путь.
Погоду обещали непонятную, облачность, ветер, мелкий, но постоянный дождь. Автобусы, электричка, метро и не быстрый путь пешком. И все это больше чем в полсотню километров. Милку, мы увидели донельзя истощенной, в подавленном состоянии и по-прежнему всегда готовой к отпору. Какое там «соревнование» на остроумие!
Жена и её подруга говорили тихо. Оглядывались на меня, когда что-то касалось нашей семейной жизни. Да мне все уже было пофиг. Я видел, что на глазах исчезает очередной человек из привычной обоймы знакомых и близких. Это не удивляло, но поражало своей тупой последовательностей – типа, всем там будете! Было ясно, что дни Милки неумолимо ведут к финишу на этой земле. Поглядывал на супругу, видел, что и она сидит с подругой, словно прощаясь.
Вернулись домой и Дина, не раздеваясь, бросилась на кровать. Проснулась на следующее утро поздно с бессмысленным взглядом: что я, где я, и куда катится жизнь?
Подумал, скрывая жалость: зачем она так надрывает себя, выполняя необходимые сострадательные поступки? Видел, что супруга сама постарела лет на пять, а то и больше. Что-то сама почувствовала, поняла куда стремительно несут ее дни, часы и годы...
Схватила телефон, нашла видеофайлы и снимки своей внучки, что волею судьбы родилась за границей. Услышала записанный смех Вареньки, ее лепет и начала устало оттаивать, пока не улыбнулась телефону.
- Иди, поставь чайник, - бросила мне, - я сама соберу завтрак. Это не твое мужское занятие. Посмотри сам на себя в зеркало!