Колька

Маленький ёжик Колька жил под корнями старой, мудрой берёзы. Он был очень симпатичным: глазки-бусинки светились любопытством, мокрый чёрный носик постоянно что-то вынюхивал, а коротенькие лапки весело топотали по тропинкам.
Имя у него было особенное, «говорящее». Когда он только-только родился и был совсем крошечным, мама-ежиха попыталась прижать его к себе, чтобы согреть. Но малыш, едва выбравшись из пелёнок, так забавно растопырил свои первые иголки, что мама невольно ойкнула.
– Ой, ты уже... колючий! – ласково сказала она. – Настоящий Колючка.
Но папа-ёж, который в это время как раз притащил огромный и крепкий белый гриб, улыбнулся и рассудил:
 – «Колючка» – это как-то слишком официально для такого карапуза. Пусть будет просто – Колька. Вроде и имя настоящее, и сразу понятно, что парень с характером, что у меня сын-мужик растёт!
Так это имя и прижилось. Даже старая берёза, под которой они жили, согласно зашелестела листьями: «Коль-ка... Коль-ка...». Но сам ёжик, подрастая, начал немного обижаться на своё имя. Ему казалось, что оно каждый день напоминает ему о том, какой он «острый» и «неудобный» для обнимашек.
– Ну почему я такой колючий? – вздыхал Колька, глядя на своё отражение в луже. – Посмотрите на Зайчика – он такой пушистый, его все хотят погладить. Посмотрите на Белочку – у неё хвостик как мягкое облако. А я? Кто захочет меня коснуться?
Он часто сидел в сторонке, спрятавшись в тени папоротника, и наблюдал, как на полянке играют другие звери. Вот Белочка, совершив изящный прыжок, приземлилась рядом с Зайчиком.
– Какая у тебя шёрстка мягкая, – шептала Белочка, поглаживая друга хвостиком, похожим на пушистое облако.
– А у тебя лапки – как бархат! – отвечал Зайчик. Колька тяжело вздохнул. Ему так хотелось, чтобы его тоже кто-нибудь погладил, но он знал: стоит кому-то коснуться его, как тут же раздастся испуганное «Ой!».
Ему казалось, что из-за имени и иголок он всегда будет один. Но он не сдавался. Однажды он нашёл целую поляну созревших одуванчиков.
– Вот оно! – обрадовался он и начал кататься в белых шапках. Через минуту он стал похож на большое белое облако. Но стоило маленькой мошке сесть ему на нос, Колька громко чихнул:
 – А-апчхи! – и фьють-фьють! – все пушинки разлетелись, оставив его снова колючим.
Потом он попробовал обмотаться зелёным мхом. Мох был влажным и приятно пах лесом, но он постоянно сползал, издавая смешное «шлёп-шлёп», и оставлял на пузике Кольки холодные капли.
Ёжик совсем приуныл.
Но вот прошло Тёплое Лето и наступила Золотая Осень. Это было время, когда деревья переодевались в свои самые нарядные платья. Колька гулял по тропинке и грустил. Под его лапками сухо похрустывали ветки: хрусть-хрусть, хрусть-хрусть…
Вдруг верхушки деревьев зашумели. Это прилетел Озорной Ветер. Он пронёсся над лесом с весёлым свистом.
– Фью-ю-ить! Вж-ж-жух! – закружил он листву в весёлом танце.
– Эй, Колька, не зевай, наряд принимай! – прошелестел Ветер прямо над ушком ёжика.
И на спину ёжику упал ярко-красный кленовый лист. Он зацепился за две острые иголки и замер.
– Эй, Колька, лови! – снова прогудел ветер. И тут же прилетел золотой березовый листик, потом оранжевый дубовый.
Колька сначала не понял, что происходит. Он пробежал под кустом рябины, и несколько веточек с красными ягодами тоже застряли в его колючках. Он зашёл в густую траву, и там на его спину «приклеились» сухие золотистые травинки. Когда Колька вышел на полянку к своим друзьям, наступила тишина. Зайчик перестал жевать морковку, а Белочка выронила орешек.
– Ой, Колька... – ахнула Белочка, подбегая к нему – Ты только посмотри на себя! Твои иголочки теперь – как драгоценные заколочки, которые держат всю эту красоту!
 Колька подошёл к ручью и заглянул в воду. Из воды на него смотрел не просто колючий ёжик, а настоящий Лесной Принц! Его иголки были спрятаны под шикарным разноцветным плащом из листьев. Он был самым ярким зверем в лесу.
– Какая красота! – восхитился Зайчик. – Колька, ты теперь как ходячий букет! Можно... можно мне потрогать твои листики?
– И мне, и мне, – добавила Белочка.
Колька замер от счастья. Друзья подошли ближе и начали аккуратно гладить его по пёстрой спинке.
– Ого, как мягко шуршит! – радовалась Белочка. – Шурх-шурх, шурх-шурх.
Колька зажмурился. Оказалось, что его имя – это не напоминание о «колючести», а символ его красоты и силы.
– Знаешь, папа, ты был прав, – прошептал он сам себе. – Я – Колька. И я умею собирать красоту леса на своей спине. Он больше не хотел быть пушистым. Ведь пушистых в лесу много, а такой талантливый обладатель «колючего гардероба» – один он.
– Знаете что? – воскликнула Белочка, доставая из своих запасов сушёную фиалку. – Давай добавим немного синего цвета!
– И вот эту веточку хвойную, для аромата! – добавил Зайчик.
Они принялись «украшать» Кольку, словно новогоднюю ёлку. Ёжик стоял, зажмурившись от удовольствия, и чувствовал себя самым нужным зверем в лесу.

Он понял: его иголки – это удивительный инструмент, живой мольберт, на котором можно рисовать каждый день новый образ. С их помощью он может менять наряды хоть каждый день!
Весь вечер лесные звери играли в прятки, и Кольке было легче всех – он просто сворачивался в клубок и становился похожим на кучку осенних листьев, особенно после порывов Озорного Ветра. С тех пор Колька больше никогда не грустил из-за своей шубки. Он знал: быть не таким, как все – значит быть особенным и очень нужным лесу. А его колючая шубка – лучший наряд, который можно только пожелать, ведь она умеет хранить красоту всего леса.