Отражение3

Отражение
Глава 3

Сергей уже час дожидался Настю у проходной, сидя на скамейке чуть поодаль от будки охранника. Наконец в дверях показалась она. Отметила пропуск, тепло улыбнулась уборщице Клавдии — пожалуй, единственной славянке, оставшейся на фабрике, да и той уже со дня на день пора было уходить на пенсию.

Настя вышла на улицу и, не глядя по сторонам, быстро направилась к остановке. Сергей решительно шагнул ей навстречу. Девушка шла так стремительно, что едва не столкнулась лоб в лоб с рослым молодым человеком, внезапно выросшим на её пути.

— Извини, Настя, — приятным голосом воскликнул Сергей, бережно поддерживая за локоть резко отпрянувшую девушку. — А я тебя тут жду.

Резко затормозив, Настя не сразу поняла, в чём дело, и целую секунду растерянно смотрела на преградившего ей дорогу высокого красавца.

— Привет… — она на мгновение зависла, вспоминая имя. — Сергей.

Парень явно обрадовался тому, что она вообще его вспомнила.

— Разрешишь проводить тебя до дома? — спросил он, неохотно отпуская её локоть.

— До остановки, ты хотел сказать? — Настя исподлобья посмотрела на симпатичного русого парня.

Сергей был больше чем на голову выше неё. Широкоплечий, под обтягивающей футболкой явно проступали бугры мышц и кубики пресса. Он улыбался такой волнительной, обезоруживающей улыбкой, что Настя просто не смогла отказать. Вышедшая следом Марина оценивающе окинула Сергея взглядом и, незаметно для него, показала Насте большой палец. Настя лишь понимающе скривила губы.

Как своего парня она Сергея вообще не рассматривала. Во-первых, он был почти на пять лет младше неё и к тому же светло-русым, почти блондином, а блондины Насте не нравились от слова «совсем». Во-вторых, Сергей работал простым монтажником оборудования в соседнем механическом цеху, был небогат и жил в родительской квартире — а значит, априори являлся бесперспективным ухажёром с точки зрения улучшения жилищных условий. Правда, с некоторых пор в улучшении этих самых условий Настя, благодаря покойной бабушке, больше не нуждалась, поэтому могла себе позволить подарить парню едва уловимую надежду. Она знала, что Сергей вздыхает по ней уже около полугода, но никак не мог решиться заговорить. И вот, кажется, наконец переборол себя. Парень смотрел на неё глазами преданного щенка — сердце девушки не выдержало, и она ответила согласием.

Они вместе зашагали к автобусной остановке. Пока они болтали, никуда не торопясь, автобус, забрав пассажиров, уехал. Сергей с Настеи; остались одни на лавочке в ожидании следующего транспорта. Где-то неподалёку, в молельном доме, зазвучал азан. Несколько строителей, мостивших тротуар, сложив ладони лодочкой, присели, сориентировавшись лицом к Мекке.

— Мы словно на Востоке… — тихо заметил Сергей.

Настя минуту помолчала, затем так же тихо ответила:

— Хотели же в сказку попасть …

Сергей так и не понял, к чему были эти слова.

Азан стих, строители вернулись к работе, а Сергей встал, высматривая автобус. Компанию молодых мигрантов, идущих по краю асфальта, он сначала проигнорировал. Но те их уже заметили. Особенно Настю. На ней сегодня была короткая, выше колен, юбка-колокольчик и туфли на семисантиметровом каблуке. Ярко-жёлтая кофта, обтягивающая высокую, красивую грудь, подействовала на приезжих как красная тряпка на быка.

Заметив одинокую парочку, толпа из более чем полудюжины крепких мужчин начала гикать и свистеть, подавая Насте недвусмысленные знаки внимания и выкрикивая что-то на своём языке. Чувствуя численное превосходство, они весело направились к остановке. Сергей напрягся.

— Кажется, у нас проблемы, — невесело хмыкнул он.

— Мне тоже так кажется, — ответила Настя, поспешно стаскивая туфли и убирая их в сумочку.

Сергей удивлённо посмотрел на неё:

— Ты чего?!

— Кажется, лучше уносить ноги… — произнесла Настя, прикидывая пути отхода.

Но приближающиеся мужчины, словно опытные загонщики, уже окружали остановку, выстраиваясь полукольцом. Бежать было поздно. Поняв, что добыча в ловушке, преследователи не спешили. Толпа остановилась. Самый рослый из них, очевидно, лидер — с негустой, нестриженой бородой — нагло разглядывал Сергея. Оценив его хорошую физическую форму, он демонстративно достал из-за пояса нож. Остальные довольно залопотали. Кто-то, осклабившись, подмигивал Насте и демонстративно облизывался, другой сделал грязный, недвусмысленный жест.

Сергей отступил на шаг, прижимая Настю спиной к углу остановки — теперь хотя бы со спины можно было не опасаться удара. Несколько секунд длилось напряжённое молчание. Наконец предводитель с жутким акцентом обратился к Сергею:

— Эй, ты, слышь, отдай нам девку, а сам вали куда хочешь. — Вдруг он заржал и добавил: — Я сегодня добрый, у меня хорошая новость: на родине сын родился! В честь такого события отпускаю тебя. Оставь девчонку и вали по-хорошему.

Сергей от подобной «доброты» слегка опешил, но ценить широкий жест не пожелал. Вместо того чтобы отдать красивую брюнетку и пожелать гостям приятного вечера, он сложил из двух рук выразительный кукиш и ответил:

— А вот такого не хочешь?

Настя съёжилась у него за спиной.

Вожак осклабился и, поигрывая ножом, медленно пошёл на Сергея. Парень сгруппировался, отчётливо понимая, что один против толпы он мало что может сделать. Будь он один, он просто вырубил бы одного-двоих и дал по тапкам — бегал Сергей прекрасно, имел КМС по лёгкой атлетике и немного владел рукопашным боем. Но сейчас расклад был против него. Глядя в диковатые глаза хищников, Сергей ясно представил их с Настей будущее: его оставят за остановкой с перерезанным горлом, а Настю оприходуют на ближайшем пустыре все по очереди, после чего бросят голышом в людном месте — это был их фирменный стиль, призванный продемонстрировать безнаказанность.

— Сейчас я тебе обрезание сделаю. Под корень. Он тебе больше не пригодится, девку твою себе забираю… — вожак снова заржал и сделал резкий тычок ножом.

Первую атаку Сергей отбил — молниеносным приёмом перехватил руку и отобрал нож. Нападавший удивлённо посмотрел на опустевшую ладонь и отступил.

— Ах ты… Я тебе предлагал уйти! Ты сам выбрал смерть. Мы всё равно её трахнем, а ты сдохнешь.

Мужчина быстро извлёк из-под одежды второй нож, чуть поменьше. Но делать выпад в лоб теперь опасался — оружие появилось и у Сергея.

Приезжий, очевидно, тоже немного владел техникой ножевого боя. Сделав обманное движение, он вынудил Сергея на бесполезный выпад и успел достать его кончиком лезвия по левому предплечью. Настя громко вскрикнула. Толпа победно заулюлюкала.

Отбиваясь от следующего удара, Сергей спиной впечатал Настю в стенку остановки. Тонкая фанера с треском проломилась, и Настя полетела навзничь, инстинктивно увлекая Сергея за собой. Они рухнули: Настя на землю, а Сергей сверху, прикрыв её своим телом. Короткий нож, нацеленный в лицо девушке, чиркнул парня по плечу. В запале Сергей не почувствовал боли. Перехватив руку нападавшего в узком проломе фанеры, он резко полоснул того по локтевому сгибу, перерезая сухожилия. Вожак дико заорал. Пользуясь суматохой и наступившими сумерками, Настя рванула Сергея за собой, увлекая в темноту.

Они неслись что было сил в сторону пятиэтажек на краю пустыря. Сзади доносился яростный топот и мат преследователей. Один Сергей легко оторвался бы, но Настя, хоть и бежала босиком, быстро выдыхалась. Тёмный проём открытого подъезда показался спасением.

Ворвались внутрь. В абсолютной темноте Настя налетела на перила, Сергей сильно ушибся о ступеньку. Времени на передышку не было — шаги врагов уже гремели у входа. Схватив Настю за руку, Сергей потянул её вверх. На втором этаже горела тусклая лампочка. Стучать в квартиры было бесполезно — никто не откроет. Погоня приближалась. На пятом, последнем этаже их встретил тупик и темнота.

Сергей отчаянно посмотрел на девушку. Настя обречённо огляделась, и вдруг её взгляд зацепился за едва заметную светящуюся щель чердачного люка. Ничего не говоря, она указала наверх. Наплевав на этикет, Сергей подтолкнул Настю к металлической лестнице и сам полез следом, буквально уткнувшись лицом в её бёдра, моля Бога, чтобы чердак был открыт.

Чудо произошло: крышка легко поддалась под напором Насти. Они выбрались в пыльное помещение под крышей, едва освещённое вентиляционными окнами. Сергей захлопнул люк в самый последний момент — снизу последовал мощный удар. Парень навалился на железо всем телом. Удары шли один за другим, крышка дрожала, но советский кусок листового металла держался. Настя вскочила ногами прямо на крышку, добавив свой вес. Держась на весу на лестнице, преследователям было неудобно толкать люк снизу.

Вскоре грохот напугал жильцов, и с улицы донёсся спасительный вой сирены. Нападавшие приглушённо посовещались и, решив не связываться с полицией, бросились наутёк. Под крышкой воцарилась тишина.

Настя и Сергей замерли. Через какое-то время снизу кто-то осторожно толкнул люк. Сергей снова напрягся, крепко сжав щиколотку Насти. Раздался приглушённый голос:

— Сержант, да нет тут никого, люк закрыт намертво, может, заварен вообще. Чего они тут ломились?..

— Поди пойми этих «новых граждан», у них свои понятия. Ладно, хоть разбежались, протокол писать не надо. Помнишь, сколько геморроя у Егорыча было, когда он такому же просто по морде съездил за оскорбления?

— Ага, неполное служебное влепили… На хрен нам это надо.

Шаги стихли. На чердаке стало совсем темно. Солнце окончательно село. Они просидели на люке ещё около получаса, пока дом полностью не затих. Плечо Сергея начало сильно ломить. Настя включила экран телефона и испуганно вскрикнула: вся его рука и рукав рубашки пропитались кровью.

— Тебе срочно нужно в больницу! — зашептала она.

— Ерунда, царапина, — храбрился парень. — Платком промокну…

— Давай выбираться отсюда.

Они осторожно спустились по лестнице. Входная дверь была заперта, но изнутри легко открылась. Во дворе было светло, неподалёку у машин курили несколько местных мужиков. Настя и Сергей направились к ним.

— Вы откуда такие, растрёпанные? — спросил коренастый водитель с широким славянским лицом и носом картошкой.

— Оттуда, — Сергей махнул на подъезд.

Второй мужчина, заметив кровь, покачал головой:

— Э, парень, да тебе в больничку надо. Кто это тебя так?

— На мигрантов нарвались, — ответил Сергей, прижимая Настю к себе.

— Так это из-за вас полиция с мигалками летела? Приставали к девчонке, значит? — подошёл третий.

Мужики грязно выругались в адрес приезжих и коммерсантов, которые их завозят.

— Серёж, поехали в больницу, — настаивала Настя.

— Нет, Насть. В больнице врачи сразу сообщат в органы. Начнут разбираться, всплывёт, что я одного ножом зацепил. За применение холодного оружия меня же первого и закроют.

Сергей повернулся к мужикам:

— Парни, кто мою девушку домой подкинет? Тут недалеко, штуку плачу.

Сразу двое вызвались помочь. Но Настя твёрдо заявила:

— Никуда я без тебя не поеду. Едем ко мне, я дома всё промою, осмотрю, а там решим — или сама перевяжу, или скорую вызову. И не спорь со мной! — Она ласково прижала ладонь к его губам.

Довезти их вызвался бородач по имени Илья. Всю дорогу он костил власть за миграционную политику, а Настя и Сергей сидели на заднем сиденье вплотную друг к другу и почему-то не могли оторвать глаз друг от друга…

***  ***  *** 

Дома Настя аккуратно промыла раны. Глубокий порез на плече её сильно встревожил — явно требовался шов и прививка от столбняка. Сергей протестовал, но она убедила его, что рана не огнестрельная, и с врачами скорой можно будет договориться.

Бригада приехала быстро. Фельдшер — молодой парень лет двадцати, похоже, интерн — осмотрел повреждения, без лишних расспросов наложил швы, сделал укол и выписал рецепт. Провожая его к выходу, Настя заметила, что парень медлит.

— Кто его так? — тихо спросил фельдшер, скорее ища повод задержаться.

— Наткнулись на толпу мигрантов, когда шли с работы, — коротко ответила Настя.

— Блин, скоро из дома не выйдешь… Вчера вот на вызове скорую заблокировали, потому что мы им выезд перекрыли, а они «спешили»…

В дверях он замялся:

— Я обязан написать в отчёте про ножевое, списание обезболивающих проверяют…

Настя понимающе протянула ему приготовленные купюры. Парень растерялся, густо покраснел и отвёл её руку:

— Я могу написать, что это бытовая травма — о разбитое стекло порезался. Но… Вы не могли бы мне позвонить завтра вечером?

Настя удивлённо уставилась на него:

— Зачем?

Парень смущённо кашлянул, поставил медицинскую сумку на пол:

— Понимаете… Моя мама почему-то вбила себе в голову, что я гей, раз у меня до сих пор нет девушки. Она пожилая, болеет, боится умереть и не увидеть внуков. Я хочу, чтобы, когда вы позвоните, я включил громкую связь. Она услышит женский голос и успокоится.

Настя с облегчением выдохнула и заговорщически прошептала:

— А вы правда гей?

— Нет! — вздрогнул парень. — Как вы могли подумать? Просто не нашёл ещё девушку по душе. Приезжих симпатичных много, но они только со своими мутят. А наши… либо меркантильные, а я простой фельдшер, либо… в общем, уже пользованные этими самыми «гостями» не по разу. Вот если бы я встретил такую, как вы…

Настя рассмеялась, оценив этот неумелый, но искренний подкат, и продиктовала свой номер. Забирая сумку, парень обернулся:

— Так я позвоню завтра? Порадуем старушку?

— Звони, — улыбнулась Настя, подмигнув ему. — Постараюсь порадовать твою маму, хотя внуков обещать не могу.

Она послала ему воздушный поцелуй и закрыла дверь.

Только повернувшись к зеркалу в прихожей, Настя вспомнила о Нём.

Отражение в овальной резной раме было в ярости. Тёмно-карие глаза смотрели на Настю с гневным, властным призывом. Повинуясь импульсу, она сделала шаг к стеклу. Отражение протянуло к ней руки, и Настя потянулась в ответ, словно теряя волю и превращаясь в собственную тень. Но краем глаза она уловила движение со стороны комнаты — наваждение мгновенно спало. Шагнув по инерции вперёд, Настя просто коснулась пальцами холодного стекла.

— С тобой всё в порядке? — раздался сзади голос Сергея. Придерживая раненую руку, он вышел в коридор.

— Что? — Настя растерянно обернулась. — Да, всё хорошо…

— Просто у тебя был такой странный вид…

Сергей заглянул в зеркало, но не увидел там ничего, кроме Насти, своей побитой физиономии и бинтов.

Тряхнув головой, Настя показала ему телефон:

— Всё в порядке, Серёж, просто голова закружилась, у нас, женщин, так бывает. Давай я закажу тебе такси?

— Да не стоит, ночью дорого, да и вообще…

За этим «вообще» скрывалось такое явное разочарование, что Насте стало искренне жаль парня. Он явно надеялся остаться. В другое время она, возможно, так бы и поступила, но сейчас у неё были иные, зазеркальные дела.

Настя вызвала машину из проверенного таксопарка. Когда автомобиль подъехал, ей стоило немалых трудов уговорить Сергея сесть в него — это было «женское такси».

— Ты чего, Насть, мужики же на смех поднимут!

— Не переживай, Серёга, там задние стёкла наглухо тонированные, никто тебя не увидит. А мне так спокойнее, хватит с тебя приключений.

Куда больших усилий стоило уговорить саму женщину-водителя, строгую шатенку лет тридцати с короткой стрижкой. Та наотрез отказывалась везти мужчину одного: либо Настя едет с ними, либо поездка отменяется. Настя бы и рада, но призыв Отражения жёг её изнутри. Кое-как объяснив, что раненый Сергей из-за своего воспитания не представляет никакой опасности, она уговорила водительницу. Машина тронулась.

Настя глубоко вдохнула прохладный ночной воздух, стоя на освещённом крыльце. Часы на смартфоне показывали 23:25. Из подъезда вышла красивая молодая пара. Девушка жила этажом ниже, в точно такой же угловой квартире прямо под Настиной. Настя с лёгкой завистью проводила их глазами — в наше время это была такая редкость, чтобы парень заходил за девушкой прямо к ней домой. Сделав ещё один вздох, Настя вернулась в подъезд.

Отражение стояло в глубине зеркальной глади, скрестив руки на груди, и укоризненно взирало на Настю. Тщательно заперев дверь и накинув цепочку, Настя наконец решилась встретиться с ним взглядом. В больших глазах зазеркальной двойняшки сверкали молнии.

Настя начала медленно сбрасывать одежду. Блузка и юбка были покрыты пылью и паутиной с чердака, на ткани виднелись бурые пятна крови Сергея. Отражение не спешило повторять её движения, пристально наблюдая. Когда юбка упала к ступням Насти, взгляд в зеркале смягчился. Когда она скинула и отбросила ногой трусики, Отражение уже мягко улыбалось. Через минуту абсолютно нагая Настя сделала шаг вперёд, протягивая руки.

На этот раз вместо холодного барьера стекла её пальцы встретились с тёплыми, нежными пальцами Отражения. Граница исчезла. Двойняшка была так же обнажена и прекрасна.

Как и в прошлый раз, Отражение увлекло Настю на залитую лунным светом поляну, где вокруг жаркого костра сидели обнажённые, красивые молодые люди. Из ниоткуда лилась чарующая, тихая музыка. Несколько девушек грациозно танцевали, мужчины заворожённо наблюдали за ними. При появлении Насти юноши уважительно привстали, а танцующие девушки едва заметно склонили головы.

Отражение протянуло Насте взявшийся словно из воздуха большой фужер с ядовито-зелёной, светящейся изнутри жидкостью. Настя с опаской приняла кубок. Двойняшка взглядом показала, что напиток безопасен и его нужно выпить. Пригубив, Настя почувствовала вкус спелого яблока с лёгким покалыванием газов, как в молодом игристом вине. Решив, что собственное отражение не станет её травить, она разом осушила бокал.

Жидкость взорвалась в животе ледяным огнём. Настя испуганно посмотрела на спутницу, но та успокаивающе обняла её за талию со спины и увлекла к костру. Сидящие расступились, пропуская их в круг, ближе к пламени. Пленяющая, первобытная оргия началась…

***  ***  ***

Утром Сергей встретил её у проходной. Подбитый глаз заплыл и превратился в узкую щёлку. Настя сочувственно посмотрела на него и ободряюще подмигнула.

За обедом подруги тут же устроили ей допрос с пристрастием.

— Ну, как вчерашний вечер? — хитро прищурилась Юля, подмигивая Наташе.

— Не видишь, что ли, — притворно вздохнула Таня. — Бедняжка опять всю ночь не спала…

— Ха, знала бы я, что у простого наладчика такие таланты… — Наталья картинно поправила пышный бюст. — Фиг бы я его вам уступила!

— Ишь, размечталась, кошелка! Иди Гену своего окучивай, на нашу территорию не лезь! — в шутку огрызнулась Юля.

— А что, Насть, Серёга правда за ночь восемь раз может? — Таня пихнула Настю ногой под столом.

— Да ладно вам, девчонки, не было у нас ничего. Чем хотите поклянусь, — ответила Настя, но подруги лишь дружно прыснули от смеха.

— Ты главное, — с видом знатока произнесла Наталья, намазывая бутерброд, — береги сокровище. А то у нас тут глаз да глаз, уведут парня — и тю-тю…

— Никому не отдам, сама буду эксплуатировать! — шутливо надула губы Настя, и компания снова заливисто рассмеялась.

***  ***  *** 

Сергей опять ждал её после смены. Заметив его, Юля, Таня и Марина захихикали, толкая Настю в бок.

— Ого! — шепнула Наталья. — Это ты ему фингал поставила, чтоб знал, кто хозяйка? То всю ночь трётесь, то дерётесь…

— Ага, я, — отшутилась Настя, — чтоб место своё знал!

— А ты у нас госпожа-домина, выходит? — рассмеялась Марина.

— Тсс, идёт вон, — одёрнула её Татьяна.

Настя тепло улыбнулась подошедшему Сергею и, неожиданно для него самого, нежно взяла его под здоровую руку. Они пошли к остановке. Отойдя на пару шагов, Настя обернулась и шутливо показала подругам язык. Те в ответ рассмеялись, а Марина, изобразив обиду, прошептала:

— У-у-у, предательница!

***  ***  ***

Поскольку была пятница, а их цех работал по европейскому графику, впереди были выходные, а сегодняшний день был коротким. Сергей, будучи на больничном, пришёл исключительно ради Насти, чтобы пригласить её в кафе-мороженое.

Сидя за столиком и с удовольствием уплетая десерт, Настя, поглядывая на его перевязанную руку и синяк, тихо спросила:

— Сильно болит?

Сергей смутился:

— Да ерунда… Первой ночью поныло немного. Раны неглубокие, кости целы.

Настя вдруг накрыла его здоровую ладонь своей и, заглянув в глаза, неожиданно даже для самой себя попросила:

— Проводишь меня сегодня?

Сергей буквально вспыхнул от счастья. Его глаза загорелись, он тут же развил бурную деятельность: оплатил счёт и вызвал такси прямо к дверям. На этот раз машина была обычной, а водитель-иностранец солидного возраста вёл молча, не отвлекаясь на телефон. Да и Насте с Сергеем не было дела до него — они самозабвенно целовались на заднем сиденье.

В квартиру они буквально ввалились, не в силах разорвать поцелуй. Сергей втиснул Настю в прихожую спиной вперёд. Они начали целоваться ещё в машине, а потом останавливались на каждом лестничном пролёте. Парень, забыв о боли в плече, жадно стискивал её тонкую талию, прижимая к себе так крепко, что Насте казалось, будто хрустят рёбра, и до боли терзал её губы. Ей это странно нравилось, она не сопротивлялась.

В пылу страсти Настя совершенно забыла про зеркало в прихожей. Когда она вспомнила, было уже поздно.

Сергей внезапно замер. Его поцелуй прервался, а пальцы мёртвой хваткой впились в её плечи.

— Ай… — вскрикнула Настя. — Ты чего?..

Слова застряли в горле, когда она увидела, куда направлен его ошеломлённый взгляд.

Резко обернувшись, Настя похолодела. В глубине овального зеркала, в старинной резной раме, стояло её Отражение. Оно было абсолютно нагим. Сегодня его фигура выглядела невероятно сексапильно: идеальные, точёные формы гладкого тела были настолько притягательны, что даже у самой Насти внутри вспыхнуло острое, порочное желание. В тёмно-карих глазах зеркальной двойняшки сверкали молнии, и Насте показалось, что этот гипнотический, манящий взгляд направлен прямо на Сергея.

Парень, как заворожённый, смотрел на обнажённую красавицу в стекле, не в силах пошевелиться. Настя потянула его за руку, но он не отреагировал. Она дёрнула сильнее. Сергей высвободил ладонь и, словно во сне, сделал шаг к зеркалу, поднимая руки, готовый заключить зазеркальное видение в объятия.

— Сергей! — крикнула Настя, пытаясь пробить его транс.

Но он продолжал медленно двигаться к Отражению.

Тогда Настя поддалась единственному инстинкту: она рванулась вперёд, втиснулась между ним и овальной рамой, перекрывая обзор, и, обхватив его лицо ладонями, отчаянно впилась в его губы. Лишь долю секунды Сергей пытался отстраниться, но горячие, живые губы Насти мгновенно разрушили чары. Парень тряхнул головой, приходя в себя, и, крепко обняв Настю за талию, ответил на поцелуй с удвоенной страстью. Его ладони жадно заскользили вниз по её спине, опускаясь на ягодицы…

***  ***  ***

Настя тяжело дышала — оргазм постепенно отпустил и её. Только немного остыв, она начала хоть что-то соображать. Они с Сергеем лежали посреди прихожей на ворохе смятой и разбросанной одежды. Разорванные трусики Насти висели на вешалке. Когда и как они туда попали, она ума не могла приложить, ведь Сергей снимал их с неё ещё в самом начале их сегодняшнего вечера. Ещё задолго до того, как стащил с неё всё остальное.

Настя села рядом с Сергеем. Как ни пыталась она отводить глаза от зеркала, но её взгляд всё равно упал на стеклянную гладь. Зеркало как зеркало: в нём отражалась прихожая с раскиданной по полу одеждой и лежащими поверх всего этого безобразия молодыми людьми. Она тронула парня за раненую руку. Бинты окрасились кровью. Видимо, в порыве страсти, пока они тут кувыркались, Сергей вновь повредил рану, может быть, разошлись швы…

— Что за фигня у тебя с зеркалом? Вроде помню, что что-то там такое я видел, а вот что... вроде тебя и не тебя... ты была там какая-то странная... так смотрела на меня, что я.... хотел порвать тебя в клочья... просто провал какой-то... — вдруг проговорил Сергей, гладя Настю по обнажённому животу. Настя же пожала плечами, не зная, что ответить Сергею, и попыталась увести разговор:

— Опять кровит, — сказала Настя, уходя от ответа и тихо трогая пальцем окровавленную повязку.

— Ерунда, — ответил ей Сергей. — Настя… плевать на руку и швы… Настенька, то, что сегодня у нас произошло… — он помолчал, а когда заговорил снова, его фраза прозвучала как откровение: — то, что сейчас было между нами… Настя, это было лучшее, что вообще случалось со мною за всю мою жизнь… Настя, умоляю тебя… милая, будь моей женой! — Настя сочла бы это шуткой, но Сергей говорил абсолютно серьёзно.

— Ты делаешь мне предложение? — Настя удивлённо уставилась на Сергея.

— Да, девочка моя, я официально делаю тебе предложение. Настя, я предлагаю тебе стать моей женой! — Сергей взял руками бёдра Насти и легко закинул её на себя. Теперь Настя восседала на нём в позе наездницы лицом к зеркалу, и её взгляд снова упал в толщу его стекла. В нём она увидела лежащего на полу прихожей мужчина и восседающую верхом на нём девушку с растрёпанной причёской, размазанным макияжем и сломанными ногтями, а ещё эта девушка хитро подмигнула ей глазом и отправила воздушный поцелуй...

***  ***  ***

Вот уже несколько ночей Настя спала спокойно с вечера и до самого утра. Вот и сейчас, когда на телефоне сработал будильник, она уже не спала, прекрасно выспавшись за ночь. В голове крутились мысли о проведённых ими прошлых выходных:

Сергей пришёл к Насте в пятницу вечером, они опять всю ночь занимались сексом, а в субботу он остался в её квартире и... весь день они гуляли по городу... ходили по магазинам и кафе. Под вечер им снова пришлось убегать от толпы «гостей страны», которые настойчиво приглашали Настю весело провести время в их компании, а она такого желания, как ни странно, почему-то не имела и осмелилась ответить милым и законопослушным, дорогим гостям отказом. И если бы не подвернувшийся на удачу полицейский патруль, вместо свадьбы у Насти были бы поминки.

Вечер субботы они провели, поедая пиццу, запивая всё это вином и без остановки занимаясь любовью. Сергей, казалось, был неутомимым любовником.

А всё воскресенье Сергей и Настя практически не одевались. Они так и провели весь свой выходной день: шастая голышом из спальни в душевую, а оттуда на кухню и снова в спальню. К вечеру воскресенья Настя поняла, что если это не остановить принудительно, сами они никогда не остановятся и затрахают себя до смерти! Ей стоило больших трудов отцепить наконец от себя влюбленного и отправить того на такси домой. За сутки сексуального марафона Сергей так ослаб, что еле волок ноги, так что любая стычка с гостями или просто с гопниками на улице могла закончиться для него плачевно.

Было тихо. Даже машины под окнами не гудели в этот час. Она бросила взгляд на светящийся циферблат часов: 3:45. «Час Быка», или время перед рассветом, когда вся природа замирает и в силу вступает нечистый… почему-то вспомнила Настя читанную где-то фразу. Так, кажется, гласила эта легенда, а ещё так, кажется, называлась книга, которую Настя читала в детстве. Вообще-то Настя никогда не увлекалась восточной мифологией, поэтому мало что помнила по этой теме. Наконец взгляд её упал на зеркало. Настя вздрогнула — её Отражение поджидало её в глубине зеркала, всё так же скрестив под грудью руки.

Отражение сложило губы трубочкой, словно собиралось свистнуть, но не свистнуло, а поманило Настю пальцем. Настя послушно сделала шаг к зеркалу, и то опять отодвинулось куда-то в бесконечность. Настя вдруг ощутила себя стоящей посреди бесконечной, мощённой камнем площади. Пространство вокруг было абсолютно пустым. На сей раз девушки — обе, Настя и её Отражение — были в простых белых ночных сорочках до середины бедра и выглядели сейчас абсолютно как сёстры-близнецы.

Отражение взяло Настю за руку и показало куда-то за её спину. Настя обернулась и увидела идущего прямо к ним Сергея. Парень подошёл к девушкам… вернее, к одной, но повторённой дважды девушке, и встал перед ними по стойке смирно. Отражение взяло Сергея за руку одной рукой, а Настю — другой. Теперь они втроём образовали неразрывный треугольник, вершиной которого являлся Сергей, возвышаясь над Настей и её Отражением.

Вдруг Сергей обхватил тонкие девичьи тела и так сжал их, что Настя почувствовала, как сливается со своим Отражением, и уже не ясно было, где Настя, а где её Отражение, где чья нога, где рука… Настя начала задыхаться, она хотела оттолкнуть руку Сергея, разорвать его захват… но вместо этого истошно закричала. И от этого крика… она... просто проснулась.

Настя лежала, тяжело дыша и прислушиваясь к мелодии будильника. Несколько долгих секунд она лежала так, тупо уставившись в потолок, и никак не могла заставить себя выключить будильник. Стойкое дежавю посетило её, когда она наконец потянулась за своим смартфоном. 5:25 — показали дисплей лаконичные цифры. Ей показалось, что сегодня такое уже было. Но что это было, она уже не помнила. Сердце бешено колотилось, когда она выглянула в прихожую. Осторожно сбоку заглянула в зеркало. Отражение ждало её — оно выглянуло из-за края рамы и тут же спряталось, когда Настя отпрянула назад.

Вдруг Насте стало смешно. Она повторила процедуру. Отражение послушно выглянуло из-за рамы. Настя рассмеялась и встала перед зеркалом. Отражение было самым обычным и показывало смеющуюся девушку в ночной рубашке. Никакой бесконечной площади за спиной Отражения тоже не было. Зеркало отражало тёмную прихожую и смеющееся лицо Анастасии с запавшими от недосыпа глазами и бледными щеками. Но, несмотря даже на это, Настя была прелестна.

Продолжение -- http://proza.ru/2026/07/08/125