Данилина 57

    



Ранним утром все мужчины в доме Иволгиных, широко зевая, собрались за столом. Любаша приготовила им всем кофе, а к нему поставила домашние сливки, сахар и бутерброды с колбасой и сыром. Степаныч сел за стол и сказал:
- Лопаты заточены, черенки проверены. С утра земля может быть влажной, ещё не прогретой как следует солнцем. Там, где будет тяжело копать, берите вилы. Ими легче копать сырую землю, а вскопанная земля сохнет и греется быстрее. Перекусив, они переобулись, кто в сапоги, а кто-то в резиновые калоши, и пошли копать. Встав шеренгой из шести человек, они захватили всю ширину участка. Степаныч подсказывал, на какую глубину втыкать в землю штык лопаты, под каким углом держать её, чтобы не перегружать мышцы. Слушая его советы, все почувствовали, насколько они действенны. За два часа они вскопали всю делянку, освобождая её от прошлогодних сорняков. Закончив работу, они с удовольствием смотрели на блестящую чёрную землю.
- Дядь Лёш, а у вас здесь разве чернозём? - с удивлением спросил Стас.
- Да, - подтвердил он. - Наша земля очень плодородная. Здесь растёт всё, что ни посади.
- Здорово! Я первый раз вижу чернозём. Он наклонился, взял кусок влажной земли и сжал в ладони. На ощупь она напомнила ему жирный пластилин.
- И впрямь хорошая земля, - подтвердил Стас и бросил её на место.
Степаныч хитровато посмотрел на городскую молодёжь и с улыбкой спросил:
- А попробовать косить есть желание?
- Я никогда не косил, - растерянно сказал Александр. - Но готов поучиться. 
- Я тоже, - со смехом согласился Стас.
- Сейчас самое время поучиться, - мудро изрёк Степаныч. - Трава молодая, тяжёлая и небольшая по высоте. Главное, научиться правильно держать косу.
Он повёл их в сарай и дал каждому косу.
- Осторожно! Они все отбиты и очень острые. Косить будем вокруг дома.
Из дома вышли Данилина с Машей. Увидев, что их мужья учатся косить траву, они хихикнули и громко пожелали всем доброго утра. Александр улыбнулся и кивнул головой. Стас же был полностью погружён работой. Машу это задело, но она не подала вида. Любаша принесла им по стакану утреннего молока.
- Я жарю блинчики. Посидите немного, и я вам принесу их. Вы их с чаем будете?
- Будем, - сказала Данилина. - Мам, я тебе сейчас помогу.
- Нет, нет, нет! Оставайся на месте, - вытянув руки вперёд, крикнула мать. - Дочка, не своди меня с ума! Ты сейчас должна быть очень осторожной, чтобы лишний раз не споткнуться ненароком и не удариться обо что-то. Сидите обе, дышите свежим воздухом и набирайтесь сил. Скоро ваши светлые деньки закончатся, и вы снова впряжётесь в учёбу. Впереди экзамены и защита диплома. Я пошла. Мне Влад поможет.
Они ушли, а Данилина с Машей стали издали любоваться своими мужьями - их силой и ловкостью рук. Их внимание отвлёк запах блинов, тянувшийся из открытой двери. Данилина почувствовала толчок в животе и ласково сказала: 
- Мой малыш почувствовал запах блинов и захотел кушать? Сейчас мамочка тебя накормит ими.
- Лин, а почему ты постоянно называешь его малышом? А если это девочка? - спросила Маша.
- Нам с Сашей без разницы, кто это будет - мальчик или девочка. Я называю так не потому, что предпочитаю мальчика, а просто так привычней как-то.




Влад принёс горячий чайник и заварник со свежей заваркой. Вернувшись в дом, он вскоре вынес сахар, чашки, ложки. Любаша принесла им гору блинов и мёд в банке. Влад, возьми деревянную ложку и набери из банки в чашку мёда.
Вскоре Данилина с подругой с аппетитом уплетали блинчики с мёдом, запивая их горячим чаем из трав. Наевшись, они решили немного пройтись, поддерживая друг друга. Помахав мужьям, они тихо пошли по дороге. Увидев жену, ушедшую без него, Александр отдал косу Стасу и помчался, как безумный, за ней.
- Что с ним? - оторопело спросил Степаныч. Таким он своего зятя ещё не видел.
Чтобы о друге не подумали плохо, Стас откровенно рассказал его тестю о произошедшем случае с Данилиной. Степаныч внимательно слушал, сурово сдвинув брови.
- Так сильно он любит мою дочь? - удивлённо спросил он, всё ещё не осознав это до конца.
- Если с ней что-то случится, то Саша не будет тоже жить. Он это ещё тогда сказал и подтверждает это каждый раз. После услышанного Степаныч ещё больше полюбил своего зятя за такую преданность.
Александр догнал жену и прижал к себе, дрожа всем телом.
- Ты же мне обещала, что никогда больше без меня никуда не пойдёшь. Данилка, ты хочешь, чтобы у меня сердце от страха за тебя остановилось? - как безумный шептал он. - Тогда лучше убей меня сразу. Иначе я не выдержу страха потерять тебя.
Данилина с тревогой смотрела на мужа и мысленно ругала себя. Она только вчера дала ему слово, никуда без него не ходить, а сегодня его с лёгкостью нарушила.
- Любимый, прости! Я действительно обещала тебе и забыла об этом. Прости, родной мой! Мы слишком сильно наелись блинов и решили чуть-чуть пройтись пешком, чтобы раструситься немного.
- Я тебе больше не верю... Тебе на мои чувства наплевать... Я думал, что ты меня любишь также сильно, как я тебя.
Краска схлынула с его лица, и он стал падать. Данилина с Машей задержали его падение от сильного удара и громко закричали. Стас сразу понял, что произошло. Он бежал как сумасшедший, боясь не успеть. Схватив друга, он поднял его за плечи и положил его голову себе на колени. К ним подбежали Кирилл с братьями и Степаныч.
- Живой? - спросил он.
Стас молча покачал головой. Он посмотрел на Данилину и с надрывом спросил: 
- Зачем ты пошла без него? Ты же только вчера ему слово дала? 
- Братики мои, отнесите его домой и положите на кровать, - вытирая слёзы, велела она.
- Давайте скорую вызовем? - предложил Стас.
- Не надо скорую, - категорически воспротивилась Данилина. - Это связано не с физической болезнью, а с психикой. Я сама буду его лечить.




Александр был в лесу, окутанном густым туманом. Он бежал за женой и потерял её в тумане. Пытаясь найти дорогу, он громко звал её, но туман поглощал все звуки. "Данилка, где ты? Любимая, отзовись! Я же умру без тебя..." Он бежал и бежал, но почему-то постоянно возвращался в одно и то же место. Страх мешал думать. Он снова звал Данилину, но тщетно. Вокруг была непроницаемая тишина. Все звуки оставались внутри. Александр устал и сел, оперевшись на ствол дерева. "Думай! Думай, как отсюда выбраться! - приказывал он себе. - Я должен найти решение... Обязательно должен. Любимая, ты только дождись меня". Александр стукнул себя по голове, приказывая ей вспомнить, как он сюда попал? Какие-то обрывки воспоминаний мелькали, но, будто насмехаясь, проносились мимо. Вдруг ему на лицо упала капля. Он поднял голову, но дождя не было. "Это слеза моей любимой, - воскликнул он и закричал:  - Лина! Отзовись, пожалуйста! Где ты?" Эхо прокатилось по лесу и туман стал рассеиваться. И тут он услышал её шёпот:
- Саша, очнись! Я здесь... Я с тобой... Прости меня, хороший мой! 
- Данилка, я тебя слышу. Не уходи, пожалуйста... Я здесь. Не уходи... Я иду к тебе. Говори. Здесь туман... Я пойду на твой голос.
Данилина от радости расплакалась.
- Я здесь. Я тебе песню буду петь, чтобы ты  слышал мой голос.
Она запела колыбельную. Александр слышал всё чётче её голос и шёл на него. Голос становился всё ближе и ближе. Он почувствовал, как его что-то стало обволакивать... Страха не было. Наоборот, это было что-то родное, близкое, тёплое... Оно излучало силу, и эта сила вела его к ней. Наконец-то, туман рассеялся. Лишь отдельные его обрывки, зацепившиеся за ветви деревьев, свисали клочьями. Он увидел невысокий холм, поросший густой травой, на вершине его стояла его жена и протягивала к нему руки. Он легко взлетел к ней и взял её за руки.
Александр открыл глаза и, увидев её, улыбнулся.
- Ты меня вывела из тумана. Спасибо!
Данилина улыбнулась ему и разрыдалась, обнимая его всё крепче и крепче.
- П...прости меня, по...пожалуйста. Это по...по..лучилось из-за меня... Я ка... как-то забыла об этом.
Он смотрел на неё с безграничной любовью и улыбался.
- Как же я тебя люблю, родная моя! Я не знал, что так можно любить. Наверное, в какой-то жизни мы не долюбили друг друга или нам не дали любить друг друга, поэтому в этой жизни наша любовь слишком сильна оказалась. Лин, я понял, что неправильно вёл себя по отношению к тебе. Прости и ты меня. Я позволил страху за тебя взять верх над собой, но ты освободила меня от него. Не плачь, милая... Всё уже хорошо, а будет ещё лучше. Я очень хочу пить.
Дверь открылась и вошёл Стас с кружкой воды. Его глаза были красными от слёз. Заметив это, Александр удивлённо спросил: 
- Вы что, хотели похоронить меня?
- Вот дурак! - в сердцах крикнул Стас. - И шутки твои дурацкие.
- Эй, друг, ты чего бросаешься на того, кто только что вернулся почти с того света? Иди сюда. Я обнять тебя хочу.




Стас присел на кровать, и они крепко обнялись.
- Ты больше не пугай нас так. Мы же тоже не железные. Я из-за тебя чуть не накричал на Лину, готовый обвинить её во всём случившемся. Лин, прости меня, пожалуйста! Я тоже очень сильно испугался за него. Для меня потерять Сашу равносильно потере матери.
- Эй, затворники, выходите уже сюда! Мы же все волнуемся не меньше вашего, - строго приказал Степаныч.
Все засмеялись.
- Ты встать сможешь? - заботливо спросил друга Стас.
- Слабость есть, но я встану, если ты поможешь мне. 
- Обязательно помогу. Моё плечо всегда к твоим услугам.
Они рассмеялись и вышли наружу. Вся семья была здесь.
- Сынок, как ты себя чувствуешь? - с волнением спросила Любаша. 
- Мам, пап, мои братья, простите, что так всех напугал! Надеюсь, что больше такое не повторится.
- Пап, Сашу надо сводить в баню и попарить. Ему это будет полезно. Он быстрее восстановится.
- Я его так отхлещу за то, что мы из-за него пережили, что он забудет все свои страхи за тебя.
Все весело рассмеялись.
- Тогда обед переносится. Сядем, когда мы вернёмся из бани.
- А мы тогда неспеша приготовимся к нему, - с улыбкой ответила Любаша. - Иди,  растопи баню.
Женщины проводили всех мужчин в баню и принялись все вместе готовить обед. Они сварили борщ, сделали картофельное пюре и приготовили мясо с подливой. Данилина с Машей сделали овощной салат из помидоров, огурцов и болгарского перца. Заправлять пока ничем не стали. Через полчаса пришли младшие, затем Кирилл с Александром и последними - Степаныч со Стасом. На их лицах блуждала довольная улыбка.
Во время обеда у Стаса созрело новое предложение: 
- Дядь Лёш, у меня к вам есть интересное предложение.
- Какое?
- Давайте построим новую баньку, но побольше, попросторней. Я нарисую чертёж. Мы с Кириллом закажем брёвна, доски и всё остальное, прилагающееся к ним. Надо только мастеров найти.
- Сынок, эта баня выльется в очень большие деньги.
- Дядь Лёш, вы не думайте об этом. Вы согласны?
- Хорошо.
- А может вы хотите место другое выбрать? У вас в огороде теперь есть скважина. Воду можно качать оттуда...
Стас осёкся.
- Кир, мы же насос не купили. Вот я болван! Ладно, поедем заказывать брёвна и купим. Давайте баню построим ниже возле забора. Прокопаем траншею в низину, чтобы вода из бани стекала туда.
Степаныч внимательно слушал и думал.
- А ты прав. Там действительно место будет лучше. От соседей далеко, рядом пустырь, на котором никто ничего не делает - не пашет и не сеет. Да, место идеально подходит для бани.
- Кир, поехали прямо сейчас, - сказал Стас, вылезая из-за стола.
- Я тоже с вами поеду, - крикнул Александр. - Любимая, ты же не против?
Данилина улыбнулась и мягко сказала:
- Не против.
Он поцеловал её при всех и побежал к машине. Все с улыбкой смотрели ему  вслед.




Убрав всё со стола и перемыв посуду, Данилина сказала:
- Я очень хочу отдохнуть. Что-то глаза слипаются.
- И я тоже, - призналась Маша.
- Идите, идите. Вам надо чаще спать. Маша, а ты, дочка, не стесняйся ложиться днём, если хочешь спать. Я как-то упустила это совсем, - посетовала Любаша. - Машенька, ты уж прости меня за невнимание. Я что-то закружилась с делами, а вам обеим внимание не уделяла. - Тётя Люба, я ни на что не обижаюсь. Я вижу, что вы крутитесь целый день, как белка в колесе. Вам на себя-то некогда посмотреть, а вы ещё о нас беспокоитесь. С нами всё нормально. Если я захочу что-то, то я скажу об этом Лине.
Они взялись за руки и пошли спать. Сон сморил их почти мгновенно. Они проснулись уже вечером. Их мужья лежали рядом с ними и крепко спали. Данилина повернулась лицом к мужу и обняла его. Александр почувствовал её прикосновение и открыл глаза.
- Я тебя разбудила?
- Нет. Я почувствовал, когда ты проснулась. Хотел тебя обнять, а ты повернулась и сама обняла меня.
- Я люблю тебя, муж мой!
- Я тоже люблю тебя, жена моя!
Их слова звучали как клятвы, данные ими навечно. Они смотрели друг на друга, а потом поцеловались, скрепив свой союз любовью. 
- Как вы съездили в город? Успешно?
- Да. Кирилл через своих знакомых и через начальника всё узнал, договорился. Начальник дал адрес бригадира, который ему строил баню. Мы позвонили ему и встретились. Стас нарисовал ему чертёж своей бани на даче. Бригадир всё дотошно расспросил и посоветовал купить брёвна и весь остальной материал у тех ребят, с которыми он работает. Сказал, что у них  хорошая просушка. Стас его отозвал в сторону и предупредил, что с ним и его дружками будет, если они обманут его. Потом что-то прошептал ему на ухо, отчего бригадир побледнел и, заикаясь, пообещал сделать всё в лучшем виде.
- Если ты сделаешь баньку такую, какую я хочу подарить тестю, то ты получишь хорошие деньги за работу.
- Тестю? - изумлённо повторила Данилина. - Это он специально так сказал, чтобы они сделали всю работу качественно. Стас правильно сделал. Сейчас очень легко можно попасть к тем, кто кидает на деньги. Я думаю, что он припугнул его отцом, вернее, той структурой, в которой он работает. Завтра они подготовят весь материал, нарежут всё по размеру, а послезавтра приедут и соберут её по брёвнышку.
- Вы ещё успеете помыться и попариться в ней, - радостно сказала Данилина. - Надо ещё заготовить дрова для бани. А котёл? Туда нужен огромный котёл. - расширив глаза, затараторила Данилина. - В него должно вмещаться много воды.
- Они сказали, что сами его подберут и привезут. Там ещё будет небольшой бассейн или купель с холодной водой. Они приедут со всеми материалами и сделают, как им сказал Стас.  Теперь они  будут стараться изо всех сил, лишь бы ему угодить.
Они весело рассмеялись.
- Встаём? - спросила Данилина.
- Угу, - мотнул головой Александр.
Они вышли на улицу и сразу же почувствовали разницу между дневной температурой и вечерней. Дневное солнце оставило после себя тепло, которое медленно, неохотно уступало место вечерней прохладе. Воздух, ещё недавно пахнувший пылью разогретой земли и свежестью отцветающих яблонь, теперь приобретал новые, более глубокие оттенки.




Он поцеловал её при всех и побежал к машине. Все с улыбкой смотрели ему  вслед. Убрав всё со стола и перемыв посуду, Данилина сказала:
- Я очень хочу отдохнуть. Что-то глаза слипаются.
- И я тоже, - призналась Маша.
- Идите, идите. Вам надо чаще спать. Маша, а ты, дочка, не стесняйся ложиться днём, если хочешь спать. Я как-то упустила это совсем, - посетовала Любаша. - Машенька, ты уж прости меня за невнимание. Я что-то закружилась с делами, а вам обеим внимание не уделяла. - Тётя Люба, я ни на что не обижаюсь. Я вижу, что вы крутитесь целый день, как белка в колесе. Вам на себя-то некогда посмотреть, а вы ещё о нас беспокоитесь. С нами всё нормально. Если я захочу что-то, то я скажу об этом Лине.
Они взялись за руки и пошли спать. Сон сморил их почти мгновенно. Они проснулись уже вечером. Их мужья лежали рядом с ними и крепко спали. Данилина повернулась лицом к мужу и обняла его. Александр почувствовал её прикосновение и открыл глаза.
- Я тебя разбудила?
- Нет. Я почувствовал, когда ты проснулась. Хотел тебя обнять, а ты повернулась и сама обняла меня.
- Я люблю тебя, муж мой!
- Я тоже люблю тебя, жена моя!
Их слова звучали как клятвы, данные ими навечно. Они смотрели друг на друга, а потом поцеловались, скрепив свой союз любовью. 
- Как вы съездили в город? Успешно?
- Да. Кирилл через своих знакомых и через начальника всё узнал, договорился. Начальник дал адрес бригадира, который ему строил баню. Мы позвонили ему и встретились. Стас нарисовал ему чертёж своей бани на даче.
Бригадир всё дотошно расспросил и посоветовал купить брёвна и весь остальной материал у тех ребят, с которыми он работает. Сказал, что у них  хорошая просушка. Стас его отозвал в сторону и предупредил, что с ним и его дружками будет, если они обманут его. Потом что-то прошептал ему на ухо, отчего бригадир побледнел и, заикаясь, пообещал сделать всё в лучшем виде.
- Если ты сделаешь баньку такую, какую я хочу подарить тестю, то ты получишь хорошие деньги за работу.
- Тестю? - изумлённо повторила Данилина. - Это он специально так сказал, чтобы они сделали всю работу качественно. Стас правильно сделал. Сейчас очень легко можно попасть к тем, кто кидает на деньги. Я думаю, что он припугнул его отцом, вернее, той структурой, в которой он работает. Завтра они подготовят весь материал, нарежут всё по размеру, а послезавтра приедут и соберут её по брёвнышку.
- Вы ещё успеете помыться и попариться в ней, - радостно сказала Данилина. - Надо ещё заготовить дрова для бани. А котёл? Туда нужен огромный котёл. - расширив глаза, затараторила Данилина. - В него должно вмещаться много воды.
- Они сказали, что сами его подберут и привезут. Там ещё будет небольшой бассейн или купель с холодной водой. Они приедут со всеми материалами и сделают, как им сказал Стас.  Теперь они  будут стараться изо всех сил, лишь бы ему угодить.
Они весело рассмеялись.
- Встаём? - спросила Данилина.
- Угу, - мотнул головой Александр.
Они вышли на улицу и сразу же почувствовали разницу между дневной температурой и вечерней. Дневное солнце оставило после себя тепло, которое медленно, неохотно уступало место вечерней прохладе. Воздух, ещё недавно пахнувший пылью разогретой земли и свежестью отцветающих яблонь, теперь приобретал новые, более глубокие оттенки.







        Продолжение следует