Достоевский и Булгаков- добро в мире зла

Друзья!
Сегодня хочу представить вашему вниманию неожиданное сравнение романа Фёдора Достоевского «Идиот» и романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита».
Если вам интересно - желаю приятного прочтения.
С уважением, Наталья.
...
Начать, пожалуй, стоит с того, что между написанием Фёдором Достоевским романа «Идиот» и  Михаилом Булгаковом «Мастера и Маргариты» прошло более полувека, да и принадлежат они к разным эпохам, однако их, действительно, объединяет ряд фундаментальных тем и структурных параллелей - своеобразный «экватор», которым можно назвать центральную ось, истинную суть, вокруг которой вращаются их миры.

Этот общий "экватор" можно определить как столкновение идеального, божественного начала с жестокой и циничной земной реальностью.

Каковы же ключевые точки пересечения этих романов?

В центре обоих произведений находится фигура, которую можно охарактеризовать как инкарнацию абсолютного добра в мире зла.

Князь Мышкин Достоевского - это «князь-Христос». Он кроток, всепрощающ, верит в изначальную доброту человека. Его появление в холодном, рациональном Петербурге подобно чуду. Он пытается нести свет и сострадание, но его не понимают, над ним смеются и в итоге уничтожают. Но что главное - он живой человек. Не миф, не фантазия, не герой книги в истории, а человек.
Иешуа Га-Ноцри у Булгакова - это бродячий философ, проповедующий, что «злых людей нет на свете». Он — воплощение той же идеи о всепобеждающей силе добра. Его диалог с Пилатом — это квинтэссенция конфликта между истиной и властью, совестью и прагматизмом. Однако, в романе Иешуа Га-Ноцри является книжным персонажем произведения, автором которого был Мастер. Он -  своеобразная "фантазия" о том, каким должно быть добро в этом мире.

Но добро не может существовать без зла. Мало того, если бы в мире не было бы зла, то и добра не существовало, потому что эти понятия возможны и главное понятны, лишь на контрасте друг друга.

Таким образом, зло является связующим звеном между двумя романами на философском уровне. Но зло - не абстрактно. Не вселенское зло, а будничное. Понятное каждому. Зло с человеческими чертами. Это архетип умного, но слабого человека, который оказывается перед нравственным выбором и делает его в пользу трусости.

В «Мастере и Маргарите» это центральный внутренний конфликт. Пилат страдает от своей неспособности пойти против власти ради совести. Его вечное наказание — бессмертие в компании с собственной трусостью. Но Пилат, как и Иешуа Га-Ноцри является книжным персонажем. Он вышел из-под пера Мастера, а потому отчасти является некой иллюзией, вымыслом, хотя и с лицом человека, представляя собой плод мыслительного труда.
В «Идиоте» Достоевского этот типаж раздваивается на двух персонажей. Первый - Афанасий Иванович Тоцкий - это «светский» Пилат, "светское зло", если будет позволено так сказать. Он тоже сделал свой выбор в пользу комфорта и выгоды, пожертвовав судьбой юной Настасьи Филипповны. Он «умыл руки», а потом жил с этим грузом.
Второй - Парфён Семёнович Рогожин - это Пилат, доведенный до крайности. Он тоже оказывается в ловушке обстоятельств (любовь к Настасье Филипповне, ревность к Мышкину) и совершает непоправимое — убийство, пытаясь разрешить неразрешимый конфликт.
Достоевский хочет донести до читателя, что зло не эфемерно, оно реально. Здесь и сейчас "бродит" в каждом человеке, ожидая своего "часа", своего момента, чтобы захватить разум и душу, меняя жизнь до неузнаваемости. И зло не абсолютно. Не одинаково. Оно у каждого своё. Собственное "тихое" зло, с "громкими" последствиями для жизни.

Раз размышления дошли до зла, то необходимо обозначить и демоническое начало в романах, без которого зло было бы невозможно.
Бесспорно, в обоих произведениях присутствует сила, которая не является абсолютным злом, но действует как катализатор событий, вскрывая истинную сущность людей.
У Булгакова - это Воланд. Он не творит зло сам, а лишь «и милость к падшим призывал» в своей манере. Он наказывает тех, кто уже наказан пороками (взяточники, лжецы), и воздает по заслугам.
У Достоевского в «Идиоте» нет персонифицированного дьявола вроде Воланда. Однако его функции выполняют деньги (пачка купюр в камине), похоть (Тоцкий), зависть и гордыня (сама Настасья Филипповна). Эти силы манипулируют людьми и ведут их к гибели.

Чтобы как-то разбавить мрачность бытия своих героев, оба автора используют мощный сатирический заряд для обличения современного им общества.

Сатира в романе Булгакова носит гротескный, фантастический характер (Воланд и его свита устраивают в Москве настоящий карнавал абсурда). Автор высмеивает жадность, взяточничество, лицемерие и атеизм москвичей.
Сатира Достоевского более психологична и трагична. Он показывает нравственное разложение петербургского света: алчность Гани Иволгина, высокомерие Епанчиных, пустоту генерала Иволгина. Эпизод с Бурдовским и компанией племянника Лебедева — это чистой воды сатира на нигилизм и желание поживиться за чужой счет.

Всю свою жизнь душа человека, его разум и желания тела находятся в противоречивой борьбе друг с другом. А катализатором для противостояния, зачастую, выступают два абсолютно полярных чувства - одиночество и любовь.
Тема одиночества -  болезненная и для Булгакова, и для Достоевского, что нашло отражение в их творчестве: и Мастер, и Мышкин - безмерно одиноки. Но если за первого борется Маргарита, яростно с первобытной силой, готовая ради спасения возлюбленного на всё, то второго ждёт разочарование, горе и безумие.

Читая данные произведения, нет-нет да возникает вопрос: А что в финале, поражение света или его победа?

И вот здесь-то романы расходятся в главном аккорде, что, несомненно, подчеркивает глубину их диалога.

У Достоевского — трагедия. Свет (Мышкин) терпит полное поражение. Он сходит с ума, а зло (в лице Рогожина) торжествует физически. Мир Петербурга доказывает свою неспособность принять абсолютное добро.
У Булгакова — катарсис и надежда. Свет побеждает. Мастер и Маргарита обретают покой («покой», а не свет — это важный нюанс). Добро не торжествует в земной Москве, но оно побеждает в вечности. В небытие...

Таким образом, оба романа имеют один «экватор» — освещая проблемы существования добра в мире зла. Булгаков, спустя полвека, словно отвечает Достоевскому: да, мир не изменился, он всё также жесток и циничен, но даже в нём есть место для высшей справедливости, для безусловной, жертвенной, искренней любви и надежды на прощение.

Благодарю, за интерес к публикации.
С уважением, Наталья.