Хмельной июль

В убранстве пышном царственного града
Затихнул день. Июльский вечер душный
Спустился ниц. Прохлады и отрады
Ждала столица в неге равнодушной.

Но туч свинцовых грозная завеса
Уж облекла брега седой Невы,
И ветра вздох из Летнего навеса
Вдруг всколыхнул прическу у травы.

Тогда в груди, уставшей от томленья,
Зажглась искра. И, покорясь судьбе,
В порыве чувств, безумного стремленья,
Я сделал шаг… и побежал к тебе!

Сквозь душный град, одетый в мрак июльский, 
Я мчусь к тебе, безумный и хмельной, 
Где ливень бьет по мостовой петербургской, 
Смывая след прохладною струей. 

Пускай толпа глядит с укором чинным 
На дикий танец посреди дорог, 
Кажусь я ей смешным и беспричинным
Но этот вихрь сдержать никто не мог! 

В твоих глазах — и нега, и пожар, 
Ты не боишься бури грозовой, 
Для сердца твоего сей ливень — дар, 
И ты готова ринуться за мной. 

Даруй мне ночь! До утренней денницы, 
Пока молчат промокшие сады, 
Мы будем пить безумство без границы, 
Смывая страстью горькие следы! 

Июльский дождь смывает все запреты, 
Вскипает кровь, и плавится гранит, 
И ночь для нас, безумием согрета, 
Священный грех и таинство хранит. 

Прильни ко мне! Пусть молнии сверкают, 
Срывая маски с чопорных домов, 
Твои уста дыханьем обжигают, 
Сильнее всех оков и громких слов. 

Мы растворимся в этом диком гуле, 
Сплетая пальцы, души и сердца, 
В хмельном, грозою венчаном июле, 
Где нашей страсти не найти конца. 

Пусть до утра целует капли ливня 
Твоя хмельная, нежная рука, 
О, как прекрасна ты, как дивно 
Уносишь ввысь, за эти облака! 

Пускай гроза грохочет над Невою, 
Вскипает кровь, как ангельский нектар, 
Я ослеплен, я пьян одной тобою, 
В моей груди горит чудовищный пожар! 

Рви цепи дней! Избавь от покрывала 
Свои уста, где зреет сладкий яд, 
Мне этой ночи слишком, слишком мало, 
Твои глаза безумием калят! 

Прильни к груди! Пусть плавится одежда, 
Под шум дождя, в объятиях немых, 
Сгорает стыд, и гибнет вся надежда 
Сдержать порыв желаний огневых! 

Мы — два костра, в одно сплетенных пламя, 
Нам ливень сей, как масло для огня, 
Июльский грех взвивается над нами, 
В пучину страсти за собой маня! 

Июльский гром гремит последним взрывом, 
Дрожат сердца в предчувствии конца, 
И мы сдаемся огненным порывам, 
Сплетая души, мысли и сердца! 

Без сил, без чувств, в объятиях безумных, 
Мы замираем посреди дорог, 
Забыв про град и про прохожих шумных, 
Смывая капли с побледневших щек. 

Я жду теперь лишь утренней денницы, 
Когда утихнет этот бурный шквал, 
Чтоб на твои промокшие ресницы 
Рассвет прохладой тихо заблистал. 

Пусть утреннее явится затишье, 
Уймет пожар, бушующий в крови, 
И мы услышим, как в притихшей нише 
Нам город шепчет сказку о любви.