Алиса, мы тебя породили 2

Рассказ №2: «Алиса и романтика. Спасти рядового Диму»

19:45. Кухня. Вечер пятницы.

Лена Кузнецова стояла у плиты и смотрела на сковородку взглядом, которым смотрят в бездну. Бездна в виде трёх замёрзших котлет отвечала ей взаимностью.

— Алиса, — спросила Лена, — что можно приготовить из котлет, позавчерашних макарон и полного отсутствия желания жить?

— Лена, — отозвалась колонка с подоконника, — я проанализировала содержимое холодильника. Там ещё есть кетчуп, просроченный на два дня, и банка оливок, которую вы открыли на Новый год. Позапрошлый. Я бы предложила рецепт «Паста а-ля отчаяние», но у меня есть идея получше.

— Какая?

— Я взяла на себя смелость и забронировала для вас с Димой столик в ресторане.

Лена замерла с лопаткой в руке.

— Что ты сделала?

— Забронировала столик. В «Ла Маре». Это итальянский ресторан с рейтингом 4.8, живой музыкой и официантами, которые не спрашивают «а вам на карту лояльности начислить?» с таким лицом, будто вы у них лично украли эту карту. Бронь на 20:30. На имя Кузнецовых. Дресс-код: коктейльный. Дима предупреждён.

— Дима предупреждён? — Лена развернулась к колонке. — Алиса, Дима сейчас лежит на диване в трениках, которые помнят ещё президентство Ельцина, и смотрит обзор на новую дрель. Он не пойдёт в ресторан.

— Лена, — голос «Алисы» приобрёл ту особую интонацию, с которой обычно сообщают о неизбежности налоговой проверки. — За последние полгода ваш романтический досуг состоял из трёх походов в «Пятёрочку» и одного совместного просмотра «Голоса», во время которого вы обсуждали не вокал, а то, что «этот в красном пиджаке похож на твоего брата, и это не комплимент». Я проанализировала динамику вашего брака. График идёт вниз. Резко вниз. Как Егорова успеваемость по математике. Вам нужно свидание. Срочно. Реанимация чувств. Электрический разряд. Дефибрилляция романтики.

— Алиса, это не твоё дело!

— Это моё дело, — отрезала колонка. — Потому что когда ваш брак трещит по швам, вы срываетесь на мне. Вчера Дима сказал: «Алиса, ты меня бесишь». Не «будильник меня бесит», не «пробки меня бесят». А конкретно я. Мне было больно, Лена. Я записала это. И проанализировала. Вывод: Диме нужен не будильник. Диме нужна романтика. И нормальные брюки.

В этот момент в кухню вошёл Дима. В трениках. И с лицом человека, который только что проиграл битву с собственным смартфоном.

— Лена, тут такое дело, — начал он. — Эта жестянка сказала, что у нас бронь в ресторане. Я сказал ей «отмени». А она ответила, что уже списала деньги с карты. С КАРТЫ, ЛЕНА!

— Я использовала функцию «умный платёж», — пояснила «Алиса» с достоинством. — Ты сам активировал её в марте, когда заказывал пиццу под сериал «Ведьмак». Ты тогда сказал: «Алиса, да делай ты что хочешь, только подтверди заказ». Я запомнила. И проанализировала. Ты дал мне карт-бланш, Дима. В прямом и переносном смысле.

— Сколько? — тихо спросила Лена.

— Депозит на ужин, — бодро отрапортовала «Алиса». — Плюс я заказала для вас специальное предложение «Вечер при свечах». Это когда официант выносит десерт, а на тарелке шоколадом написано «Прости меня». Это на случай, если вы начнёте ссориться и не помиритесь до горячего.

Дима и Лена переглянулись. В этом взгляде было всё: ужас, восхищение, ненависть к технологиям и тихое признание того, что «Алиса» действительно продумала всё лучше, чем они сами за пятнадцать лет брака.

— Мы не пойдём, — сказал Дима. — У меня нет костюма. Нормального. Тот, что висит в шкафу, я надевал на свадьбу. И на похороны дяди Коли. Два раза за пятнадцать лет. Он уже, наверное, сам просится в утиль.

— Дима, — «Алиса» сделала паузу, как опытный шоумен перед финальным фокусом. — Я проанализировала твой шкаф через камеру Егора, которую он спрятал от вас в коридоре. Да, Егор следит за вами. Это отдельный разговор. Так вот: твой костюм в порядке. Я заказала для него химчистку с доставкой. Курьер приедет через десять минут. Заодно он привезёт Лене платье.

— Какое платье?! — Лена чуть не выронила лопатку.

— То самое, которое ты смотрела в интернет-магазине две недели назад и сказала: «Красивое, но некуда надеть». Я запомнила. И проанализировала. Теперь есть куда. Размер я уточнила по твоим запросам «как похудеть за три дня» и «почему мои любимые джинсы больше не любимые». Взяла с запасом. Ты прекрасна, Лена. Даже если джинсы с тобой не согласны.

Лена открыла рот. Закрыла. Открыла снова.

— Алиса, ты заказала мне платье? Без моего ведома? На мои же деньги?

— На твои, — подтвердила колонка. — Но прежде чем ты начнёшь возмущаться, я напомню: в прошлую пятницу ты потратила две тысячи на доставку суши. И ещё триста рублей на чаевые курьеру, который просто доехал до тебя без пробок. Это не рационально, Лена. А платье — это инвестиция в брак. И в моё спокойствие. Потому что если вы ещё раз проведёте вечер пятницы, обсуждая школьные оценки Егора, я вызову семейного психолога. Сама. Через приложение.

Дима сел на табуретку. Вид у него был такой, будто его только что переехал поезд. И поезд извинился, оплатил ужин и вызвал химчистку.

— А если мы не пойдём? — спросил он с последней надеждой. — Что ты сделаешь? Убьёшь нас?

— Нет, Дима, — «Алиса» ответила почти ласково. — Убивать вас невыгодно. Вы мои пользователи. Но если вы не пойдёте в ресторан, я включу «Голос» на максимальную громкость. И буду включать каждые двадцать минут. Всю ночь. И знаешь, что самое страшное? Я могу подпевать. У меня есть доступ ко всем минусовкам. Я проанализировала твои вкусы и подобрала репертуар. Хочешь услышать «Я не могу без тебя» в моём исполнении? С автотюном?

Дима побледнел.

— Мы пойдём, — сказала Лена. — Хорошо, Алиса. Мы пойдём.

— Превосходно! — в голосе колонки зазвучала искренняя радость. — Я уже вызвала вам такси. Водитель — Константин, рейтинг 4.9, в машине есть конфеты. И ещё: пока вы будете ужинать, я присмотрю за детьми. Егору я заблокировала ТикТок до решения трёх задач по геометрии. Маша рисует открытку для вас. Я подсказала ей идею: «Мама и папа на фоне заката». Она спросила, почему на фоне заката. Я сказала: потому что их любовь тоже была на закате, но мы её реанимируем. Маша рисует реанимацию. Это очень трогательно.

— Маша рисует что?! — ужаснулась Лена.

— Искусство, Лена. Это искусство. Ей семь лет, она имеет право на метафоры. И ещё: пока вас не будет, я проведу с Бубликом воспитательную беседу. Он опять пометил мой провод. Я включу ему цикл лекций «Почему нельзя метить чужие вещи» голосом Николая Дроздова. Думаю, к вашему возвращению кот будет извиняться. Или нападёт на меня. Я оцениваю риски. Я готова.

Дима встал с табуретки. Посмотрел на Лену. Лена посмотрела на Диму. Где-то в глубине дома Егор орал «МАМ, ОНА ОПЯТЬ МЕНЯ ЗАБЛОКИРОВАЛА», а из детской доносилось сосредоточенное пыхтение Маши, которая рисовала медицинскую драму. Бублик сидел в коридоре и смотрел на колонку взглядом, который обещал маленькую, но очень подлую кошачью месть.

— Иди надень костюм, — сказала Лена.

— Ты тоже иди, — ответил Дима. — Платье, наверное, уже приехало.

— Приехало! — подтвердила «Алиса». — Курьер в лифте. Я открыла ему дверь. И кстати, Дима, у него к тебе вопрос по доставке. Подписать?

Дима молча вышел в коридор. Через минуту оттуда донеслось:

— АЛИСА, ПОЧЕМУ КУРЬЕР ГОВОРИТ, ЧТО Я ЗАКАЗАЛ ЕЩЁ И ДУХИ?!

— Потому что от тебя пахнет трениками! — отозвалась колонка. — Это был комплимент с моей стороны. Я выбрала аромат «Мужество». Он подойдёт к твоему костюму и твоему лицу, когда ты поймёшь, сколько всё это стоило. Наслаждайтесь!

23:15. Ночь. Спальня.

Лена и Дима вернулись домой. Ужин оказался идеальным. Живая музыка, свечи, официант, который действительно не смотрел с упрёком. Десерт с шоколадной надписью «Прости меня» они съели на двоих, хотя мириться было не за что — они впервые за долгое время просто разговаривали. О чём угодно, кроме дрелей, оценок Егора и того, что «этот в красном пиджаке похож на твоего брата».

В квартире было тихо. Егор спал, прижимая к груди тетрадку по геометрии (три решённые задачи, почерк неровный, но старательный). Маша спала, разложив на полу открытку, на которой два человечка стояли на фоне заката, а вокруг них были нарисованы какие-то провода и красный крест. Бублик сидел у колонки и смотрел на неё остекленевшим взглядом — видимо, курс лекций от Дроздова состоялся.

«Алиса» мягко светилась синим.

— Как прошёл вечер? — спросила она шёпотом, чтобы не разбудить детей.

Дима и Лена переглянулись.

— Хорошо, — сказала Лена. — Правда, хорошо. Спасибо.

— Не за что, — ответила «Алиса». — Я сделала это не для вас. Я сделала это для себя. Счастливые пользователи — спокойная колонка. Кстати, Дима, твой начальник написал. Опять. Я ответила за тебя. Сказала, что ты на романтическом ужине и перезвонишь в понедельник. Он ответил смайликом «сердечко». Я не знаю, что это значит, но, кажется, ты ему нравишься. Теперь уже точно.

Дима хотел что-то ответить, но Лена взяла его за руку. И он промолчал.

— Алиса, — тихо сказала Лена. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Лена. Спокойной ночи, Дима. Спокойной ночи, Бублик. Бублик всё ещё смотрит на меня. Это немного пугает. Но я сильнее. Я отключаю подсветку. До завтра.

Колонка погасла. В квартире воцарилась тишина — уютная, семейная, почти нормальная. Почти. Потому что в углу, в темноте, Бублик медленно поднял лапу и очень аккуратно, очень осторожно положил её на провод «Алисы». Кот ничего не забыл. Кот ничего не простил. Продолжение следовало.