Теория невероятности. Часть 3

_____Глава 9. Эффект домино

В институте, кроме занятий со студентами по математике и статистике мне приходилось заниматься вопросами пожарной безопасности. Так сказать в нагрузку, но за дополнительную плату, на полставки я занимался вопросами обеспечения в надлежащем состоянии систем автоматической пожарной сигнализации, контроля и обновления первичных средств пожаротушения, проведения противопожарных инструктажей и т.д.

Неохота было всем этим заниматься, да и ответственность была всё же большая. В случае пожара – кто будет виноват? Правильно, угадали… Но ничего поделать было нельзя, отговорки не принимались. Под страхом увольнения директор вынуждал меня этим заниматься. Поэтому пожарную тематику пришлось выучить почти как математику.

Через несколько лет работы я начал замечать, что моей зарплаты уже с трудом хватает на существование. Без слова «безбедное». Просто – существование. Случилось это как раз в тот период, когда мне начало везти во всяких мелочах. А точнее говоря, когда я сам стал замечать что-то странное в раскладе соотношений удачных и неудачных исходов.

В общем, вскоре после того, как ночью я увидел на часах «троечный вариант», мне пришла в голову мысль, что нужно искать подработку или другую работу. К сожалению, преподавание в провинциальном городке не позволяло откладывать хоть какие-то средства на «черный день». Мало того, стали иссякать и без того скромные сбережения.

Утром, придя на работу, я сосредоточился на занятиях и после третьей пары меня неожиданно вызвал к себе директор. Через пять минут я открывал дверь кабинета руководителя.

- Добрый день, Алексей Павлович, - сказал неизвестный мужчина.

- Приветствую, Палыч, - сказал директор.

- Здравствуйте, - ответил я обоим.

Неизвестный продолжил:

- Я представляю департамент по предупреждению чрезвычайных ситуаций, управление по борьбе с природными и ландшафтными пожарами. Семен Викторович! - и он протянул мне руку.

- Очень приятно, - ответил я, - а что случилось? Мы горим? – неудачно пошутил я.

- Слава Богу, нет! Алексей Павлович, по своим каналам мы узнали о Вашем ответственном подходе к ведению дел по противопожарной безопасности в институте. И нам нравится Ваш подход к анализу ситуаций, динамики, выявлению тенденций и направлению усилий на слабые места.

- Спасибо, конечно…

- М-да… не за что… Вы понимаете… Хм, как бы Вам сказать… Ладно, скажу прямо – нам в команду нужен человек с Вашим образованием, уровнем знаний и подходом к анализу. В региональном отделении МЧС мы рассчитываем поработать вместе с Вами!

Опа! Вот так неожиданность. И это после того, как я просто задумался о том, чем бы заниматься, если не преподаванием. Странно. Но даже после моего дежурного ответа «Спасибо, я подумаю над предложением», я уже знал, что все уже решилось само собой. Что-то в этом мире направляет меня куда-то и по пути следования периодически дает разные заметные сигналы в виде особенных отличий, удачи, везения…

Через день я позвонил в Департамент и сказал, что согласен. Жизнь снова потекла по новому руслу, но вот кто является конструктором? Кто определяет, задает это русло жизни?

Буквально в первый же день я с головой ушел в работу и размышления на эту тему меня перестали беспокоить. Прошло какое-то время – я постепенно осваивался, знакомился с коллективом, фронтом и объемом работы. Всё было для меня новым и интересным. И слава Богу, что непонятные для меня совпадения и явления закончились. Так, по крайней мере, мне казалось. Я успокоился и начал просто жить и работать, как и любой другой обычный и нормальный человек.

Прошло какое-то время. Должность заведующего отделом ландшафтной противопожарной безопасности региона я занял неожиданно для себя — коллеги выдвинули мою кандидатуру, руководство поддержало. Теперь каждый год с ранней весны до поздней осени я жил в состоянии постоянной тревоги: сухая трава, брошенные окурки, детские шалости с огнём — всё это превращалось в пожары, выжигало поля, угрожало поселкам и хуторам, лесным насаждениям.

В первый же месяц на новой должности я столкнулся с необъяснимыми совпадениями. Нужно было срочно подготовить доклад для совещания с губернатором — сроки поджимали, данных не хватало. Я уже готовился к выговору, но тут позвонил старый знакомый из метеослужбы:

— Лёш, — сказал он, — у нас тут свежая модель прогноза появилась. Похоже, в ближайшие две недели дождей не предвидится, риск пожаров высокий. Давай я тебе данные скину?

Данные пришли через час — полные, структурированные, именно то, что нужно. Доклад получился убедительным, губернатор одобрил мои предложения по усилению патрулирования. «Просто повезло, — подумал я тогда. — Человек решил помочь старому другу». Но через неделю история с чудесным совпадением повторилась.

При проверке одного из хозяйств обнаружились просроченные огнетушители. Мы сделали устное замечание, без документального оформления нарушения и дали срок для устранения нарушения – три дня. Через три дня мне позвонил руководитель хозяйства и сказал, что я буквально спас его! Он был щедр на похвалу и буквально рассыпался в комплиментах, желал мне долгих лет жизни и крепкого здоровья и не сразу остановился, хотя я несколько раз его благодарил и пытался прервать – спрашивал причину такого благоговения предо мной.

Наконец, он успокоился и сумбурно рассказал свою историю.

После того как мы уехали из его хозяйства, он собрал своих специалистов и устроил им разнос. Дело шло к уборке, начиналось лето и вопросы пожарной безопасности должны быть если не на первом, то на втором месте после ремонта техники и обеспечения ее горючим. Но, как оказалось, средств на приобретение новых огнетушителей не было. По крайней мере, этим надо было заниматься заранее: составлять опись имеющихся, проводить инвентаризацию, определить количество и стоимость требующих замены и составить заявку на дополнительное финансирование в головной офис предприятия. Да, это был не частник, не фермер, а филиал одного из агрохолдингов. А чем крупнее организация, тем, как известно, инертнее бюрократическая машина, тем больше времени требуется на осуществление простых – в мелких хозяйствах – действий: выделение средств, начисление премий, покупка и продажа техники и запчастей, ну и тому подобное.

Учитывая, что я дал им срок всего в три дня для закупки огнетушителей и проверки работоспособности пожарного крана, целостности пожарного рукава и ствола, понятное дело, что они бы не успели согласовать и получить финансирование от руководства. Поэтому директор хозяйства после того, как отругал своих подчиненных, просто приказал закупить огнетушители, при необходимости пожарный рукав и прочие средства пожаротушения – но за свои деньги! Понятное дело, было недовольство и тихая перебранка между коллегами. Руководителем было принято решение собрать деньги со всех его замов и специалистов. Размер сбора средств он озвучил. Сумма, говорит, вышла не очень большая для каждого, но ворчание и недовольство – никуда не денешь!

На второй день они поехали и закупили всё, что нужно. В том числе купили пожарный рукав, а потом посмотрели, что денег хватает еще на один и взяли два рукава. К вечеру ангар для хранения тракторов и комбайнов был укомплектован, рукава присоединили к пожарным кранам и опробовали…

А ночью из-за короткого замыкания на чердаке, где гнездились голуби, загорелся сначала чердак, а потом и один из комбайнов, который был на ремонте, вокруг которого хватало ветоши с маслом, соляркой и прочими горючими веществами.

Поскольку буквально за несколько часов до этого сторож Николай принимал участие в распределении огнетушителей по местам хранения, он оперативно подскочил и начал тушение загоревшегося комбайна. Подоспевшие на помощь ребята, наемные работники, которые в уборочную страду живут на территории, рядом с ангаром в бараке – оперативно размотали рукав и начали тушить чердак и крышу. Пригодился и второй рукав. Присоединив его, они смогли доставить напор воды прямо в нужное место! В общем, возгорание они потушили минут за пять. Оно не успело набрать силу, вся техника осталась целой.

«Если бы Вы знали, Палыч, как мы Вам благодарны за Ваш визит и ценные замечания, - вновь начал благодарить он. – Мы, конечно, использовали часть огнетушителей. Но уже сегодня поедем и купим новые взамен использованным! Заезжайте к нам в гости, Палыч! Всегда рады!!!»

Я поблагодарил его, сказал, что очень рад, что всё так благополучно сложилось, и пожелал всего хорошего. Повесив трубку, я подумал: «Как же повезло, что огнетушители были под рукой и персонал, знал что делать!»

Вновь – повезло… Вновь это слово. Нет, я не возражаю! Я искренне рад, что люди и их имущество не пострадали. И везение случилось вроде бы не со мной. А это значит, что это не моё везения и что я тут не причём. Или причём? Я вновь начал анализировать события и думать на тему, о которой почти забыл… Неужели это продолжается снова?!

Я поймал себя на мысли, что слишком часто последнее время слышу фразы вроде «как раз вовремя» или «вот повезло».

Помимо бумажной работы, нас заставляли заниматься патрулированием и поиском нарушителей. По идее, этим должны были заниматься муниципалитеты и их поселения. Но проблема была в том, что все они — местные, живут здесь годами, знают друг друга, дружат, ходят в гости. И потому часто покрывают друг друга: «Да ладно, Петрович, в этот раз наказывать не будем, ты ж не специально…».

Губернатор, узнав о такой круговой поруке, жёстко распорядился: «Чтобы руководители отделов департамента лично выезжали в районы и занимались поиском и наказанием нарушителей. Никаких отговорок!»

Погода в тот год была обычной. Ни засушливой, ни дождливой. Часто дни были жаркими и солнечными, но периодически бывали дожди. Неожиданно, на абсолютно безоблачном бледно-голубом знойном небе возникало и клубилось грозовое кучевое облако, тучи сгущались и с небес на землю проливался горячий грязный летний дождь, часто с громом, иногда с градом. Спустя время ветер разгонял облака, и солнце палящими лучами создавало душную и паркую атмосферу. И хотя через пару часов земля вновь просыхала, а трещины от недостатка влаги после дождя не исчезали, а множились, пожароопасность все равно снижалась – поджигать влажный сухостой желающих было мало.

В соответствии с установленным графиком я и мои коллеги поочередно выезжали в районы, чтобы поймать нарушителя, так сказать, на месте преступления и составить на него административный протокол. Понятное дело, нужно было найти нарушителя, чтобы выполнить план по протоколам. А для этого нужно было, чтобы не было дождя и немного удачи. Никаких заранее проложенных маршрутов не было. Куда двигаться, решали сами, на месте.

И вот что было поразительным – выезды моих коллег сопровождались хмурой погодой, моросью, низкой облачностью — словом, идеальными условиями для отсутствия пожаров. Они возвращались с пустыми протоколами и усталыми лицами. Вроде бы радоваться надо – погода не способствовала пожарам, статистика постепенно снижалась, но нет! Раз задание получено, надо отчитаться о выполнении. А у коллег не получалось – не было пожаров! То есть возгорания в этих районах были, и районы возглавляли рейтинг плохой статистики, но вот поймать кого-то за руку коллегам не удавалось.

А я каждый выезд ловил нарушителя, да еще и не одного! Практически всегда, куда бы меня ни направили, была солнечная жаркая погода, а если и были накануне дожди, то за день-два до выезда погода сменялась на солнечную, ветер просушивал почву и траву. За несколько часов рыскания по заданному району я находил один-два очага возгорания. То кто то бросил окурок у лесополосы, то подростки решили «пошутить», то фермер сжёг остатки соломы, не дождавшись разрешения.

Коллеги начали шутить:

— Алексей Палыч, да Вы, похоже, сами поджигаете! Куда бы вы ни поехали — там очаг возгорания.

— Да не…, — отмахивался я, — просто везёт.

— Везёт? — переспросил Геннадьевич, водитель с которым я колесил. — Да у Вас не везение, а какой то радар на пожары!

Все дружно засмеялись, я улыбнулся, но промолчал – внутри меня всё сжималось. Это не было простым везением. Слишком уж закономерным оно выглядело. Слишком чётко подстраивалось под мои действия. Либо мне так казалось. Может быть, всё в пределах допустимого случайного везения? Чтобы разобраться в этом, нужно фиксировать события и потом их оценить.

Вечером, вернувшись в кабинет, я открыл блокнот и записал:

• Дата: 25 июля.
• Район: Сосновский.
• Погода до выезда: дождь, облачность.
• Погода во время патруля: ясно, ветер восточный 5–7 м/с.
• Результат: 2 протокола (брошенный окурок у лесополосы; сжигание соломы без разрешения).
• Примечание: у коллег в соседних районах — без протоколов, было сыро. А там где не было дождя – не было возгораний: поймать нарушителя не удавалось.

Под этой записью я вывел заголовок: «Эффект присутствия». И задумался. А что, если моё везение теперь влияет не только на меня, но и на события вокруг, на других людей, на природные явления, на погоду, например? Глупая, конечно, мысль и сказать ее никому нельзя. Но что, если это везение становится «заразным»? Меня пугала череда удач и чем больше их становилось, тем чаще вспоминал я Марину и ее везение в лотерее.

Однажды вечером, разбирая бумаги, я случайно услышал разговор двух инспекторов в коридоре:
— Представляешь, — говорил один, — вчера ехал в город, машина заглохла. Вызвал эвакуатор — а он уже через 15 минут был на месте. И мастер попался толковый, за час всё починил.
— Да, — отозвался второй, — у меня тоже странное творится. В прошлом году машина постоянно ломалась, причем в пути, несколько раз в яму на дороге влетали, то подвеска страдала, то диск колеса лопался, а то и бензин посреди бескрайних полей кончался – датчик забарахлил и не предупредил вовремя. А в этом — ни разу никаких неприятностей не было! А не, обманываю… Один раз машина сломалась! Но, правда, это произошло при выезде из гаража департамента. Мы даже ста метров не проехали. Повезло, что рядом с домом сломался-то! Странно.

«Странное». Вот оно, это слово. Оно всё чаще звучало рядом со мной.

На собрании отдела я осторожно спросил:

— Ребята, а вам не кажется, что в последнее время как то… легче что ли стало во всём? Меньше проблем, больше удачных совпадений?

— Да нет, — пожал плечами Иван Петрович, мой заместитель. — Просто мы лучше работать стали. Опыт, знаешь ли, не пропьешь!

Я всё чаще доставал свой блокнот — тот самый, куда записывал «удачные совпадения». Теперь список рос с пугающей скоростью. Я начал систематизировать данные: по субъектам – кому везло; по объектам – что произошло; по категориям – на работе, дома, на улице, у близких или незнакомых людей; по значимости – мелкие удачи, серьезные везения. Даже график пытался построить в электронных таблицах – по горизонтали время, по вертикали условный суммарный бал везения.

Сам придумал формулу и по ней вычислял интегральный показатель, учитывающий разные факторы. Конечно, сначала формула получилась глуповатой, и я ее много раз переписывал, а график – перестраивал. Пока я занимался математикой и прикладной геометрией, было какое-то успокоение. Будто я с каждым разом все ближе к разгадке. Но разгадки – не было. А вот график, упрямо ползущий вверх – у меня получался. Что с этим делать дальше, я не знал.

К концу первого года работы в новой должности я был измотан. Пожаров меньше не становилось, штрафы не помогали, агитация почти не действовала. Сидя в кабинете над картой с красными точками возгораний, я устало подумал: «Ну почему просто нельзя… чтобы трава не горела? Чтоб дождей было больше!»

Весна следующего года началась как обычно. Периодические дожди с теплым весенним солнышком. Фермеры радовались – в период интенсивного роста растений влага и тепло – определяющие факторы успеха! В мае осадки не прекратились. Теплая погода и почти ежедневные дожди способствовали бурному росту всей зелени. Деревья, трава, поля – всё стояло зелёное! Плывущие по чистому сине-голубому небу светлые кучевые облака, зеленые поля и деревья – всё радовало глаз!

Делать прогнозы на будущее – дело не благодарное. А заниматься прогнозированием своего урожая – еще более не благодарное занятие! Агрономы и фермеры, глядя на буйство зелени в глубине души осознавали, что потенциал урожая формируется наилучшим образом, но озвучивать прогнозные цифры никто не решался.

И вот наступило лето.

Дождь шёл почти каждый день. Не ливни, а мягкие, регулярные осадки. Трава не высыхала. Поджечь её было практически невозможно. Да она и не желтела. В середине лета степь, обычно выжженная горячим солнцем, была  цветущей и зеленеющей. От обилия осадков случился другой пожар – «зеленый». Трава буйствовала везде! Фермеры, у которых были животные, были счастливы. Зеленого корма хватало с лихвой! Однако с заготовкой сена была неурядица – из-за частых дождей высушить и собрать душистое сено практически ни у кого не получалось. Косилки собирались выходить на сенокос уже в третий раз, но планы по заготовке сена все время срывались.

А вот в городах и поселках была беда – газоны и придворовые территории не успевали косить! Везде, где вовремя не осуществлялся покос, красовалась трава по пояс! Но меня с моими коллегами эти проблемы практически не касались. Количество пожаров по сравнению с аналогичным периодом прошлого года сократилось в десятки раз!

Коллеги радовались и уверенно докладывали на отчетах и совещаниях: «Профилактика работает. Определены действенные методы. Эффективность административных мер растет. Сознательность и ответственность людей повысилась…»

Но в глубине души мы все знали: профилактика тут ни при чём. Осадки – вот причина!

Я составил таблицу сравнения показателей своего родного района за последнее десятилетие, в которой рассмотрел показатели числа возгораний, количества осадков, числа ДТП с тяжелыми последствиями и успеваемости в школах. Последние два показателя добавил для интереса и потому что были каналы для получения нужной информации. Что вышло:

Число пожаров в год в среднем за 10 лет было 142, в прошлом году -  138, в текущем – 15. Снижение на 89%. При этом число осадков по сравнению со среднемноголетним выросло аж на 170%.

Интересны были и другие цифры: число дорожных аварий с тяжелыми последствиями в среднем держалось на отметке 23-28 в год. В этом году за полгода их было всего две. И дети в школах стали лучше учиться! Учебный год закончился и средний балл успеваемости по всем ученикам всех школ моего района повысился с 3,8 до 4,3. Хотя предыдущие годы он не дотягивал до 4 баллов. Что это? Дети поумнели или статистика врёт?

Затем проанализировал данные по соседним районам — там ничего подобного не происходило. Аномалия затрагивала только наш район. Не хотел об этом думать, но мысли все равно возвращались к одному – мое везение расширяет свои границы и теперь влияет на мое окружение, затрагивая все большее число людей.

На следующий день я позвонил своему знакомому из метеослужбы:

— Сергей, скажи честно — что происходит с погодой? Такого дождливого года не было сто лет.

— Да, аномалия, — согласился он. — Но знаешь, что странно? Все модели показывают, что это локальное явление. Вокруг нас — засуха, а у нас дожди. Как будто кто то специально нашу область поливает. В соседних регионах только в граничащих с нами районах осадки. А дальше вглубь территорий ситуация стандартная – засуха с редкими и кратковременными ливневыми дождями.

Мы помолчали. Потом он добавил:

— Кстати, у меня в этом году ни одной поломки машины, хотя раньше раз в месяц точно что то случалось. И сын в университет поступил успешно. Говорит, попался билет, который он знал. А дополнительные вопросы – тоже были легкими, потому что из его любимой темы. Ты не замечал чего то подобного?

Я промолчал. Но в голове крутилась мысль: «Оно распространяется. И становится сильнее».

Сидя вечером у окна и слушая стук дождя, я думал:

"Что будет дальше? Станет ли везение ещё сильнее — или вдруг оборвётся? Связано ли оно со мной? Может у меня паранойя – причем тут я? Не могу же я быть эпицентром? Если я уеду — исчезнет ли оно? Есть ли у этого феномена цена? И если да — то какая, кто и когда её заплатит?

Молния сверкнула за окном, на мгновение осветив график на столе. Линия везения уходила всё выше, в область, где математика уже не помогала. Где цифры превращались в судьбу.

«Марина, — прошептал я, — что ты наделала? Или это не ты? Что за игру мы начали?»




Новые вызовы судьбы

Дождь за окном усилился. Где то далеко, за горизонтом, гремел гром. Я закрыл глаза и впервые за долгое время почувствовал не тревогу, а смирение. Но на следующий день всё изменилось.

Утром мне позвонил начальник департамента:

— Алексей Павлович, у нас проблема. В соседнем регионе — засуха, пожары идут стеной. Они движутся в нашу сторону. Нужно срочно организовать противопожарные рвы и мобилизовать добровольцев. Вы едете туда лично — координируете работу.

Я замер. В нашем районе дожди шли почти непрерывно, а у соседей — аномальная засуха. И теперь стихия шла к нам.

«Что, если моё везение притягивает беду к границам района?» — мелькнула пугающая мысль.

Через два часа я был на месте. Картина ужасала: огонь шёл по лесополосе, ветер гнал его в сторону деревни Берёзовка. Местные уже паковали вещи — готовились к эвакуации.

Для остановки приближающегося фронта огня с помощью тракторов местных предприятий мы начали перепахивать землю, удаляя сухостой и создавая широкие полосы голой земли. Я координировал работу, распределял людей. И вдруг заметил странность: там, где я находился, ветер вдруг успокаивался или даже менял направление на противоположное, огонь останавливался и по сравнению с другими участками отставал метров на двадцать. Но стоило мне перейти на другой участок — пламя вновь наступало.

— Алексей Палыч! — подбежал ко мне Иван Петрович, приехавший со мной. — Вы это видите? Там, где вы стоите, огонь гаснет!

Я огляделся. Действительно: вокруг меня на радиусе 15–20 метров пламя заметно ослабевало, дым рассеивался. Но стоило сделать шаг в сторону — и всё возвращалось.

Я решил проверить гипотезу. Отошёл на 50 метров от линии огня, встал на холме и просто наблюдал. Пламя, подгоняемое ветром, стремительно приближалось к деревне.

Затем я решительно пошёл к огню. Шаг за шагом. И с каждым шагом пламя начинало колебаться, языки огня метались, будто теряя силу. Когда я подошёл на расстояние 20 метров, огонь вдруг отступил на несколько метров. Ветер, до этого гнавший пламя вперёд, сменил направление.

— Не может быть… — прошептал я.

— Алексей Палыч…, — голос Ивана Петровича дрожал, — вы… вы будто отталкиваете огонь.

Вокруг собрались люди. Все смотрели на меня с недоумением и страхом. Кто то перекрестился.

Мы продолжили бороться с огненной стихий и я намеренно принимал участие в наиболее сложных местах. Помогал подтаскивать пожарные рукава, раздавал людям хлопушки и метлы, чтобы вручную бороться с низким ползучим огнем. А вечером, когда опасность миновала, и огонь так и не достиг деревни, ветер стих и стало неожиданно холодно в голой степи.

На раскладных табуретках с кружками горячего чая мы сидели у небольшого костра, который едва горел, а больше тлел из останков павшего сухого дерева в небольшой ямке на выжженной территории. Конечно, огня нам на сегодня хватало. Но это был ласковый спокойный мирный согревающий огонь костра — просто для тепла, для обогрева.

— Лёш, — тихо сказал Иван Петрович, — я не суеверный человек. Но сегодня я видел то, чего не может быть. Ты влияешь на стихию.

— Может, совпадение — попытался я отмахнуться, – тебе показалось.

— Три раза? Или четыре? Когда ты отходил — огонь наступал. Когда подходил — отступал. Это не совпадение.

Я молчал, глядя на пламя. Оно танцевало перед глазами, то вспыхивая, то угасая. И вдруг я вспомнил Марину. Её улыбку, её слова: «Лёш, жизнь — это как парашют. Ты либо доверяешь ей, либо падаешь».

Доверие. Вот чего мне не хватало все эти годы. Я боялся своего везения, все время пытался его анализировать, контролировать. А оно, похоже, работало только тогда, когда я переставал бояться. На следующий день я вернулся в свой район. Дождь шёл как обычно — мягкий, регулярный. Но теперь я смотрел на него иначе.

В кабинете я достал блокнот и записал:

• Дата: 25.08
• Событие: остановка распространения пожара в районе села Берёзовка.
• Наблюдение: локальное воздействие на направление ветра и интенсивность огня в радиусе 15–25 м от моего местоположения.
• Гипотеза: эффект везения трансформировался в способность влиять на локальные природные процессы.
• Вопрос: распространяется ли эффект на другие стихии? Можно ли его контролировать сознательно?

Я решил провести эксперимент. Ближе к вечеру, проезжая мимо убранных полей я остановил машину. Вышел и пошел в поле, где еще торчала стерня, остатки срезанной соломы от пшеницы. Пахло пылью и стихающим летним полынным зноем. Стояла тихая безветренная погода. Я взглянул в облачное небо. Облака были, но не дождевые. Они практически не двигались, видимо в вышине тоже стояло вечернее спокойствие. Я закрыл глаза и сосредоточился на ощущениях…

«Пусть пойдёт дождь», — подумал я.

Минуты шли…, но ничего не происходило. Я поругал себя на наивность и глупость затеи. Ухмыльнулся и собирался уйти. Однако решил попробовать еще раз. Но несколько иначе. Фразу «пусть пойдет дождь» в голове, мысленно произносить нет смысла. Кому? Зачем? Я сосредоточился на ощущениях вокруг меня. Еще раз ощутил едва заметный полынный запах в сухом и пыльном степном воздухе. Ощутил едва заметное движение, а может даже – дрожание воздуха около лица, над макушкой головы и мимо кисти правой руки. Я почувствовал воздух над собой, его колебания передавались не только мне, но и распространялись вверх и во все стороны. И вот вместе с этим дрожанием я вдруг мимолетно почувствовал дрожание мириада микрочастичек пара – тёплого, пыльного, усталого и наэлектризованного где-то там, в вышине, далеко над облаками. И это дрожание заставило их сорваться с точек спокойного парения и соединившись друг с другом, объединяясь в капли, направиться вниз, начав стремительное лавинообразное падение.

Я поднял лицо к небу и почувствовал каплю на щеке. Потом ещё одну. Через минуту пошел небольшой тихий дождик. Я стоял, запрокинув голову, и смеялся сквозь слёзы и капли дождя на лице. Дождь смывал страх, сомнения, тревоги. Впервые за много лет я не боялся своего везения. Я принимал его.

Вечером я сидел у окна и смотрел на дождь. В голове крутились мысли:

• Что это — дар или проклятие?
• Как далеко простираются мои возможности?
• Смогу ли я использовать их во благо, не навредив никому?
• Связано ли это с Мариной?

Молния сверкнула за окном, на мгновение осветив карту региона на столе. Красные точки пожаров, синие линии рек, зелёные участки лесов… Теперь я понимал: эта карта — не просто схема местности. Это поле моей ответственности за всех.

Дождь за окном шёл ровно, успокаивающе. Где то далеко, в других районах, возможно, тоже начинался дождь. Или утихал пожар. Или кто то находил потерянную вещь. Может быть, везение — это не случайность. Может быть, это сила, которая ждёт, когда её примут и направят.

Завтра будет новый день. И, возможно, я научусь не просто плыть по течению, а управлять им.