Полная энциклопедия женской сексуальности. Глава29

Глава 29. Секс и вещества: от табу до терапии

Дисклеймер. Эта глава носит исключительно информационный характер. Автор не пропагандирует употребление каких-либо веществ и не призывает к нарушению закона. Информация предназначена для взрослых людей, способных принимать осознанные решения. Если вы чувствуете, что употребление веществ мешает вашей жизни, обратитесь за помощью к специалисту.

Почему люди вообще смешивают секс и вещества?

С древнейших времён люди использовали растения, грибы и напитки, чтобы изменить восприятие, усилить ощущения и снять барьеры. Секс — одна из сфер, где это практикуется чаще всего. Причина проста: секс и так меняет сознание. Оргазм — это изменённое состояние. А когда к нему добавляется вещество, меняющее работу мозга, эффекты могут умножаться.

Но именно здесь проходит тонкая грань между расширением опыта и саморазрушением. И чтобы понять, где эта грань, нужно разобраться с терминологией.

Наркотики и психоактивные вещества: в чём разница?

Современная наркология и психиатрия проводят чёткую границу между двумя категориями.

Наркотики — это вещества, вызывающие зависимость, разрушающие здоровье и социальные связи. Они воздействуют на дофаминовую систему, создавая патологическую петлю вознаграждения. К ним относятся опиаты (героин, морфин), психостимуляторы (кокаин, метамфетамин), синтетические наркотики («соли», «спайсы»). Их употребление ради «улучшения» секса — это путь к деградации. Никакой дискуссии здесь быть не может.

Психоактивные вещества (психоделики) — это другая категория. Они не вызывают физической зависимости. Их механизм действия связан с серотониновой системой, а не дофаминовой. Они не создают патологической петли вознаграждения. К ним относятся псилоцибин (грибы), ЛСД, мескалин (кактусы), ДМТ (аяуаска), МДМА (экстази) — хотя последний находится на границе между психоделиками и стимуляторами. Всемирная организация здравоохранения не относит классические психоделики к наркотикам в строгом смысле.

Почему это различие важно? Потому что от него зависит, о чём мы вообще говорим. О веществах, которые убивают, или о веществах, которые могут дать новый опыт, но требуют осторожности?

Исторический контекст

Психоделики и секс — это не изобретение хиппи. В древних культурах эта связь существовала тысячелетиями.

В индийской тантре использовались психоактивные вещества для достижения изменённых состояний сознания во время ритуалов. В Южной Америке аяуаска применялась в церемониях, которые часто включали сексуальные практики. В Древней Греции Элевсинские мистерии — тайные культы, посвящённые Деметре и Персефоне, — использовали психоактивный напиток кикеон, который, как считают исследователи, содержал спорынью с ЛСД-подобным эффектом. После приёма кикеона участники переживали опыт смерти и возрождения, который, по некоторым свидетельствам, мог включать и сексуальные ритуалы.

В западной культуре пик экспериментов пришёлся на 1960-е годы. Сексуальная революция и психоделическая революция шли рука об руку. Тимоти Лири, гарвардский психолог и гуру ЛСД, прямо призывал использовать психоделики для «расширения сексуального опыта».

Что говорят исследования?

Современная наука переживает ренессанс интереса к психоделикам. Исследования проводятся в ведущих университетах мира — от Университета Джонса Хопкинса до Имперского колледжа Лондона. И часть этих исследований касается сексуальности.

МДМА. Это вещество заслуживает особого разговора. МДМА усиливает эмпатию, снижает тревожность, повышает тактильную чувствительность. Прикосновения становятся более интенсивными, эмоциональная связь с партнёром углубляется. Именно поэтому МДМА иногда называют «веществом любви». Но важно понимать: МДМА не является афродизиаком в прямом смысле. У мужчин он может вызывать трудности с эрекцией. У женщин — сухость слизистых. Оргазм на МДМА может быть как более интенсивным, так и труднодостижимым. Реакция индивидуальна.

Кроме того, МДМА нейротоксичен при частом употреблении. Он истощает запасы серотонина, и после приёма наступает «серотониновая яма» — несколько дней подавленности и апатии. Это не вещество для регулярного использования.

Отдельно стоит отметить, что МДМА сейчас активно изучается как средство терапии посттравматического стрессового расстройства, в том числе вызванного сексуальным насилием. Под контролем специалиста это вещество помогает пациенту заново пережить травму и интегрировать её. В 2023 году Австралия стала первой страной в мире, разрешившей медицинское использование МДМА для терапии ПТСР.

Псилоцибин и ЛСД. Эти классические психоделики не столько усиливают сексуальные ощущения, сколько меняют восприятие. На пике трипа секс может казаться либо неуместным, либо, наоборот, космическим опытом слияния со вселенной. Это непредсказуемо. Более того, на высоких дозах человек может потерять связь с реальностью, и секс становится просто невозможным.

Исследования показывают, что псилоцибин может помогать людям с депрессией, тревожностью и сексуальными дисфункциями психогенного характера. Но опять же — в контролируемых условиях, под наблюдением специалистов.

Каннабис. Марихуана — самое распространённое психоактивное вещество, используемое в сексуальном контексте. В небольших дозах она расслабляет, снижает тревожность, повышает тактильную чувствительность. Многие женщины отмечают, что секс под каннабисом приятнее и оргазмы интенсивнее. В больших дозах эффект может быть обратным: заторможенность, сухость во рту, снижение либидо.

Важно понимать: каннабис не является афродизиаком. Он не вызывает желание. Он скорее убирает то, что желанию мешает: тревогу, напряжение, самокритику.

Риски и предостережения

Никакое вещество не является полностью безопасным. Даже психоделики, которые не вызывают физической зависимости, могут быть опасны при неправильном использовании.

Первый риск — психологический. Психоделики могут вскрыть подавленные травмы, вызвать паническую атаку или психотический эпизод. Особенно у людей с предрасположенностью к психическим заболеваниям. Секс в таком состоянии может стать травматичным опытом.

Второй риск — согласие. Под веществами границы размываются. Человек может согласиться на то, на что не согласился бы в трезвом состоянии. Именно поэтому вопрос согласия в состоянии опьянения — один из самых острых в современной этике. Мой принцип таков: если вы не обсуждали это заранее и не дали явного согласия в трезвом состоянии, это недопустимо. Согласие, данное под воздействием вещества, — это не согласие.

Третий риск — юридический. Большинство обсуждаемых веществ запрещены в большинстве стран. Употребление, хранение и распространение преследуются по закону. Это не моральное суждение, а юридический факт, который нужно учитывать.

Четвёртый риск — зависимость. Психоделики действительно не вызывают физической зависимости. Но каннабис и МДМА могут вызывать психологическую зависимость. А такие вещества, как кокаин и опиаты, — тяжёлую физическую зависимость. Употребление этих веществ ради «улучшения» секса — это путь в пропасть.

Подводя итог

Секс и вещества — это тема, о которой редко говорят честно. Либо запугивают, либо романтизируют. Истина, как всегда, сложнее.

Наркотики разрушают сексуальность. Они не дают свободы — они отнимают её. Это не вопрос дискуссии. Это медицинский факт.

Психоделики могут дать новый опыт, но требуют осторожности, знания и уважения. Они не для всех. Они не для каждого дня. Они — инструмент, который в неумелых руках может ранить, а в умелых — помочь.

Каннабис может помочь расслабиться, но не решает проблем. Если у вас нет желания, если вы не можете расслабиться, если секс стал рутиной — вещество может временно снять симптомы, но не вылечит причину.

И главное: никакое вещество не заменит доверия, близости и любви. Лучший афродизиак — это партнёр, который вас слушает. Лучший способ усилить ощущения — это расслабиться и быть в моменте. Этому не нужно учиться у химии. Этому нужно учиться у себя.

В следующей, финальной главе мы поговорим о самом главном. О любви. О бессмертии. О храмах, куда люди будут приходить не для поклонения богам, а для того, чтобы любить друг друга. О том, зачем мы вообще занимаемся сексом и что станет с ним, когда биологическое размножение перестанет быть необходимостью.