Мемуары палача. Отец Джон Корнелиус

04 июля 1594 года

Дорчестер, королевство Англия

Джон Корнелиус (его настоящая фамилия чисто ирландская – Конор О’Махони) родился в 1557 году в Бодмине, в Корнуолле, в поместье сэра Джона Арунделла, в семье выходцев из гэльской Ирландии. Позже О'Махони (ибо католик) латинизировал свою фамилию, превратив её в Корнелиус.

Сэр Джон Арунделл проявил интерес к талантливому мальчику и организовал его поступление в Эксетерский колледж в Оксфорде. Корнелиус продолжил обучение в семинарии в Реймсе, а чуть позже, первого апреля 1580 года, поступил в Английский колледж в Риме для изучения богословия.

После рукоположения в 1583 году он был отправлен миссионером в Англию (смертельно опасная миссия) и служил там почти десять лет, сделав дом Арунделла своей базой. Он был капелланом семьи и установил с ней тесные отношения, особенно с Дороти Арунделл, которую он уговорил стать монахиней.

Будучи капелланом вдовы сэра Джона, Анны, леди Арунделл, он был арестован 24 апреля 1594 года в замке Чидок шерифом Дорсетшира, после того как на него донёс слуга, которого он ранее отчитал за приставание к одной из служанок.

По дороге Корнелиуса встретил Томас Босгрейв, родственник семьи Арунделл, который предложил ему свою шляпу, так как священника вытащили из дома с непокрытой головой. После этого Босгрейв также был арестован (ибо помог).

Двоих слуг замка постигла та же участь. Когда задержанные добрались до дома шерифа, несколько англиканских священников обрушили на католическую религию поток оскорблений, но шериф прекратил это безобразие.

Корнелиус был отправлен в Лондон и предстал перед лордом-казначеем, архиепископом Кентерберийским и другими, которые угрозами и пытками пытались получить от него имена тех, кто предоставил ему убежище или помощь. Безуспешно - на религиозных фанатиков пытки не действуют.

Его вернули в Дорчестер. Корнелиуса обвинили в государственной измене, потому что он был священником и вернулся в Англию вопреки Закону об иезуитах и прочих 1584 года; остальных обвинили в оказании помощи священнику; но всех заверили, что их жизни будут сохранены, если они примут англиканство. Находясь в тюрьме, Джон Корнелиус был принят в члены Общества Иисуса.

Второго июля 1594 года все они были приговорены к смерти и казнены в Дорчестере два дня спустя. Первым на эшафот поднялся слуга Джон Кэри - он поцеловал веревку, воскликнув: «О, драгоценный воротник!», торжественно исповедал католическую веру и геройски умер.

Перед казнью Патрик Салмон призвал зрителей принять католическую веру, за которую он и его товарищи отдавали свои жизни (некоторые впоследствии приняли, впечатлённые геройским мученичеством католиков).

За ним последовал Томас Босгрейв, произнесший вдохновляющую речь об истинности католической веры. Последним был казнён Джон Корнелиус, который поцеловал виселицу, а затем процитировал святого Андрея: «О, добрый Крест, долгожданный!».

На лестнице виселицы он попытался обратиться к толпе, но ему помешали. После молитвы за своих палачей и за благополучие королевы он был казнен. Его тело сняли и четвертовали, голову прибили к виселице, но вскоре сняли. Опасаясь, что во время квалифицированной казни они продолжат свою проповедь, их умертвили на виселице – выпотрошены и четвертованы были уже мёртвые тела.

Все тела были должным образом похоронены леди Арунделл, которая впоследствии стала монахиней и написала «Жизнь отца Корнелиуса-мученика», которая хранилась в Ватикане, но ныне утеряна.

Любопытно, что ни она, ни другие члены семьи Арунделл никак не пострадали за укрывательство священников – во времена моей дочери английское «правосудие» было избирательным весьма.

Казненные мужчины стали известны как мученики Чидока. Все они были беатифицированы 15 декабря 1929 года папой Пием XI (я присутствовала на публичной церемонии в Риме).

В чём состояла мотивация отца Корнелиуса, понятно: он был священником и потому был обязан исполнять обязанности священника там, куда его отправит церковное начальство, даже если это смертельно опасно.

В чём состояла мотивация тех, кто ему помогал и ему укрывал? В их убеждённости в истинности католической веры (что правда) – и в том, что их католический долг требует от них всемерно защищать католическую веру и всемерно её распространять, как заповедал лично наш Господь и Спаситель Иисус Христос. Даже если это смертельно опасно.

Почему они не отреклись? Если Иероним Пражский, Ян Гус, Томас Кранмер и прочие протестантские мученики этого не сделали потому, что это было чревато потерей рассудка (который просто не выдержал бы отречения от того, что они проповедовали многие годы), то у мучеников католических была иная мотивация.

В отличие от протестантских мучеников, они знали, что католическое вероучение истинно, а отречься от Истины было невозможно никак. Ни по психологическим причинам, ни потому, что это было чревато попаданием в Ад на вечные мучения (такой грех Господь Бог мог и не простить).