Призрачный поезд

Лиззи ежедневно вставала в пять утра, чтобы вовремя попасть на работу. Многие из разрушенных во время бомбёжек коммуникаций были уже восстановлены, но всё равно на ту сторону реки, в другую часть города, переправиться быстро у Лиззи не получалось. В центре мосты восстановили, а окраины всё ещё напоминали о событиях десятилетней давности.
Не восстановили мост через реку рядом с её домом. Когда-то давно мост был достопримечательностью города. Построенный в виде туннеля, он чем-то напоминал знаменитый флорентийский Понте-Вьеко. Небольшой, всего в несколько домишек — два? или три? Лиззи уже не помнила. В прошлом по обочинам, там располагались лавки ремесленников и мелких торговцев, а на втором этаже — крошечные квартирки. Построен он был на совесть, как всё в прежние времена, поэтому незадолго до войны в туннеле проложили железную дорогу.
По мосту-туннелю ходили пригородные поезда, и каждый день он встречал Лиззи, зевая огромной чёрной пастью. Страшным монстром виделся он в детстве, когда мама, крепко держа за руку, вела Лиззи в младшую школу. Они подходили к туннелю, на переезде опускался шлагбаум, и перед ними проносился поезд, скрываясь в беззубой пасти каменного исполина. Туннель проглатывал состав целиком вместе с пассажирами, вагоновожатыми, кочегарами, и долго гудел, — видимо, осавался доволен таким сытным завтраком. А Лиззи вся сжималась от страха, принимая, как должное это неизбежное зло.
Теперь Лиззи выросла. Школу ей окончить так и не удалось, а на хорошую работу без образования не брали. Устроилась она в прачечную и, чтобы добраться до работы, ежедневно тратила больше часа. Был короткий путь — через мост-туннель. Во время бомбёжек он был частично разрушен. Со стороны противоположного берега сохранились лишь опоры и искорёженные рваные балки. Поэтому вход в тоннель перегородили и повесили предупредительный знак. Но Лиззи чуть ли не ежедневно видела, как в перегороженное покосившимся забором нутро туннеля ныряют молодые люди, вполне зрелые джентльмены и мальчишки, чтобы перебираться на ту сторону реки по балкам полуразрушенного железнодорожного полотна. Это казалось ей немыслимым!
Но однажды Лиззи проспала. Беги — не беги, успеть на работу не получалось. Хозяйка прачечной вряд ли бы стерпела опоздание, — старая злая ведьма. И Лиззи решилась — один страх переборол другой. Минуя заграждение, девушка вошла в туннель…
В пасти у монстра пахло сыростью и влажным цементом. Всюду валялся мусор: старые тряпки, вощёные бумажные пакетики из-под чипсов, битые пивные бутылки, кирпичи, но больше ничего. Стены были облуплены и покрылись сетью глубоких трещин. Обрушенные своды в отдалении делали мост-туннель похожим на развалины старинного замка. Что-то поблёскивало вдалеке. У выхода из туннеля клубился белый туман, создавая сказочный антураж всей этой картине.
Лиззи осторожно пошла вперёд и через две минуты дошла до того самого разрушенного участка моста и вышла на свет. Вдруг сзади послышались громкие шаги, эхом разносящиеся в пустоте, и, минуя её, вперёд вырвался долговязый парень. Придерживаясь руками за арматуру, он прошёл по тонкой перемычке из кирпичной кладки на ту сторону реки и исчез. Лиззи поняла, что сделать этого не сможет никогда, и уже собиралась повернуть назад, но внезапно заметила мальчонку лет семи. Тот тоже собирался прыгнуть на бетонную опору и уже занёс ногу, шагая вперёд. Лиззи успела схватить его за шиворот. Она была уверена, что мальчишка сорвётся вниз — размах прыжка явно не тот, что у долговязого.
– Эй! — возмутился шкет.
– Эй, эй… Ты уже делал это раньше?
– Нет. Но я знаю, что у меня наверняка получится. Ещё и ни в таких местах бывал… Тоже мне…
– Нет уж. Только ни при мне. Пошли обратно.
Лиззи повернулась к туннелю лицом и увидела нечто невообразимое: на них мчался поезд! Она, волоча за шиворот мальчишку, рывком преодолела открытое пространство и оказалась внутри туннеля. Прижала мальчишку к серой бетонной стене и здесь почувствовала сильный рывок. Словно кто-то выбил из-под неё стул, а потом поставил его обратно.
Холодок пробежал по спине. Лиззи зажмурилась. Её трясло, голова кружилась, но звуки вокруг заставили её прислушаться. Кто-то разговаривал, кто-то стучал ложечкой о край стакана. Едкий запах дешёвых сигарет ударил в нос. Лиззи открыла глаза. Она сидела на лавке в старомодном вагоне пригородного поезда. Прямо напротив расположился мужчина, крепко сжимающий в руках коричневый портфель. Стучали колёса, где-то вдалеке играла скрипка. Поезд нёсся вперёд. Он был полон… призрачных пассажиров. И только мужчина с портфелем казался вполне реальным.
— Вы кто?
— Пассажир поезда… — спокойно ответил он, как будто всё, что происходило вокруг, было совершенно нормальным.
Потом добавил:
— Семнадцать двадцать и четверть седьмого.
 И снова с улыбкой:
— Семнадцать двадцать. Четверть седьмого.
Поезд сильно завибрировал, и Лиззи очутилась в темноте, а в следующую секунду обнаружила себя у облупленной грязной стены дома, расположенного рядом с железной дорогой… На другой стороне реки!
Поезд исчез. Мальчишка, беспечный сорванец, с трудом удерживаясь руками за ржавые прутья арматуры, перебирался через реку по опорам моста на её сторону.
Она долго не могла прийти в себя. Очнулась. Посмотрела на часы: шесть часов двадцать минут — пора бежать!
 
Целый день у неё не выходила из головы поездка на поезде, которого нет. Она была там, сидела на лавке, слышала, как дребезжит полвагона, видела пассажира с коричневым портфелем. Может быть, поэтому, возвращаясь после работы, она снова оказывается у разрушенного моста.
— Семнадцать двадцать и четверть седьмого. Что бы это значило?
Она посмотрела на часы: семнадцать часов девятнадцать минут. До дома рукой подать. Но если ехать в окружную, то дома она будет лишь через час! Путь не близкий.
Лиззи повернулась спиной к мосту, и здесь сильный порыв ветра сбил с её головы берет. Берет взметнулся, и она проводила его взглядом… — мимо мчался призрачный поезд. Пассажир с коричневым портфелем, глядя на неё из окна вагона, улыбнулся и постучал пальцем по стеклу наручных часов.
— Семнадцать двадцать, — взглянула на циферблат часов Лиззи. — Поезд проходит через туннель в семнадцать двадцать и четверть седьмого. Остаётся только сесть на него…
 
Вверх взметнулись бумажные пакеты и старые полупрозрачные прошлогодние листья, когда поезд вновь появился в жерле старого монстра. Окна поезда светились как ни в чём не бывало внутри сновали призрачные пассажиры в дорожных плащах и шляпах, официанты с подносами… В ресторане звучала задиристая скрипка…
Лиззи зажмурилась, ступая вперёд.
— А вы не такая трусиха, какой кажетесь, — сказал пассажир с коричневым портфелем. — И, похоже, неглупая…
Шаг в сторону, и она уже стоит у обшарпанной стены дома напротив моста, а пассажир снимает шляпу, прощаясь до новой встречи.
— И страшно, и дух захватывает! А пассажир с коричневым портфелем путешествовать на поезде-призраке совсем не боится. Жаль, что поговорить с ним совсем не хватает времени…
Через год мост-туннель разрушили, а на его месте прошла надземная линия метрополитена. Но Лиззи иногда всё же умудрялась прокатиться на поезде. Нет-нет, в утреннем тумане да промчится поезд-призрак, звеня серебряными ложечками в стаканах — унося в туман печальные звуки скрипки...