Страсти по футболу

Страсти по футболу: счёт по сторонам света

Я очень люблю футбол. Люблю смотреть его по телевизору, когда в комнате темно, а экран светится, как большой аквариум. Тогда я беру пиво, орешки и грызу их — прям довольная мышь. Вы можете хмыкнуть — может, это и не потому, что я такой любитель спорта. Просто в этот момент меня никто не дёргает. Никто ничего от меня не хочет. И это дорогого стоит.

Ха! Хорошая версия. Но если серьёзно — чем старше я становлюсь, тем больше мне кажется, что футбол — это не просто игра, а какое-то волшебство.

Однажды, очень давно, мы с Мишкой сходили на матч в Химках. Мишка — это мой младший сын. Ему тогда исполнилось десять лет. А в десять лет человек уже умеет так канючить, что хоть святых выноси.

Билеты у нас были не обыкновенные, а в самую что ни на есть ЦСКА-шную гостевую ложу. Туда простому смертному попасть — всё равно что в рай. Только в раю, я думаю, поспокойнее.

Мы приехали заранее. У стадиона кипела своя жизнь. Торговцы разложили майки, значки, бейсболки. А больше всего было шарфов. Они висели рядами, как бельё после большой стирки.

Мишка их увидел и начал:

— Пап, ну купи! Ну па-а-ап!

Я спросил:

— Зачем тебе шарф? На дворе ранняя осень. Давай лучше бейсболку.

— Не хочу бейсболку!

— Тогда бери красно-синий. Мы же за ЦСКА приехали.

А он ткнул пальцем в бело-голубой с буквой «Д».

Я чуть не подскочил:

— Ты с ума сошёл?! Это же «Динамо»! Нас же тут примут за шпионов и скрутят в бараний рог!

А он и упёрся:

— Хочу «Динамо»! И точка.

Но что мне оставалось делать? Воспитывать его посреди стадионной суеты было себе дороже. Купил. Предупредил:

— Спрячь в пакет. А то будет нам с тобой футбол только в другом смысле.

Мишка посмотрел на меня невинными глазами.

Мы зашли в ложу. Там все были важные, в красно-синем, и говорили вполголоса. Обсуждали трансферы, судейские ошибки, шансы ЦСКА в Лиге чемпионов. Причём с таким видом, будто от этого зависела судьба всего мира. На нас с сыном косились, как на случайных прохожих, которые по ошибке забрели в дорогой отель.

Матч начался. Футболисты носились по полю, старались, потели. Наверное, динамовцы потели лучше. И на тридцать восьмой минуте забили гол. Ложа выдохнула. Стало так тихо, что слышно было, как жужжит осенняя муха.

И тут Мишка вскакивает, вынимает шарф из пакета, размахивает им, как знаменем, и орёт:

— ДИ-НА-МО! ДИ-НА-МО!

Теперь это была не покупка. Это было объявление войны. А я к войне в тот вечер совсем не готовился.

Все обернулись. Я покраснел до самых корней волос и уже мысленно прощался с нашим сектором. Сзади кто-то злобно бросил сквозь зубы:

— Охренели, что ли?!

А через три минуты динамовцы забили снова. Сын повторил свой номер. И на нас уже смотрели с откровенной ненавистью, как на засланных казачков.

Во втором тайме «Динамо» закатило ещё два. Итого четыре. Мишка бушевал после каждого гола. Как мы вышли живыми — до сих пор не понимаю. Скорее всего, нас спасла моя идиотская улыбка. Она ясно говорила всем: «Этот человек просто слабоумный, не трогайте его».

С того вечера я решил переменить веру и болеть за «Динамо». Если сын так упёрся — значит, это не случайность, а знак судьбы. И его надо принять безропотно.

А через несколько лет история продолжилась. Только уже с Наташкой. Апрель 2018 года. Матч «Динамо» — «Локомотив». Я, конечно, болел за динамовцев. А они взяли и проиграли. Не поверите! С тем же счётом: 0:4. Два гола в первом тайме, два во втором. И пенальти им ещё не забили. А то было бы пять, как в той песне про Аргентину с Ямайкой.

Я сижу убитый. Попкорн в глотку не лезет. Наташка удивилась:

— Ты чего такой кислый? Ничья же!

Я даже закашлялся:

— Какая ничья? Четыре — ноль в пользу «Локомотива»!

А она смотрит на меня, как человек, который только что разгадал загадку Вселенной, и буквально убивает:

— Ну как же? В правые ворота два гола забили, и в левые — два. Значит, поровну. Ничья. Чего тут неясного?

Я открыл рот и вдруг понял: она же искренне так считает! Эта женщина, которая с серьёзным видом слушала мои лекции про зональную опеку, про фланговых полузащитников, про схему 4-2-3-1, про низкую реализацию моментов, — она всё это время милостиво кивала, как кивают больному, чтобы его успокоить. А потом выдала теорию о правых и левых воротах. И эта её теория, честное слово, была куда убедительнее всех моих тактических выкладок.

С тех пор я смотрю футбол только дома. Один. Когда играет «Динамо», я достаю из шкафа тот самый Мишкин шарф, повязываю его на шею и после каждого правильного гола скандирую в пустоту:

— ДИ-НА-МО! ДИ-НА-МО!

А Наташка заглядывает в комнату и строго напоминает, чтобы я не забыл сходить в магазин за картошкой.

Она — как судья на поле. Если вовремя не вынес мусор — жёлтая карточка. Если не помыл посуду — красная, безоговорочно. И это единственная игра в моей жизни, где правила соблюдаются с абсолютной неукоснительностью. И знаете, я ведь не спорю. Может быть, потому что в этой игре счёт всегда один — в пользу той, кто считает голы не по табло, а по сторонам света.

P.S. На фото — 1975 год. Сражаюсь с юношеским «Спартаком» в знаменитой Тарасовке.