История юношеских влюбленностей и отношений. 5

Кира М.

Итак, наступило лето 1998, мне было лучше, я отошел от всяких страданий. Встретился с Таней, погуляли с ней, было хорошо на душе, я чувствовал какой-то неведомый формат отношений, вне любви, но в хорошей дружбе с ней, в то же время я понимал, что рядом со мной женщина.

Тем же летом я поехал на Селигер, где и познакомился с девушкой по имени Кира, которая жила с сестрой и мамой на Бычке, на той же базе ГЕОХИ в домике. У нас начали завязываться какие-то чувства, но опять до финального шага не доходило. В конце концов, на рассвете я уселся с грустным видом на мостках, и она, проходя мимо, заметила меня, подошла и обняла.

Так я опять «на жалость» добился взаимности. После возвращения с Селигера выяснилось, что у Кира был молодой человек, в итоге она его оставила ради меня. Дальше была бурная страсть, полная отношений, всё по-честному. Она еще была школьницей, и я стал её первым мужчиной, а она моей второй женщиной. Правда, секс не удавался сразу, я из-за волнения и возбуждения не мог даже надеть презерватив, пришлось идти даже в клинику, где врач меня разубедил в импотенции и сказал, что это нормально – волноваться перед сексом. После чего, всё получилось, и мы стали наслаждаться друг другом.

Так мы встретили 1999 год, вместе, нам было хорошо вдвоем. Впрочем, весной 99-го Кира вдруг стала капризничать и «выносить мозг», я не знал, как реагировать и пытался за ней бегать (а как себя еще вести, я понятия не имел).
У меня появилась машина, копейка, отчим отдал. В итоге, я поехал с Кирой и её сестрой к родителям в Подмосковье (не сказав, что на машине), переволновался и на обратном пути въехал на повороте в закопанный газовый баллон. В итоге было ДТП, какое счастье, что родители сами не поехали на другой машине.

После этого ДТП я поехал с разбитой фарой в Москву, и по пути была Таня, во двор которой я заехал, и она помогла мне что-то сделать с авто, приняла, как хорошего друга. Это так разительно отличалось от выноса мозга Кирой, что я «поплыл» и захотел отношений с Таней, даже не поинтересовавшись, как она, примет меня или нет. Я объявил Кире, что от неё ухожу, что она мне надоела, что мне не нравятся скандалы, и я хочу общаться с более зрелой в жизненном плане женщиной и явился перед Таней: «вот он я, принимай меня!».

Не тут-то было, Таня сказала, что мы друзья, но не более, и намека она не давала (как я потом узнал, она уже была влюблена в однокурсника и собралась за него замуж). Я остался ни с чем. Дальше я совершил глупость, о которой жалею до сих пор: я попросился обратно в отношения к Кире, мотивацией было: «а вот как я поеду на Селигер и что друзья подумают, если я буду один, а не с ней».

Начались унизительные попытки её возвращения, которые увенчались успехом. Мне удалось её вернуть, но это уже было не то, что склеенная чашка отношений, это была фикция, причем для достижения этой цели мне пришлось унизиться и переступить через себя.

В итоге мы поехали на Селигер, впервые на авто, я был за рулем, и пассажирами у меня был мой брат Слава, Кира и её сестра Рита. Там, на Селигере, мы стали жить дикарями, совсем не зная, как это нужно делать, что надо ставить тент над костром, какие продукты запасать и как вести походный быт. В итоге у Киры случился цистит, и мы поселились в домик.

А еще была коллизия в том, что я на Селигер отправил Таню и её подругу Олю, с которыми я ездил в Питер в 1995 году, на ту же базу ГЕОХИ, где мы и пересеклись в итоге. Сейчас я понимаю, какая это была дичь, и какую боль я Кире тем самым причинил, размещая её на одной территории с разлучницей! К счастью для неё, Таня и Оля уехали через несколько дней.

В 1999 году мне пришлось покинуть снимаемую комнату на Академической, и я перебрался к лучшему другу Муру на Щелковскую, спасибо ему большое! Был последний курс, я готовился к диплому. С Кирой отношения наладились, мы проводили много времени вместе, но Таню она терпеть не могла, и я общался с последней нечасто и тайком был всё равно в неё влюблен.

Настало лето 2000 года, мы уже целенаправленно поехали на Селигер, как дикари. Я начал вести себя странно, я нравился девушкам и мне хотелось с ними целоваться, что я и делал, причем на глазах у той же Киры (зачем???, насладиться садистским удовольствием???), она отвечала мне «взаимностью», целуясь с Маровым (был такой товарищ на стоянке у нас), это была какая-то грязная игра, в которую мы играли, это не мешало нам заниматься сексом в палатке. В итоге она уехала на теплоходе, а я еще оставался на две недели на Селигере.

Оля К.

В первый же вечер, как она уехала, я пошел на соседнюю стоянку, где отдыхали люди лет на 5–10 старше, буйные нравом и злоупотребляющие алкоголем (т. н. «Погранзастава»). Там со мной познакомилась Ольга, которая узнала меня по фотографии на моей личной веб-странице (был 2000 год, интернет был в зачаточном состоянии в России). Мы выпили, разговорились, после чего пьяными пошли гулять по берегу, заходя на разные костры и целуясь.

Как я понял, у неё был кризис в отношениях. Её молодой человек, Олег, замутился с девушкой другого товарища по стоянке, Сигуса (она была какой-то стриптизершей и вообще не отличалась высокими моральными нормами), а Ольга использовала меня, чтобы отомстить ему. Кончилось всё тем, что на рассвете мы в жопу пьяные полезли переплывать Трояссы (небольшое озеро, 300 метров шириной), Ольга стала захлебываться, я её дотянул до берега. Там нас нашёл её Олег, который пришел с Юлей, той самой стриптизершей. Мне указал, что он сам с ней разберется, я пошел в лагерь.

Этот случай обсуждала вся Погранзастава, и я у них оказался на плохом счету, так как в итоге они переругались из-за отношений внутри лагеря, а я был неким поводом. Это выражалось в том, что несмотря на то, что я просил их помочь с авто (я утопил свою копейку в протоке и она у меня не заводилась), они отказывали. В итоге мне помог Володя О. с другого берега.

На том Селигере я задержался на весь август и это было прекрасное время, я жил один на своей стоянке, жег костер вечерами, курил, слушал Blackmore’s Night, наслаждался одиночеством, а бывало мы с Сигусом, Федей и Кригманом (все с Погранзаставы) собирались в домике, пьянствовали с Ореховым и слушали его охотничьи байки.

В Москву я вернулся в конце августа 2000 года. В тот же год я познакомился с Риной, своей будущей первой женой. Она мне понравилась, но поскольку я был занят, она не предприняла попыток сближения, зато с интересом и некоей брезгливостью слушала о моих похождениях на Селигере, это было в Москве на день города.

Так совпало, что Ольга, с которой я познакомился на Селигере, жила на Щелковской, как и я. В итоге осенью 2000 года мы несколько раз встретились в баре, в бильярде и она постепенно сблизилась со мной. Её с Олегом отношения стали сильно портиться, мы проводили время вместе, как любовники, на Киру я подзабил. Мы встречались, потом перестали. С Ольгой у меня опять было желание жить вместе, как с опытной женщиной. Наши социальные позиции были сильно разными – аспирант на копейке, живущий у друга с зарплатой 600 баксов, и она, сотрудница международной компании с конторой на Павелецкой.

Наши покатушки и поцелуи привели к тому, что Ольга очень сильно повздорила с Олегом и тот её побил (связки на ноге порвал). Я не смог ему никак отомстить, потому что боялся и понимал, шансов у меня ноль (он был чемпионом по гандболу, эдакий «бычок» из девяностых, хотя и закончивший МИФИ). Короче, я трусливо слился, но с Ольгой продолжал встречаться и заниматься сексом, хотя она не относилась ко мне серьезно, держала в любовниках, но сближаться не собиралась.
В ноябре 2000 в Олимпийском был концерт ДДТ, на который собралась вся Погранзастава, я, также там оказались Кира с подружками. В итоге с ней пошли выяснения отношений, я сказал, что я уже закончил отношения с любовницей и хочу вернуться – гадко так, конечно было делать. В итоге, через какое-то время, мы с Кирой сошлись, правда я еще успел съездить с Ольгой в подмосковный пансионат, где мы провели выходные и занимались сексом. Это была последняя встреча с ней в отношениях. Зимой того же года Кира рассказала, как «чуть было не изменила» мне с Михаилом, своим прошлым молодым человеком на какой-то вечеринке. Всю историю наших с ней отношений она поддерживала с ним контакт, хотя я увёл её от него, но похоже, я вмешался в действия Вселенной.

Кира защитила диплом, устроилась на работу. Они переехали с Варшавской в новую просторную квартиру в Марьино, я у неё часто оставался, как «жених», по крайней мере, её родители смотрели нормально на то, что мы спали вместе. Отношения были так себе, с её скандалами и ссорами, капризами.

Летом 2001 года состояние Кира стало ухудшаться, её стал мучить желудок, тошнота, боязнь открытых пространств. Она легла в больницу на обследование, и не смогла поехать со мной на Селигер в 2001 году.
Я же «отрывался». Я гулял и целовался с Машей Л., которой я очень нравился.

Потом у меня был случайный секс по пьяни с некоей Еленой, которая меня «совратила», а я и не сопротивлялся. Потом у меня «слетела планка» и я дал себе некое разрешение спать с кем хочу.