За деревней Господиново

За деревней Господиново рассвело. Небо слегка просветлело, и едва зарумянилась заря, на густые травы луга высыпала мелким бисером дрожащая серебристая роса.
Вот и показался малиновый круг восходящего солнца.
Глаза слепило утреннее солнце, в ольховых зарослях осторожно пробовала голос иволга. Помахивая гибкими крыльями, чибис дал широкий круг над лугом. Кинул с высоты задорно с вызовом:" Чьи вы...Чьи вы...".
Луг облит солнечным светом и гудит - гудит от пчелиного полчища.
Дышалось так вольно, так сладко, так отрадно утренним прохладным воздухом, настоянном на цветах, на травах, на росах.   
Сколько лет живу, брожу в лес этим лугом и всегда что - то новое для себя открываю. Вот и сегодня поутру увидел комочки снега: гуси домашние шли к пруду, заморились, присели отдохнуть.
Нет, нет, это не гуси, а кустики белые крупных ромашек. Вот как они ласкаются на солнце, лепестки белые - белые и уложены плотно - плотно, а в середине кружочки солнца. С кустиков ромашек слетают пчёлы, цветы долго раскачиваются, как маятники часов. 
Вот какое прекрасное место досталось ромашкам на лугу.
Где - то в середине луга заскрипел коростель. НУ, повёз неизвестно куда несмазанную телегу.
С опушки леса откликнулся всхлипываньем дергач.
В парном безветрии утра стоял мощный комариный гуд,звон, душистый, терпкий запах цветов кружил голову. Этот запах неизменно вызывал в памяти детство, луговое сено, аромат цветов. В этом запахе было что - то необычное, торжественное, праздничное.
Сколько раз видел эту картину, но всё - таки не перестаю удивляться. Любуюсь неброским пейзажи лета, как всё ново, всё необычно вокруг: зелено, молодо, свежо!
Вот и лесная опушка. Около прогнившего пня наткнулся на гнездо. Четыре голых птенчиков тянули крохотные шейки. Рябенькая трясогузка, не выпуская жучка из клюва, испуганно порхала вокруг пня. Трясогузка юрко повёртывалась из стороны в сторону,вертела аккуратным хвостом.
 Незаметно заканчивался июльский день. Лёгкой дымкой закурился над лугом туман. Понемногу затихли певчие птицы. По тропинке поползли раздумчивые тени. Из болотистой чащобы тянуло прохладой, сыростью, остро пахло багульником.