25. Венера зовет на ужин

Часть 1.

В жизни каждой уважающей себя девушки обязательно случается  как минимум один персональный Апокалипсис. И зовут его, как правило, не важно как. Важно другое: мама этого молодого человека будет  рассказывать  подружкам о его неземной гениальности и трагической глубине натуры, пока он будет пытаться открыть дверь ключом от почтового ящика. Друзья будут считать его «своим парнем», потому что с ним весело, но он вечно «забывает кошелек». А любая девушка, у которой сохранилось хоть немного инстинкта самосохранения, обязательно  задаст себе вопрос: «Господи, ну за что мне это ?!»

Появляется этот персонаж внезапно. Как геморрой в командировке. В двадцать, когда ты наивно полагаешь, что мозг у тебя есть, а жизнь — это сахар. Или в сорок, когда ты уставшая от жизни, ипотеки и начальника, но по-прежнему свято веришь, что можешь его «перевоспитать». Он возникает из ниоткуда, как гриб после дождя, ровно в тот момент, когда ты довольна собой и только что купила идеальное платье. И висит на тебе ровно столько,  пока тебе не надоест играть в благотворительный фонд «Спаси неудачника».

Прекрасная Венера встретила свой Аполкалепсис в самом расцвете сил — в двадцать пять годиков, когда она была на сто процентов уверена, что держит штурвал жизни крепко и под контролем. Место встречи -курсы повышения квалификации. Лучшая локация для знакомства во всей вселенной! Потому что только два психолога, уставившись друг на друга, видят не угрожающего маньяка, а «интересный клинический случай», и думают: «,Черт возьми, я его вылечу!», вместо того чтобы, что логично, в ужасе бежать на выход.

Изначально Венера на Васю даже не посмотрела. Он не вызвал в ее душе даже легкой ряби, и, надо сказать, это было абсолютно взаимно. Василий, первые три дня курса сидел как приклеенный к соседке Маше — блондинке с ресницами-опахалами. Венера же изучала аудиторию, коллег и строила планы на вечер пятницы. Но к концу третьего дня мозг Венеры, работающий как швейцарские часы, щелкнул переключателем. Она осознала: стратегически Василий ей не нужен — это как телевизор с кнопками в эпоху смартфонов. Но тактически… ей стало до дрожи в коленках интересно: сколько дней понадобится, чтобы его взгляд отклеился от Маши и переполз на нее, единственную и неповторимую?

А посмотреть было на что. Венера была девушкой что надо — вскормленной на  мясце, пышной картошечке и жирной сметанке, так что формы у нее были не «модель подмосковья», а «Родина-мать зовет на ужин». Ровная персиковая кожа, улыбка от уха до уха и взгляд такой игривый. Когда они сидели втроем в аудитории, геометрия была проста: там, где у Маши заканчивалась линия плеча, у Венеры только-только начиналась зона стратегической важности. Абсолютно две разные красотки, но каждая — ядерная боеголовка в своем калибре.

Ждать Венере пришлось недолго. Видимо, логика Василия включила режим «просканировать аудиторию». После пары приемов из разряда «психология соблазнения для начинающих», Василий отлип от Маши, как засохший пластырь, и перенаправил всю свою нерастраченную энергию на Венеру. Вернувшись с курсов обратно в шумную Москву, они, естественно, продолжили это дивное общение.

Часть 2.

Василию  было двадцать три года, он гордо носил звание студента последнего курса и, оставался девственно чистым от любых трудовых повинностей. Что  делал  человек на курсах  повышения квалификации, который  никогда  не  работал, осталось  за  пределами  понимания.  Он был на полном государственном обеспечении родителей, которые, видимо, тоже что-то не досмотрели в свое время.
Его день начинался в 11:00. Рутина дня была расписана по минутам:
• 11:00 — Пробуждение.
• 12:00 — Подготовка курсовой (ровно 1 час, таймер в телефоне).
• 13:00 — Кушать.
• 13:30 — Писать (в смысле, в туалет).
• 14:00 — Какать (отдельный пункт, это важно для режима).
• 15:00 — Встретиться с другом.
• 16:00 — Играть (остаток дня).
График Венеры был куда менее разнообразным, но куда более брутальным. Шесть утра — подъем. В восемь — она уже  неслась  на планёрку, а с семи до десяти вечера она грызла гранит науки на вечернем отделении второго высшего образования. И при всем этом  ей хватало сил не просто хорошо учиться, а еще и по пятницам вырываться в клубы, чтобы отжигать   до четырех утра. После, чего сняв с натертых ног  красивые,  но неудобные босоножки, брести пешком по Москве с подружкой, обсуждая, как они будут шикарно зажигать на Бали, как только, ну вот буквально на следующей неделе, разбогатеют.
И вот тут-то их пересечение с Васей в одной вселенной и выглядело как встреча слона и мопса. Разными путями, но оба, как ни странно, искали приключений на свои… ну, вы поняли.

Часть 3.

Венера  сильно  удивилась графику ее нового знакомого. Он напоминал расписание корабля, который плывёт туда, куда дует ветер. Мы -  женщины  все  немного   матери,  неважно сколько нам  лет,  поэтому  Венера, как мать,   решила проявить  заботу и найти  этому кораблю штурмана. 
— А ты не хочешь попробовать к нам в центр устроиться?— У нас компания хорошая, коллектив классный.  Это новый центр по поддержке семей,  есть вакансии по твоей  специальности. И зарплата достойная.
Василий улыбнулся краешком губ. Он   улыбался так — будто знал какой-то секрет, но не спешил им делиться.
— Спасибо, — сказал он просто. — Но я, наверное, не готов. Работа и ты — это разные планеты. А если они столкнутся, кто знает, что останется.
Венера хотела возразить, но осеклась. Он был прав. И в этой правоте было что-то трогательное: он не хотел рисковать тем, что только начинало прорастать между ними — хрупкое, как яичная скорлупа.

— Хорошо, — согласилась она. — Тогда хотя бы позволь мне помочь тебе найти что-то другое. У меня есть пара идей. И сайтов.
— Ты слишком добрая, — заметил он.
— Это не доброта, — поправила она. — Это стратегический интерес.
Она скинула ему несколько ссылок, а потом, увлёкшись, села за компьютер и составила его первое резюме. Она составляла резюме как пишут портрет: вдумчиво, подсвечивая то, что скрыто, и приглушая то, что не нужно. Из его скупых фраз и отсутствия  опыта она написала историю о человеке, который знает, чего хочет, — просто пока не говорит об этом вслух, закончив в  три ночи  отправилась спать.  В таком  режиме она прожила пару  дней и когда  пять вариантов  резюме были готовы,  пригласила  его к себе.
— Приезжай в  гости, — отправила ему  вечером сообщение. — У меня есть комп и принтер, всё распечатаем вместе. Чай попьём, посидим.
— А шарлотка будет? —  пришла смска со смайликом.
— Будут яблоки, корица и атмосфера, — смайлик  в ответ.

В этот  момент из  глубины  ее сознания вышла ее вторая Субличность.
-Ты вообще нормальная?  Сейчас ему ещё тапки предложи и на колени уложи.
-В смысле? Ну я  же  ему  как  другу помогаю.
-Ты  сейчас портишь этого половозрелого  дятла.  Ты не заметила, что      последнюю  неделю  я ложусь в  три  и  встаю шесть, потому что  ты  решила поиграть в мать Терезу.
-Позволь,  но я  тоже  ложусь в  три и встаю в  шесть.
- С одной  лишь разницей, тебе эта игра нравится. Мне — нет. Памятка для особо одарённых: мы живем в общем теле, поэтому  до того как  ты  решишь что-то, убедись, что я в курсе  и дала свое согласие. 
-Блин, я  это сделала неспециально. Просто дома- принтер, бумага. Все  удобно.  Она выдохнула:— Ладно, прости. Это в последний раз.
Субличность не ответила. Просто растворилась, оставив после себя тягучее чувство вины.

Договорились  встретиться в  ближайшие выходные. Около  четырех вечера   субботы  раздался звонок в  дверь.  Летнее  солнце уже не пекло, а мягко золотило стены, проникая сквозь шторы и рисуя на полу длинные тёплые полосы. Венера накрыла стол: чашки с бледно-голубой глазурью, салфетки,  спелая  ее  любимая черешня  в  вазочках. И конечно, шарлотка — румяная, пышная, с яблочной начинкой, которая казалась янтарной. Корица витала в воздухе, обещая что-то очень домашнее и очень правильное.

 -Привет!
-Привет! Заходи, не стой  на пороге. Как  дела? Я тут чуть  закрутилась, ты  проходи.
Венера только  хотела предложить ему  разместить  вещи  и ее взгляд упал на его руки. Сильные, ухоженные и не обремененные  ни цветами, ни коробкой конфет. Только телефон — тонкий, дорогой, последней модели.

Вот так- так, что  за фак? – подумала Венера. В этот  момент ее вторая Субличность сделала шаг вперед: «Венера, ты  его на  деловую встречу  пригласила или  рассчитываешь  на  томный вечер при свечах с малознакомым чуваком?
Венера: «Боже  упаси, нет, конечно. Просто  это  странно впервые прийти к  девушке в  гости с пустыми руками.»
Субличность: Странно — это когда ты в третьем часу ночи правишь малознакомому чуваку  резюме. Ты  его как  девушка  пригласила  или  как  товарищ?
—   Как  товарищ, Но..».
- Никаких  но,  - пжс,  не нагнетай,- продолжила  Субличность.
-Хорошо,  наверное, ты  права – согласилась Венера.
Субличность сделал  шаг назад и вышла из  диалога.

Венера  вернулась  сознанием  в квартиру.
— Ну что, у тебя тут всё на  богатом, — сказал Василий, оглядывая стол.
— А ты думал? — усмехнулась она. — Проходи, садись. Давай я налью тебе чай, а потом перейдем к делам.
— Давай, — кивнул он, усаживаясь. — О, пирог! 
— И очень вкусный. Ее высочество Шарлотка пеклась  моими  заботливыми  ручками.
- Офигеть, сама пекла? Я  думал ты у «Старикова» взяла.
Я к  этому стремлюсь, но пока мой бюджет может потянуть  шарлотку в  разобранном виде: яблоки, корицу, муку.
-А ты классно шутишь, -  подметил Василий.
Он взял кусок, откусил, зажмурился.
— Боже, — выдохнул он. — Это нечто. Венера, ты волшебница.

В следующие пять минут  Василий, совершенно потерял счёт времени и сосредоточился на шарлотке с таким упоением, будто это было главное событие его недели. Венера смотрела на него с улыбкой и думала, что в мужчине, который любит домашнюю выпечку, есть что-то надёжное и простое, как старый друг.
В этот момент Вторая  Субличность  отправила  ей  сообщение «Не  тупи, какой старый друг?!  Мобилизуйся, тряпка».

Закончив дегустацию, Венера принесла распечатки с резюме, открыла на ноутбуке нужные вкладки, показала вакансии, на которые уже отправила отклики. 
— Так, — деловито начала она, — смотри, что я приготовила. Вот резюме — я его немножко причесала. Вот вакансии. Я уже отправила отклики на три, на двух сайтах зарегистрировала тебя. Василий слушал внимательно, задавал вопросы, но в его взгляде читалось, что он пока ещё не до конца осознал масштаб её деятельности.
 Ну как тебе? – ее вопрос вернул его в реальность.
Василий наклонился к экрану, вглядываясь в текст.
— Венера, ты серьёзно? — удивился он. — Ты что, написала, что я «обладаю стратегическим мышлением и высоким уровнем самоорганизации»?
— А ты разве нет? — приподняла она бровь.
— Ну… я могу стратегически выбрать, что заказать на ужин.
— Вот видишь, — усмехнулась она. — А самоорганизация — это когда ты всё-таки пришёл. Всё честно.

Он засмеялся, и она поняла, что этот вечер уже удался.
Через полтора часа обсуждений, правок и бесконечных «а что, если написать вот так?», Василий откинулся на спинку стула.
— Слушай, — сказал он, -  ну, ты  крутая,  правда. Спасибо тебе за всё,  даже  не  знаю  как  бы  я сам справился. Ты столько сделала, а мы  знакомы  только  месяц. Я твой  должник.
Она чувствовала себя немного волшебницей, которая вот-вот перевернёт страницу его жизни.
 - Ну  тогда с  тебя  ужин,  засмеялась Венера, чувствую, что спасла  от прозябания  чью- то  жизнь.
Гуляем, заказывай!- щедро  пробасил Василий.

Она открыла приложение, и они начали вместе выбирать, споря о соусах, смеялись над названиями. Тридцать минут ушло на то, чтобы  сделать  сложный  выбор между  пиццей и роллами, в пользу  бургеров.
Когда доставка приехала, Василий встрепенулся.
— Я оплачу, — сказал он твёрдо. — Ты так много для меня сделала, это самое меньшее. Венера  не сопротивлялась.
Он полез в карман джинсов, долго шарил, потом хлопнул по другим карманам, потом с недоумением посмотрел за порог квартиры как если бы  там что-то обронил. Карты  не было, а также ни одной купюры, ни одной монеты. Венера смотрела на его замешательство и чувствовала, что вот сейчас нельзя допустить неловкости.
— Знаешь, — мягко сказала она, протягивая карточку, — я как раз хотела оплатить сама. Я же пригласила. Так что давай моей картой, а ты мне потом как-нибудь вернёшь.
— Венер, я… — начал он, краснея.
— Не парься, — перебила она. — Давай есть, пока не остыло.
Они поели с аппетитом, запивая колой, болтали о музыке, о фильмах, о том, как странно устроен мир: ты ищешь работу, а находишь человека, который печёт для тебя шарлотку и заказывает бургеры.
После ужина гуляли  в парке.  Вечер уже опустился, фонари зажглись, дорожки блестели. Где-то играла музыка, где-то лаяла собака, а в небе проступили первые звёзды — ещё робкие, но уже настоящие.
У подъезда Василий остановился.
— Спасибо тебе, — тихо сказал он. — За всё. За пирог, за резюме, за этот день. Ты… необыкновенная.
— Ты говоришь это каждой девушке, которая кормит тебя шарлоткой? — улыбнулась Венера.
— Только той, у которой это получается так вкусно,  — ответил он.
Он заказал такси в приложении  и уехал, махнув ей из окна. Венера осталась стоять у подъезда, глядя вслед удаляющимся огням.  В голове играл саундтрек из мелодрамы, где она — главная героиня, а он — загадочный странник с золотым сердцем и пустыми карманами.
— Всё прошло идеально, — прошептала она и тут же постучала по дереву «тьфу-тьфу, чтобы не сглазить».
Она поднялась в квартиру, села на кухню и посмотрела на пустую тарелку из-под шарлотки. В углу сиротливо лежала одна черешня. Венера задумчиво подцепила её ложкой и произнесла тост вслух:
— За то, чтобы он нашёл работу!
В  этот  момент   шаг  вперед  сделала ее вторая Субличность , чтобы разбавить  зефирный  вечер, чем -то  вроде  песка на зубах.
— Дорогая, тебе не кажется, что человек, который заказал себе такси с айфона, вполне мог оплатить ваш ужин?
-Не поняла, ты сейчас о чем?
-Венера, молодой человек  не склонен держать обещания, он тебя кинул.
-Но мы  же проговорили, что я  его  прилашаю в  качестве  товарища.
-И ты, готова  хавать г…  но  этого товарища? – буркнула Субличность.
-Стоп, он  переведет  мне в завтра деньги.
-Ну-ну.
- Когда он пришел с  пустыми  руками, ты сказала не быковать, а  теперь  наоборот. Я тебя  не понимаю. Объясни,пожалуйста.
-Дуреха,  поясняю. Он к тебе  пришел  как  товарищ к  товарищу, да? Да. Где ты видела чтобы  пацаны  друг другу  цветы  носили и  конфеты. Это раз.
-Пипец ты  умная. Т.е. мы  умные.
- Он  такси  заказал  из  приложения  значит  деньги  были  на карте,  значит чувак  тебе  кинул. Он не  товарищ.
- Здесь  я  поспорю. Деньги  у  него  были, возможно,  но  в количестве  недостаточном для  оплаты ужина. Это  раз. Можно  взять  такси,  не заплатить и   за тобой  повиснет  долг. Это  два. Таким  образом,  заказать можно даже если у  тебя  ноль на  карте. Давай дождемся  завтра,  он  наверняка  переведет.
-Субличность.  Заканчивай этот неначатый роман, Запиши нам в плюс бесценный опыт, в убыток — расходы на шарлотку, бургеры, колу .
-Ну, тебя, умеешь ты  испортить  настроение.

Часть 4.

Осень вступила в свои права, но в их отношениях не наступило даже бабьего лета — серость и лёгкая безнадёга. Они были друг для друга тем самым чемоданом без ручки: вроде и тащишь его куда-то, сам не зная зачем, а бросить совесть не позволяет — вдруг пригодится? Василий всё ещё обитал с родителями, но при каждом удобном случае вещал, что вот-вот, ну совсем скоро, он переедет в бабушкину квартиру в центре, которая, кстати, уже в его собственности. Правда, чтобы это случилось, надо было хотя бы пошевелиться, но Василий предпочитал шевелить только языком, находя тысячи причин не работать.

Венера жила на пределе, будто у неё в сутках было не 24 часа, а 48, и все они были расписаны по минутам. Но, как это часто бывает, они продолжали переписываться и иногда, словно тайные агенты, встречались по выходным. И вот однажды Василий, задумчиво глядя в потолок, обронил: «У мамы скоро День Рождения». Мама, между прочим, была веганкой и уже знала о существовании Венеры — это был прогресс! И Венера, окрылённая идеей произвести впечатление, решила: «Я сделаю подарок своими руками!» Она задумала настоящий архитектурный шедевр — съедобный домик-пирог без яиц, окружённый ёлками, припорошенный снегом, а внутри чтобы горел очаг. Короче, она реально решила заморочиться.

— Слушай, ну как тебе мысль подарить домик? — спросила она с горящими глазами.
— Ну, интересно, — протянул Василий, почесав затылок. — Правда, я не умею готовить. Я вообще максимум, что могу, — это согреть чайник.
Я найду пошаговый рецепт, и мы испечём два домика. Один — маме, второй — на случай, если первый не выдержит  нормы  СанПина. 
Они встали к плите в четыре часа пополудни, вооружившись рецептом, надеждой и тремя килограммами муки. К восьми вечера мука была везде, только закончили с  тестом.

Василий первые полчаса готовки изучал миску, будто это был артефакт. Затем он задал вопрос: «А что, если яйца заменить майонезом?» Венера замерла. Потом он поинтересовался, «а точно ли надо месить руками, а не ногами, потому что руками устаёшь». Он месил тесто с таким видом, будто копает окоп под обстрелом: по три минуты работы, потом отдых.  Венера сжимала кулаки так, что ногти врезались в ладони.  Сказать, что  он  ее  раздражал, бесил,  злил  все  еще  будет  недостаточно, что бы  описать  ту  палитру  эмоций, которые  он в  ней  пробудил.
К середине готовки она  мечтала  выкинуть его к чертям собачьим. Он  ничего  не  делал,  извергая из себя километры  ненужных фраз  и  комментариев: «А если мы добавим соль? А если не добавим? А что такое ванилин? Он живой?»

Венера молчала. Ей хотелось, чтобы его  не стало, чтобы  у  него случился  понос и  энурез  одновременно, чтобы он испарился, исчез, все  что  угодно,  но  только сейчас. Она с  остервенением  месила, раскатывала, вырезала стены, собирала домик, как зодчий, сражающийся за своё последнее творение. Она декорировала его снегом из сахарной пудры, ёлками из мармелада — получилось красиво, душевно, почти сказочно.

А Василий… Василий не смог,  не попытался  вырезать  хотя  бы  одну стену. Он просто порезал пальчик бумагой, на которой был написан рецепт, и обиженно дул на ранку. В этот момент Венера поняла всё. Окончательно. Бесповоротно. Она смотрела на него и видела ни друга, ни знакомого, даже не случайного попутчика в автобусе. Она видела ошибку, которая затянулась на полгода. И единственное, что её
удерживало от того,чтобы выставить его за дверь — это то, что домику  надо  было  окрепнуть  прежде, чем  его можно было бы упаковать.

- Вижу  тебе  херово,  где -то  рядом  прошептала ее вторая Субличность.
-Херово? Нет, мне в  десять  раз  хуже, чем  херово. Какого хрена я  приволокла  этого  бытового  дебила в свою  жизнь.Зачем я  пеку пирог для человека, с которым  не  знакома. Почему  я  не послушала тебя,  т.е себя. Где  были мои  глаза,  почему  опять в  жопе! АААААААААА!

Она ушла в ванную, включила ледяную воду на полный оборот и простояла  под струей воды подставив лицо минут десять. Она не  чувствовала  холода, возмущение  кипело в  ней на максимуме. Кричать  не  хотелось, и уже  не моглось. Она  чувствовало  невероятную усталость и опустошение, как -будто из  нее вытащили жизнь.
-Вася, уходи навсегда. У тебя  две  минуты, ставлю секундомер. Не успешь выброшу  твою куртку  и  ботинки в  окно.
-Ты чего вдруг?
-Просто  сделай  как  я  тебя  прошу иначе я  выброшу вещи.
-Ты че,ненормальная?
- 120, 119, 118
-Ты  охренела
-110, 109, 108
-Идиотка!
-99, 98, 97
-Ты, дура,  я уйду, ты мне  больше  не звони.
- 89,88, 87
-Венера  паковала домик  в заранее приготовленный контейнер быстрее, чем  Василий надевал куртку и продолжала считать вслух.
-51,50
-Василий  был  одет,  пирог  запакован. Она всучила пакет ему в руки и он  его не стал  отталкивать.
-30,29
Открыла дверь и вытолкнула Васю. Крепко захлопнув  за ним дверь обратно.
0
-Вон из моего дома. Никогда  больше  не появляйся! Она  дышала так  как  будто к   бежала отбивалась, падала  и  опять  бежала. Она выдохлась и медленно сползла по стене вниз.
-Все  будет хорошо, моя родная. - прошептала ее вторая Субличность. Мы  переживем это. Только в  реестр внесу  запись: опыт плюс, убыток - шесть месяцев жизни, 3  кг муки и пачка сахара.