Она вернётся

Я ей не нужен. Я не нужен ей! Я не нужен. Я произнёс это про себя. Я сказал это шёпотом. Я проговорил это вслух. Я прокричал это, вытирая внезапно брызнувшие слёзы. Я не нужен, повторил я опять. Я не нужен, набрал я крупным шрифтом на клавиатуре. Я не нужен ей, моей нежной и единственной, моей безвозвратно ушедшей, моей милой и моей ненаглядной, и Сама  Любовь прощальным взглядом смотрит мне вслед всеми моими отправленными ей и непрочитанными ею письмами, всеми невысказанными словами и тысячью нерассказанных историй, миллионами неподаренных взглядов и несчитанными улыбками. Кто их считал. Кто будет считать их - теперь…

Она вернётся. Она обязательно вернётся. Она появится неожиданно. Она первая увидит меня. Она подойдёт и найдёт взглядом мои глаза. Как это просто, как это сладко, как это недостижимо - быть любимым просто за то, что есть и любишь сам…

Мой форд плакал вчера дождём, я ехал и вытирал слёзы и ему, и себе, я придумывал новую сказку, и Абсолютный Охотник явился ко мне, смеясь. Никто не слышал мою новую сказку. Я был один. Я рассказал её своим ладоням, я смотрел на свои ладони, и они  пылали жаром в ответ, словно всё понимая, и время текло сквозь них, и мне казалось, нет, нет, я видел это отчётливо, время излечит меня.

Я вернулся домой и пытался заснуть, обжигаясь подушкой, нагретой ладонями. Мне страшно было смотреть на термометр, мир плыл туманом, и подарком мне было обжигающее беспамятство. Мне снился Абсолютный Охотник, только теперь он шёл не по моему следу, но та, которую он догонял, была симпатична мне. Потом я просыпался полночи каждые полчаса, я не понимал, что происходит, но успокоиться и нормально заснуть я не мог, пока не понял, что это не Солнце греет мне щёки, и не дыхание любимой.

Я был один