Восхождение. Том 3. Часть 31

Три дня, множество переглядок, мелких бесед, глубоких разговоров за выпивкой и попыток зацепиться за противоречия – все бароны были на нервах, что и понятно, учитывая обстоятельства. Других странностей или подозрительных действий со стороны вельмож не было: либо они очень хорошо укрывали правду, либо они ничего не скрывали от Генура.
Впрочем, это обстоятельство не могло убедить властителя юга в полной верности баронов их общему делу. Ему придётся доверится товарищам-заговорщикам за неимением действительных поводов их подозревать.
Наконец, настал долгожданный день совета. Никто из приближённых Гелона не явился в Дом вельмож, а значит – совету быть. С раннего утра, ещё до восхода Варнира, бароны принялись наряжаться – если сегодня случится то, что им обещал Генур, следовало выглядеть представительно и внушительно для селян, купцов и воинов.
Барон Генур, медленно попивая вино, держа кубок трясущейся рукой, уставшим взглядом смотрел на город с балкона Дома вельмож. Деревья сбросили некогда полные красок листья, позволив тем утонуть в грязи. Трава усохла, ветер заволок небо тяжёлыми серыми тучами, несущими тоскливый дождь. Погода вторила настроениям властителя юга: мрачная, недружелюбная, отталкивающая, покрывающая унылый город ненастьем.
И происходило это ни по вине природы, ни по вине ветра или людей – так должно было случится, неминуемо. Однако, сколько бы не продолжалось ненастье, рано или поздно, смертных вновь озарит тепло Варнира, ветер уляжется, а деревья и кусты вновь начнут цвести.
Главное – дожить до того момента, когда холод и тоска сменятся теплом и надеждой. Так было всегда, и этот год не исключение. Такими люди были всегда, и барон Генур – не исключение.
На пути ко дворцу баронов сопровождали воины из их личных гвардий – хотя от Дома вельмож до княжеского замка было всего с пару минут пешей ходьбы, вельможи не желали доверять воинам Гелона.
Князь, к сожалению для Генура и его товарищей, усилил стражу замка – перед стенами дворца стояло порядка полусотни воинов, во внутреннем дворе можно было насчитать такое же число вооружённых стражников. Кажется, в самом замке баронам следовало ожидать не менее сотни воинов, готовых к любому развитию событий.
Владыка южных земель незаметно осматривался по сторонам, пытаясь понять, какой из разработанных им планов придётся реализовать. Всё стало понятно, когда он увидел, кто в отсутствие командира княжеских войск Далена занимается обороной столицы – старый друг, храбрый и честный воин, слишком уж раздобревший от работы с бумагами в кабинете – командир пехоты Пивиен, с которым Генур в последний раз виделся много месяцев назад, когда властитель юга всё же принял решение и сговорился с князем Равиром. Бывшие друзья даже не обменялись взглядами – может, это к лучшему. Страшно представить разочарование Пивиена, когда тот узнает, что сотворил Генур против Умрата.
Стражников во дворе дворца было куда больше обычного: вся узкая аллейка, вдоль которой росли оголённые клёны, небольшой садик с понурыми цветами и серыми кустами – вход в обитель Гелона охраняло порядка сотни воинов. Интересно, сколько их было внутри дворца.
Стражники провели баронов через главные арки замка, где остановилась примерно половина сопровождавших их воинов – стоило обезопасить первый этаж на случай отступления.
Быстро поднявшись по широкой лестнице на второй этаж, вельмож привели к залу советов. Здесь во время пиров и громких событий вельможи и знатные люди со всего Умрата скрывались от громкой музыки и надоедливых гостей, чтобы обсудить дела государственной важности.
В зале было непривычно пусто: при князе Генаре здесь всегда ходили слуги; с полок можно было взять литературу любого характера – начиная от научных трудов, заканчивая пошлыми романами для увеселения; шкафы с диковинными оружиями и элементами брони разных народов; игровые инструменты; винные шкафы, искусные портреты и живописные пейзажи. При князе Гелоне от всего этого остались лишь голые стены, длинный стол с парой серебряных подсвечников, алые шторы и горящий камин.
Во главе стола уже восседал Гелон, развалившийся в кресле, болтая кубком с вином, разодетый в шитую по стройной фигуре рубаху белого цвета, толстый коричневый ремень, на котором весело нечто вроде ножен, красные шаравары зауженными у щиколоток и такие же бардовые пулены со вздёрнутыми вверх носами.
Стоило лишь вельможам переступить порог зала советов, князь тут же сменил выражение лица с обречённого на нарочито злорадное, стараясь делать вид, будто бы у него всё было под контролем.
- Господа, а вот и Вы посыпали, как грибы в эту поганую погоду, - вежливым тоном произнёс Гелон. – Ваши многочисленные прелюбодеи оставят нас – подождут Вас в коридоре, - князь вертел пальцами в воздухе, обводя невидимым кругом сопровождавших баронов воинов.
Нехотя, но Генур согласился – кивнул своим стражникам, и те покинули зал, оставив вельмож наедине.
- Ну так зачем Вы решили пожаловать в мою скромную обитель, - икнув, поинтересовался Гелон. – Хотите немного денежек из казны княжества перед холодными месяцами? – Сложив губы уточкой, уничижительно говорил князь. – Вы присаживайтесь – наверняка, не привыкли так много двигать ногами – целых два этажа пришлось пройти!
- Сейчас не до твоих шуток, Гелон, - сурово произнёс Генур, подойдя к столу и сев напротив племянника. – Мы знаем, что случилось с Гедоном и его боевой бригадой. Мы знаем, что воинство Поварина стоит у границ. И мы знаем, что Духарт совершил дерзкое нападение на Наргилос. Больше нельзя отсиживаться и…
- Ну так возьмите оружие и идите сражаться, - подняв брови, отвечал Гелон. – Я тут, между прочим, тоже занят борьбой: представляете, сколько нужно времени, чтобы опустошить все погреба? Их с ревностной преданностью алкоголизму заполнял ещё мой любимый и уважаемый всеми отец. Представьте, сколько на мне работы.
- Если не предпринять меры сейчас, - игнорируя слова князя, спокойно заговорил барон Вагер, - нас уничтожит союз восставших княжеств. Или собственные люди, которым надоели постоянные повышения податей и наше бездействие. Голод, бедность, разорение – Умрат, хотя Вы не желаете этого видеть, трещит по швам.
- Вечно я надеюсь на Вашу проницательность, барон Вагер. Вы так мудры и прозорливы: не зря сослали свою любимую мамочку в Храм Света! Что бы Вы делали, оставшись она при власти, - Гелон отпил из кубка, пролив вино на свою белую рубашку.
- Довольно, князь! – Повысил голос барон Юргын. – Вы обязаны принимать решения для благополучия княжества!
- Ты, обезьяна, ещё барон, - удивился князь, хитро улыбнувшись. – Я же шутки ради назначил тебя, идиот, бароном. А у тебя ещё титул сохранился? Надо бы исправить это недоразумение – шутка сильно затянулась.
- Просим Вас, уважаемый князь, - барон Шокев пытался умилостивить князя Гелона, - нам нужно, чтобы Вы приняли на себя командование. Почти половина нашего войска погибла в землях Поварина.
Оставшиеся стражники разыскивают разбойников, которых с каждым днём становится всё больше. Беженцы, паника, голод, воины, не понимающие, что им делать, а ещё восставшие и узурпатор Домур, перед которым у нас невыполненные обязательства – мы окружены врагами, и скоро враги начнут появляться внутри княжества.
- Они уже здесь, - почесал затылок князь. – Эти Хорьки – они обхитрили тупорылого Далена, устроили несколько диверсий, навели шума. Я всё это знаю. Они могут стараться, сколько их душам будет угодно.
Но мы все знаем, что воины и селяне будут делать так, как Вы им велите! Вы – образцы высокой морали и нравственности, - пролив немного вина на пол, говорил князь, в чьём голосе всё отчётливее слышались нотки гнева и ненависти.
- Гелон, прошу тебя, - барон Генур, слегка наклонившись над столом и вытянув шею в сторону князя, заговорил с отеческой заботой, - хватит! Настало время действовать.
И я скажу тебе прямо: либо ты примешься за дело, откинешь ненависть и обиды, возьмёшься за ум и спасёшь Умрат, либо нам, вельможам, придётся сместить тебя и выбрать нового князя! Иначе – нас ждёт гибель, так или иначе. Тратить время на жалость к себе и насмешки над нами больше не получится.
Гелон, близко поднеся кубок к губам, хитро улыбнулся, глядя на своего дядю с неприкрытым презрением:
- Надо думать, о наизаботливийший барон Генур, что Вы, человек столь ответственный и честный, станете новым князем?
Властитель южного удела не изменился в суровом взгляде: хотя Гелон пугал и раздражал его, всё же, он оставался его племянником – последним племянником и напоминанием о брате. Даже сейчас Генур хотел дать Гелону шанс на искупление.

***

Гелон, хотя часто избегал своих обязанностей и, бывало, будто бы вовсе забывал о своём положении, всё же позаботился об охране замка. На всех этажах и башнях можно было насчитать порядка сотни воинов.
Эту информацию удалось выяснить Хорькам благодаря стражникам барона Генура, которые покинули дворец князя под предлогом, как было объяснено защитникам замка «выпить в таверне, пока высокие господы плюются слюнями». Покинув стены города под предлогом «съездить в ближайшее селение за девками», воины Генура направились на север, где их уже ждали Хорьки.
Встав возле трубы с нечистотами, выходившей прямо к речушке, Хорьки во главе с Рандаром, скрывшись за высоким берегом от взора стражников со стен столицы Умрата, ждали донесений с самой ночи, укрывшись от вражеских глаз под сенью тьмы. Наконец, с наступлением полудня, наёмники дождались прихода вестников, явившихся по берегу реки.
План оставался прежним. Союзникам властителя юга нужно было дождаться условного сигнала, а затем двинутся по маршруту, который описали воины Генура – они объяснили, как добраться до зала советов.
Выбив защитную решётку импровизированным тараном, Хорьки направились по трубе, о которой мало кто знал, и, преодолев тошнотворный запах, от которого многих выворачивало, стараясь не обращать внимание на консистенцию под ногами, преодолев путь в горку, держась за округлённые стены, им всё же удалось достичь бань замка.
Не без труда разобравшись в карте и дважды чуть не свернув не туда, проделав путь в несколько сотен метров, разбойники, сидя под полом и подглядывая за происходящим через сливные решётки в полу, ждали сигнала к началу атаки – судя по словам доверенных барона Генура, этот сигнал понял бы даже полный кретин.

***

Примерно через полчаса с того момента, как бароны пересекли врата княжеского дворца, командира пехоты Пивиена окликнул перепуганный голос юного воина:
- Командир Пивиен, беда! – Кричал юноша, мчащийся со всех ног во внутренний княжеский дворик. – Стражники на южной стене заприметили войско. Без флагов. Встали в паре сотен метров от стен города. Не двигаются!
- Какое, мать твою, войско? – Спрашивал ошеломлённый Пивиен, не понимая, что происходит. – Отдышись и доложи, как следует! – Напряжение в нервном командире заметно возросло.
- Войско подошло. Все в броне. Не меньше трёх сотен, конница. Подули в боевой рог. Что нам делать?!
Поварин? Нет – такого не могло быть: если бы войско генерала Бальмуна пробилось через границы, Пивиену сразу же доложили об этом. А если они всё уничтожили? Такое может быть? Разбойники?
Нет – сложно представить, чтобы разбойники могли собрать такую конницу в доспехах. Восставшие? Нет смысла гадать – необходимо выяснить, что грозило столице.
- Направить на переговоры дивизию, - распорядился командир Пивиен, стараясь не срываться на крик, чтобы не выдавать своё беспокойство подчинённым.
- Не наберётся на дивизию, командир, - поспешил доложить воин, стоявший возле входа во дворец. – Врата охраняет едва ли сотня. Ещё сотня в замке. Только Ваши воины остались!
Неужели это ловушка? Но как? Могло ли нападавшим, кем бы они не были, быть известно, как проникнуть в город незаметно? Вероятно, ловушка: внезапное, непонятное действие неизвестно кого – как ещё это можно было расценить?
Но это могло быть и не ловушкой. Следовало отправить войска на переговоры и, в случае чего, на битву с не званными гостями. В замке было неменьше сотни воинов, ещё и сопровождение баронов. Даже если нападавшие каким-то образом проникнут в замок, их остановят. Потому командир Пивиен, не без опасений, заговорил:
- Капитан, назначьте лейтенанта и отправьте боевой отряд к нашим гостям. Соберите всех лишних из внутреннего двора замка. Распорядитесь собрать полторы сотни людей навстречу неизвестным, выясните их требования. Пусть три лейтенанта, в случае пересечения границ, атакуют пришедших.
В случае чего, мы справимся с теми, кто решит напасть на замок. Через полчаса у меня должен быть доклад о составе и действиях неизвестных!
А вы, - командир повернулся к привратникам замка, - закройте врата и передайте воинам на первом этаже: если послышится шум битвы, пусть выходят во внутренний двор на подмогу. Стражников на других этажах должно хватить, чтобы защитить вельмож.
Капитан и подбежавший воин одновременно кивнули, отправившись выполнять распоряжения командира, сердце которого билось так часто и сильно, что, казалось, голова вот-вот взорвётся от напряжения.

***

Примерно через десять минут после того, как Хорьки дошли до сливов бань, до их ушей дошли переговоры стражников, охранявших парную.
- Кто-то у стен города встал. Целый боевой отряд направили к югу, чтобы разобраться с ними.
- А кто это?
- Хрен их знает, говорю же. Короче, надо быть внимательнее: если вдруг на нас нападут, сразу бежим к главным воротам замка. Распоряжение командира Пивиена.
- Может, лучше здесь останемся? – Предложил второй стражник. – Кто будет врываться в парильню?
- Если что, пойдём к главным воротам, - сурово отвечал первый стражник. – Мы нужны князю и Умрату. Не думаю, что на замок правда нападут – кому хватит мозгов? Но всё же надо держать ухо востро!
Судя по всему, диалог этих стражников и был сигналом, о котором говорил подчинённый Генура. Следовало переходить к действиям. Выждав ещё с десяток минут, когда часть воинов должна была покинуть внутренний двор, подчинённые Рандара принялись выполнять распоряжение юного командира, аккуратно и тихо пытаясь вытащить заржавевшие решётки из пазов.
Конечно, стражник, стоявший возле входа в бани, услышал подозрительный звук и настороженно, обхватив алебарду обеими руками, мысленно ругая себя за любопытство, начал приближаться к ближайшей решётке, размещённой в полу.
Относительно юный воин, что-то тихо приговаривая себе под нос, надеялся, что из-за неожиданных пугающих вестей его воображение просто разыгралось. Что широкие решётки в полу скрипят из-за сквозняка, а не из-за воздействия на них неизвестными.
К несчастью для него, надежды стражника дворца не оправдались: как только он подошёл к решётке и наклонился над ней, пытаясь рассмотреть нечто в темноте, лучник, заранее наложивший стрелу на тетиву, выпустил снаряд, пробивший череп в открытом шлеме.
Ошеломлённый, перепуганный стражник, чья глазница была пронзена стрелой, не осознавая наступление собственной смерти, рухнул на кафельный пол, издав неприятный звонкий грохот. Вероятно, этот звук достиг ушей ближайших стражников дворца, а значит – пытаться сохранить своё присутствие незамеченным было бессмысленной затеей.
Рандар приказал своим подчинённым приложить все силы, и через пару мгновений решётки вырвались из пазов, с грохотом обрушившись на пол. Пятьдесят человек принялись быстро, на сколько это позволяли украденные доспехи, взбираться на пол парильни: решётки были небольшими, в плечах мог пролезть только один человек в обмундировании, до и то с трудом, так что выбравшимся приходилось доставать оружие и ждать, пока все товарищи выберутся наружу.
Прошло порядка десяти минут прежде, чем все Хорьки выбрались из канализации. Вонючие, покрытые отходами, они стояли в парильне, отделяемые от выхода тремя трупами стражников дворца.
Первый – любопытный и пугливый, был убит из лука. Двое других – стоявшие недалеко от входа в бани, услышавшие грохот и по своей наивности решившие проверить, что происходит в парильне. Их убили возле самого входа – разбойники встали у стенок и быстро, без лишнего шума устранили стражников.
К счастью для Хорьков, пока шум услышали только трое, хотя в скором времени это должно было изменится.
- Вы знаете, что делать, - говорил Рандар, который вместе с Саленом выбрался из трубы последним, но вышел перед всеми товарищами. – Пусть не все из нас сегодня выживут, но сегодня исполнится наша мечта. Сражайтесь отчаянно и до последнего – если проиграем сегодня, предадим наших павших товарищей. За свободный Умрат!
Не поднимая лишнего шума, чтобы не привлекать внимания стражников прежде времени, Хорьки приложили руки к груди, дважды ударили в нагрудники и бегом направились за наследником Наргилоса, перед которым не стояло ничего, кроме одной, заветной цели – изничтожить Гелона. Только он сейчас стоял между юным командиров и сокровенным Наргилосом, захват которого поставит точку в этой долгой, жестокой, кровопролитной и тяжёлой для всех истории.
Разумеется, сохранить в тайне присутствие пяти десятков воинов в броне внутри замка с широким эхом просто невозможно: как только Хорьки покинули бани и прошли пару массивных дверей и небольшую каменную лесенку, они вышли на первый этаж, направившись к лестнице, ведущей ко второму уровню дворца.
Все защитники княжеского дворца направили свои удивлённые и слегка напуганные взоры в сторону внезапно появившихся воинов.
- Это ещё что? Стоять! За ними! – Прокричал один из воинов, глядя на бегущих на второй этаж нападавших.
Воины баронов, завидев диверсионную группу, без лишней траты времени, напали на стражников замка, заставив тех перепугаться и впасть в глубины смятения пуще прежнего.
На первом этаже – по два десятка воинов со стороны князя и баронов. На втором этаже – три десятка воинов князя и столько же воинов баронов. Благодаря Хорькам, первое время перевес будет на стороне захватчиков. Однако, узнав, что происходит в замке, в скором времени вся сотня стражников замка соберётся на втором этаже.
Вероятно, все Хорьки и, возможно, воины баронов, а также, разумеется, Сален падут в этой битве. Но это не имело значения для Рандара – он должен был ворваться в зал советов и собственными руками прикончить Гелона на глазах баронов. Он должен был решить проблему Умрата и будущего князя Генура.
Равир уже был в долгу перед наследником Наргилоса, Верия была у него в долгу, а теперь – и вельможи Умрата должны были быть у него в долгу. Чем больше правителей и вельмож будут обязаны своим положением Рандару, тем крепче будут позиции юноши на троне Наргилоса и тем крепче будет будущий мир в Вундрате.
Сразу на втором этаже диверсионную группу встретили стражники дворца. Крики, приказы остановится и объяснится, попытки захватить нападавших живыми – незнание защитников сыграло с ними злую шутку: натренированные, подготовленные Хорьки тут же принялись рубить воинов Умрата, не дав тем и мгновения на осознание. Ворвавшись в ряды воинов Умрата, Хорьки создали панику среди стражников, тут же направившись к толпе из воинов князя и баронов, стоявших в конце коридора.
Десяток воинов, в число которых входили Рандар и Сален, каждый из которых, кажется, стремился перегнать соперника, мчались в сторону зала советов.
- Что происходит? Где стража? – В панике кричал воин Умрата, обхватив алебарду и дожидаясь приближения захватчиков.
- Вот время и настало, - тяжело вздохнув, произнёс один из воинов барона Генура.
- Что ты несёшься?! – В гневе обратился к нему защитник Гелона, после чего ему тут же пришлось расстаться с головой: не распознав в боевых товарищах из других уделов своих врагов, защитник замка расстался и жизнью, как все другие до этого, решившие выступить против диверсионной группы.
- В атаку! – Заревел Рандар, который с остатками своего отряда, успевших прорваться через стражников на подъёме второго этажа, врезался в правый фланг защитников замка. – Убейте наших врагов! – Приказывал юный командир, тем самым пресекая воинам Умрата возможности отступить к своим товарищам на других этажах богатой обители князя.
- Сражайтесь до конца! – Ответным боевым кличем, пытался вдохновить своих соратников воин из Умрата, которому тут же полоснули заострённым лезвием по горлу.