Убить Кролика

«Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла…

В какой бы дом я не вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далек от всякого намеренного, неправедного и пагубного».

Из клятвы Гиппократа.

 

 

            Медленно, как можно медленней он открыл дверь спальни…

            Хорошо, что он надел шерстяные носки - в них его шагов совершенно не было слышно. К тому же, они не оставляли следов…

            Осторожно ступая, он подошел к кровати. Жанна спала безмятежным сном ребенка. Как она была прекрасна! Каштановые кудри, разметавшиеся по подушке, тонкий изгиб бровей над длинными ресницами закрытых глаз… А эти губы! Пухлые, чувственные губы, которые он так любил целовать в минуты страсти…

            Как давно это было…

            А все из-за него! Из-за этого негодяя, Рэббита! Он издевался над ним в школе, в колледже… Подлый Кролик! Его так и звали. Он, и в самом деле, был похож на большого, белого кроля. Такого наглого, откормленного и вечно озабоченного. И ведь он пользовался успехом у девушек! А над Джоном он всегда подтрунивал. Худой, долговязый очкарик Джон всегда был мишенью для насмешек. Да и потом, после колледжа, Кролик сразу «пошел в гору», сколотив неплохой капиталец на биржевых махинациях. А как ловко он его провел, продав ему акции прогоревшей компании «СИ-ДИ-АЙ»!  Рэббит тогда первый узнал об их банкротстве, и сбагрил Джону эти акции, сыграв на понижении.

            А потом от Джона Райта ушла жена. Мало того! Выяснилось, что она давно уже тайно встречается с этим подонком. Может, и их сын Гарри был от него?

            В клинике Джона давно уже зовут «за глаза» Лосем. Мол, рогоносец!

            «Это, который Джон? Который - Лось?»

            Джон-рогоносец!

            И это лучший специалист по раковым заболеваниям! Профессор медицины!

            «Профессор, вам рога не жмут?»

            А этот ублюдок, Бен Рэббит! Финансовый воротила… Уолл-Стрит, понимаешь ли…

            Сейчас тебе будет Уолл-Стрит!..

            Убить Кролика…

Джон достал пистолет. Глушитель он прикрутил заранее. Вот он, час расплаты!

            Бен что-то пробурчал во сне и перевернулся на другой бок. Джон остановился, выждал немного, потом медленно и совершенно бесшумно взвел курок и поднес дуло пистолета к голове своего врага. И… нажал на курок.

            Щелк! Осечка!

            Джон лихорадочно перезарядил пистолет и повторил попытку. Опять осечка!

            Ах, черт! Он же забыл зарядить пистолет! Так и есть – обойма пуста…

Ну, нет! Так просто он отсюда не уйдет! Пусть его ждет электрический стул, но он Бена в живых не оставит…

Размахнувшись, Джон изо всех сил ударил рукоятью по затылку спящего.

Но, что это?! Едва коснувшись пышной шевелюры Кролика, пистолет вдруг затормозил и застрял в ней, как в трясине.

И тут Джон увидел глаза Жанны. Она, не мигая, смотрела на него, сжимая в руке… М-16! Дуло винтовки было направлено ему в переносицу.

Нее-еет! – закричал Джон и… проснулся.
Он сел в своей постели. Посмотрел на будильник. До подъема было еще полчаса.

«Вот незадача!» - подумал Джон Райт. Уже третий месяц подряд ему снился один и тот же сон. Нет, решительно, надо идти к психологу…

Через десять минут он уже бежал по дорожке парка. Утренняя пробежка была для него, как для алкоголика порция пива по утрам. Впрочем, в районе, в котором он жил, алкоголиков не было. В этот час парк был еще пуст, и лишь когда Джон повернул обратно, на дорожке появилась чета Браунов. Обменявшись дежурными приветствиями, они продолжили утренний променад. Придя домой, Джон сделал небольшую разминку в тренажерном зале, принял душ, позавтракал и, надев свой рабочий костюм, отправился в клинику.

Половина рабочего дня прошла незаметно. После обеда, Джон Райт, как обычно сидел у себя в кабинете и просматривал истории болезни пациентов. Его внимание привлекло знакомое имя. «Бенжамен Рэббит, тысяча девятьсот шестьдесят шестого года рождения». Уж не тот ли это Рэббит? Ну-ка, проверим адрес… Точно! Третья авеню, дом пять! Ах ты, гад!  Посмотрим, посмотрим, что там у нас… Замечательно! Саркома легких, третья стадия, метастазы в желудке, почках и даже костях… Класс! Сто процентов летального исхода! Максимум, пару недель – и в рай! Вернее – в ад… Уж таким грешникам рай заказан…

Джон вскочил и нервно заходил по кабинету, радостно потирая руки. Дождался таки! И никаких пистолетов не надо…

Так. Визит к психологу отменяется.

Райт внимательно прочитал историю болезни своего нового пациента. Оказывается, тот уже полгода парализован. Несколько раз пытался покончить собой, настаивает на автаназии, но… Нет уж. Пусть помучается… Тем более, по закону штата, автаназия запрещена. Ну, разве что, в особых случаях…

А ведь он подходит под этот случай!

Джон Райт прошел в ординаторскую.

- Лиз, - обратился он к дежурной сестре. – Где у нас палата Бенжамина Реббита?
- Вторая VIP.
- Хорошо. Я его посмотрю.
- Зачем, доктор? И так все ясно. Что, кроме морфия может ему помочь?
- Я разберусь, Лиз.
- Как вам будет угодно, сэр.
Джон прошел по коридору. У «Второй VIP»  сидела заплаканная  Жанна.

- Здравствуй, Жанна! – сказал он, остановившись у двери палаты.
Женщина отняла руки от мокрого лица.

- Ты рад? – спросила она.
- Сейчас это не важно.
- А что важно?
- Ничего…
Джон открыл дверь и вошел в палату.

Честно говоря, то, что он увидел, на него не произвело никакого впечатления. Эту картину он наблюдал сотни раз. Разница была только в том, что на койке, весь в проводах и трубках, лежал не кто-нибудь, а его заклятый враг Бенжамин Рэббит. Кролик.

- А, старина Джон! – с радостным и, одновременно, горьким сарказмом воскликнул он, увидев своего бывшего однокашника.
- Да. Это я, - ответил Джон, остановившись рядом с ним. Вся радость победы как-то улетучилась. Теперь ему было просто, по-человечески, жаль Бена.
- Ты был прав, Джон. Курение вредит здоровью.
- Сколько лет ты курил? – спросил Джон, садясь на стул.
- Двадцать пять… Нет! Двадцать семь. Хотя, на сигары я перешел только после женитьбы на Жанне…
Джон побагровел.

- Извини, старина, - Кролик понял, что спорол бестактность.
- Ладно. Чего уж там…
- Слушай, Джон, у меня к тебе просьба…
- Да.
- Вколи мне «золотую пулю»…
- Что?!
- Ну, повышенную дозу морфия. Чтоб я побыстрее,.. - Бен закатил глаза к небу, взглядом довершая свою мысль.
- Ты же знаешь, автаназия запрещена законом…
- Знаю, знаю. Но ты, по старой дружбе, все же мог бы…
- По старой дружбе?! – Джон вскочил.
- Ладно, ладно! Я пошутил, - Бен горько улыбнулся.
- Уходи! – сказал он. – Не хочу тебя видеть.
- Прощай! – Джон направился к выходу.
- Слышишь, Лось, а Гарри-то, мой сын. Мы с Жанной делали генетическую проверку…
- Да пошел ты!
Джон выскочил  из палаты и, не глядя на бывшую жену, сидевшую в коридоре, прошел мимо в свой кабинет. У него дрожали руки.

В тот вечер он долго не мог уснуть. Он ходил по своей пустой квартире из комнаты в комнату, включал и выключал музыку на стереосистеме, несколько раз пытался смотреть телевизор…  Бенжамен Рэббит не шел у него из головы. Как он был жалок! Да, для него уже жизнь кончена. Осталось только умереть. И Бен хочет умереть достойно. А ведь он мог бы ему помочь. Никто бы не стал проверять. В больницах так часто и делают. Увеличивают дозу морфия, пока она не становится смертельной…

Резкий телефонный звонок прервал его размышления.

- Джон Райт слушает!
- Джон, дружище, у нас получилось! – это был Джеймс Грин, бывший одноклассник Джона и Бена. Ученый-микробиолог из Принстона.
- Что получилось? – не понял Джон.
- Эликсир! Понимаешь, мы  получили формулу бессмертия!
- Не мели ерунду, Джеймс.
- Честное слово! Подопытные животные излечиваются от всех болезней! Представляешь?
- Ерунда какая-то…
Следующие полчаса Джеймс рассказывал другу о работе секретной лаборатории, начальником которой он был. Джеймса все считали немного странным, у него даже кличка в школе была - «Шиз». А вот надо же, сделал эпохальное открытие…

- Джон, нужна твоя помощь…
- Какая помощь?
- Нам нужны срочно клинические испытания на людях.
- Ты с ума сошел! У тебя первые результаты, еще не проверены побочные действия препарата, а ты уже – на людях! Да меня посадят за это!
- Джон! Хотя бы одного пациента! Самого тяжелого! И можешь покупать акции нашей компании. Намек понял?
- Дело не в акциях…
- А в чем?
- В законе, Джеймс, исключительно в законе!
- Блин, да возьми ты самого последнего доходягу, которому осталась неделя на этой бренной земле, и мы его воскресим! А помрет, ну так с тебя и взятки гладки… Мол, все равно он был уже не жилец… Да никто и не узнает, Джон! Это все равно, как убить кролика!
- Но, как это можно сделать не заметно?
- Да очень просто! Я сейчас приезжаю к тебе с ампулой эликсира, мы сразу едем в клинику… Тебя ведь пропустят?
- Ну, да, в общем-то…
- Ну вот. Ты мне дашь только пройти в палату «кролика» и все!..
Убить кролика…

Внезапная мысль поразила Джона.

И он принял решение.

- Хорошо, Джеймс, я тебя жду.
Вся операция прошла совершенно незаметно.

Рэббит даже не проснулся.

А еще через неделю его выписали из больницы живого и здорового.

К тому времени Джон Райт продал все свое имущество, и на все деньги купил акции компании «Дженерал Медикс», которой принадлежала лаборатория Джеймса Грина. Самое смешное, что когда Джеймс делал инъекцию Бену, он его даже не узнал. Еще бы! Они не виделись больше двадцати лет…

Джон Райт, давая интервью журналистам, на вопрос, что его подтолкнуло на опасный эксперимент, сказал:

- Я решил, что если есть возможность спасти жизнь человека, то надо это сделать. А все остальное - не важно. Конечно, я смог неплохо заработать на акциях компании «Дженерал Мадикс». Они подскочили в несколько раз после опубликования результатов экспериментов. Но это произошло бы в любом случае. Даже если бы я не решился на этот шаг. Проговорившись  о своих опытах, Джеймс дал мне в руки универсальные козыри. В любом случае, они бы сработали.

- А, правда, что Бенжамин Рэббит был вашим заклятым врагом? – спросил один из журналистов.
- Да. Это так.
- Зачем же вы его вылечили?
- Я вспомнил клятву Гиппократа... К тому же, не всегда нужно отвечать злом на зло. Бен своими страданиями и так искупил вину передо мной. В конце концов, мне стало его, просто, жаль. Я уже не хотел его смерти.
- А если бы он, все-таки, умер?
- Он все равно был обречен. А так появился шанс. Уж лучше испытывать препарат на таких больных. В любом случае, это лучше, чем убивать кроликов.
 

2.10.2006