Воспоминаниями по венам... Часть 5

Сколько раз ты говорил мне: Давай приеду, возьму отпуск, хоть на недельку, но мы будем вдвоём". И столько же раз я говорила тебе: "Нет, не вздумай, не приезжай!".  Только Богу известно, как тяжело давались мне эти слова... Но я буду снова и снова произносить их...

Родной, ты же знаешь - ради того, что бы быть с тобой, я готова на многое, практически - на всё. Но именно БЫТЬ! Навсегда, без дамоклова меча над головой.

Хороши бы были наши встречи, если бы ты все-таки нарушил обещание и приехал. Вырываться из-под бдительного "контроля" на 2-3 часа, что-то врать, нестись к тебе, а потом возвращаться и, как ни в чем не бывало, делать "покер-фейс", когда эмоции от слишком короткой встречи, от невозможности спокойно поговорить с тобой, от невозможности просто побыть с тобой рядом хоть чуточку дольше, будут просто рваться наружу... Зачем все это?

Наверно, я максималистка, но я не могу и не хочу, чтобы наше счастье зависело от возможности или невозможности вырваться на эти жалкие часы. Я даже не говорю о днях, милый! Это будут часы, всего лишь часы вдвоём, а остальное время - еще больше обострившееся одиночество. И это, в первую очередь, касается тебя! Ведь это ты будешь один метаться в четырех стенах гостиничного номера! Ведь это ты будешь в одиночестве бродить по незнакомому и, будем честными, нахрен тебе не нужному городу. Ведь это ты будешь проводить бессонные одинокие ночи, в то время, как я буду корчится от болезненного желания оказаться там, с тобой... Ты же понимаешь, как страшно осознавать, что любимый человек вот тут, совсем не далеко, а ты не можешь быть с ним. Это еще больнее, чем когда нас разделяют тысячи километров...

А потом будет мучительная агония от расставания... Прости, родной, но я не готова пережить это снова. И тебе этого не желаю. Я знаю, как тяжело тебе дались первые месяцы после моего отъезда, знаю как жестко ты пил тогда, в первые пару недель, - ты, редко пьющий в обычной жизни. Поэтому, только поэтому, а не потому, что я не хочу тебя видеть, я буду снова и снова говорить тебе: "Нет, не приезжай...".

***

Знаешь, родной, за последний год я стала почти седая. Так странно видеть еще молодое лицо и белоснежные отросшие корни на черном полотне волос... Сначала думала плюнуть на все и оставить так, пусть отрастают. Потом передумала, не хочу тебя пугать. Ты, конечно, тоже не становишься моложе - и морщинки у глаз теперь уже не только когда улыбаешься, и первая седина уже проглядывает, но все же по тебе это не так заметно... Боюсь, что на твоём фоне буду выглядеть совсем старухой, хотя ведь это ты старше меня, хоть и на год всего, но все же... Мне хочется остаться для тебя прежней, такой, какой ты меня помнишь. Теперь это требует серьезных усилий. Но они того стоят.

Вообще, всё, что я делаю - делаю ради тебя. У меня даже появилась такая стимулирующая привычка - если нужно делать что-то тяжёлое, неприятное, то, что делать категорически не хочется, я говорю себе "сделай это ради ***, чтобы он мог тобой гордиться" - и делаю.

***

Солнышко моё, родной, любимый мой! Никак не могу понять - зачем я тебе нужна? Как ты, - такой сильный, надёжный, добрый, спокойный, уравновешенный, деликатный, - мог полюбить меня? С моим бешенным норовом, ослиным упрямством, сволочным характером, ехидством? Неужели настолько противоположности притягиваются? Зачем тебе нужны все мои проблемы, весь мой багаж из обязательств и ответственности перед другим человеком, моё неопределенное и туманное будущее, отсутствие хоть каких то гарантий, что смогу вернуться? Как ты всё это терпишь? Ладно, я, у меня нет иного выхода, кроме как надеяться, ждать...

А ты? Я не встречала более благородного человека, готового принять женщину со всем этим грузом, готового ждать столько лет, хотя вокруг так много молоденьких, хорошеньких, беспроблемных девчонок. Ведь ты такой интересный, привлекательный мужчина, мог бы пользоваться этим на полную катушку. Но нет. Не пользуешься.

Родной, за что с нами так? Жизнь наказывает меня, а страдаешь и ты. Ты, достойный только самого лучшего и светлого. Почему судьба позволила встретиться так поздно, когда уже ничего нельзя исправить и переписать заново. Если бы хоть лет на пять раньше... Всё могло бы быть по-другому.

***
Так странно... С тобой сразу всё было иначе, по-другому, не так, как я привыкла... Ты разрушил практически все базовые принципы, все основы моего существования.

Я всегда была, как бы так выразится... очень не тактильной. Я люто ненавидела, когда меня трогают, ненавидела любые прикосновения, объятия, ненавидела, когда подходят близко, когда дышат на меня. В идеале, нужно было жить под стеклянным колпаком, из которого еще и иголки дикобраза торчат, желательно ядовитые. И это относилось абсолютно ко всем, без малейших исключений. Так было всегда, ибо в детстве любое приближение "родственничков" всегда предшествовало удару, оплеухе, вырванным волосам или, в лучшем случае, истеричным воплям и проклятиям.

С возрастом, когда опасность уже миновала, привычка избегать любой тактильности осталась. А к ней еще добавилась и какая-то брезгливость - ну не могла я выносить присутствия других людей ближе, чем на метр от себя. А уж про поцелуи и говорить нечего... просто омерзение от одного зрелища и уж точно никогда не хотела испытать подобного на себе. Я даже называла это не иначе как "обмен слюнями и микробами". Естественно, потом пришлось как-то брать себя в руки, нельзя же всю жизнь быть такой дикой. Но, реально, даже уже выйдя замуж, я старательно избегала всех этих "нежностей", объятий, поцелуев, просто терпела, стиснув зубы. И вдруг появился ты.

Когда в первый же вечер ты взял меня за руку, я с удивлением поняла, что не хочу её отнимать. Когда ты поцеловал меня в висок у отеля - мне не захотелось моментально вытереть это место, а тебе дать такую отповедь, чтоб даже и не думал приближаться. Буквально с первого дня ты как-то умудрился сломать все мои стереотипы. Не скрою, что к нашей второй встрече я уже была готова позволить тебе несколько больше. И когда ты, надевая на меня свою ветровку, задержал руки на моих плечах чуть дольше необходимого, я не возражала. Более того, мне вдруг остро захотелось, чтобы ты обнял меня сзади и прижал к себе. Это было поистине революционное желание, так как на любые обнимашки у меня всегда было жёсткое табу. Но ты, будучи очень деликатным, видимо тоже опасался форсировать события и пока аккуратно "прощупывал" границы дозволенного. Это в первый вечер у тебя был внезапный порыв, а потом ты взял себя в руки и стал контролировать свои желания. У меня даже не возникало инстинктивного желания отшатнуться, когда ты наклонялся ко мне и твоё лицо оказывалось близко-близко, когда я ощущала твоё дыхание на своих губах. Напротив, вдруг захотелось прильнуть к ним, что бы почувствовать каковы они на вкус. И, скажу честно, я не стала отказывать себе в этом желании. Когда ты проводил меня до отеля, я просто положила руки тебе на плечи и поцеловала на прощание. Если в первый вечер в ступоре была я, то на второй - ты.  У тебя был такой неверящий взгляд, как будто тебе что-то померещилось. Потом ты как-то судорожно вздохнул, прижал меня к себе и поцеловал уже настоящим, долгим поцелуем, таким сладким, что мы не могли оторваться друг от друга, пока не перехватило дыхание.

Вот так в тот вечер "последний бастион рухнул и пали все мои оковы"...

***

Тогда, вернувшись из Сеула, я думала - надо учиться жить заново, учиться жить без тебя. Вроде бы какие-то несколько недель - а всё перевернулось, и не могла я уже продолжать жить как раньше. Пришлось заново собирать себя по кусочкам как какой-то рассыпавшийся пазл, только уже не совпадали многие части и до сих пор зияют дыры там, где должны быть душа и сердце... 

Умом я всё отлично понимала, понимала, что невозможно было бесконечно оставаться там, с тобой, считая весь Сеул необитаемым островом, где нет никого, кроме нас, и мечтая, что наша сказка будет вечной. Увы, так не бывает... И пришлось нам обоим как-то приноравливаться к новой реальности, к реальности друг без друга. 

В какой-то момент я находила утешение в мысли, что на самом деле разлука не отдаляет людей друг от друга. Она лишь показывает их истинное отношение друг к другу, отношение без иллюзий, подкрепляемых близостью, пьянящими эмоциями. Долго я так утешалась и утешала тебя, мой родной. Но ты даже и не сомневался в этом, ты на редкость цельная натура и всё знаешь про себя. И, как оказалось, про меня тоже. Поэтому ты сразу сказал - выдержим. И ты был прав. Столько времени прошло, а мы не забыли друг друга. Продолжаем любить друг друга. Жаждать встречи и жить её ожиданием.

И даже, если в этой жизни судьба не даст нам последнего шанса - всё равно, наша любовь никуда не денется. Она ведь последняя и другой уже не будет.

***

Вот что меня в тебе восхищает, так это твоё упорство. Видимо, это чисто азиатская черта. В наших мужчинах подобного не замечала. Шесть лет прошло с нашего расставания, а ты продолжаешь заниматься русским языком. Мало того, что тебе его вполне неплохо вдолбили в универе, пусть и на базовом уровне, но мы же как-то общались и продолжаем общаться вполне понимая друг друга. Плюс - со мной ты сколько практиковался. Один только курс по всяким жаргонным словечкам и фразам чего стоил. Навеселились мы тогда от души. Ты и сейчас их не забыл, только путаешь иногда. Но это и понятно, эти слова и обороты логике то не поддаются. Ну да, ты прекрасно понимаешь, что я в корейском - полный тупень. Ну не идёт, не смотря на все старания. Даже базу нормально освоить не могу, так что приходится тебе долбить "великий и могучий"...

Так это я к чему. На днях ты меня огорошил вопросом: "Ты не обижаешься, что я зову тебя Лисёнком (ну это потому, что я показалась ему похожей на лисичку, хоть и не рыжая), а не зайкой, котёнком или деткой, как у вас принято?". Я тебя спрашиваю - откуда эта пошлятина? Выяснилось - какой-то наш фильм посмотрел в оригинале, для языковой практики. Название мне ни о чем не сказало, я наших фильмов вообще не смотрю. Видимо, какой-то гибрид мелодряни и детектива. Говорю: "Родной, если ты меня так обзовёшь, всё, забудь мой номер и адрес. Это же пошлятина невероятная". Пришлось потом ещё и объяснять - почему. Ну согласитесь, ведь все эти зайки-киски - это нечто тупое, обезличенное, когда человек не даёт себе труда хоть как-то присмотреться, как-то вникнуть что ли в другого человека, а скачет как по конвейеру из этих "животных". Для меня это было бы оскорблением. Сразу возникает ощущение, что ты одна из очереди баб, претендующих на сокровище в штанах. Может и грубо, но для меня это так. А еще, возникает подозрение, что всеми эти зайками-детками нарекают бабёнок, которых считают дурочками слабоумными. В общем, разошлась не на шутку, целую лекцию прочитала. Ты послушал и сказал: "А Лисёнок - не пошлятина? То же ведь животное." Ну всё, тут я просто рухнула. "Нет, - говорю, - это же твоё индивидуальное восприятие именно меня, а не целого бабского коллектива. Это твоя личная ассоциация. Для меня это почти - имя собственное, благодаря тебе. Так что называй, мне нравится". Так и остался ты размышлять самостоятельно о моих загонах в этой зоофилософии.

***

Вообще, тема обращений друг другу оказалась интересной. Я никогда не задумывалась, почему практически сразу, даже мысленно, стала называть тебя "родной". Ну да, действительно родной - родной человек, родная душа. Это вроде бы так очевидно. Слово это пришло само собой и так органично связалось с тобой, что по другому я уже и не смогу. Родной, любимый - это же слова от сердца, от души, и очень направленные. Только ты и никто другой. Мне кажется, если человек "один из...", то попробуй, назови его родным. Да это слово поперёк глотки встанет, вывернет просто от противоестественности и несовместимости, выговорить не сможешь. А если любишь всем сердцем, то "родной" - это в самый раз.

***

Мы оба любим чёрно-белые фотографии, сделанные на плёнку. Такие винтажные, тёплые. Они по-настоящему живые. В них нет визуального шума и ничто не отвлекает от самого человека, от его лица, глаз. В них какая-то особенная трепетность. Только они отчётливо передают малейшие движения души человека. В них какая-то волшебная игра света-тени отражает настроение человека, запечатлённого на фото. Наверное, поэтому ни у тебя в доме, ни у меня - практически нет цветных фото. Мы наслаждаемся эстетикой чёрно-белого.

Все эти современные фотографии, сделанные на камеру смартфона (не зря же их даже именуют просто и коротко - фотки) - это репортаж, простая констатация факта - был там-то, видел то-то. И всё. Они простые и плоские как фантик от конфеты.
И только чёрно-белые фото дают по-настоящему рассмотреть родное лицо, почувствовать его состояние, настроение, дыхание, заглянуть в душу и сердце...

***

Я всегда с улыбкой читаю твои ежедневные сообщения, а в те дни, когда мы созваниваемся, я чувствую себя счастливой и засыпаю счастливой. Наверно, мы с тобой действительно сумасшедшие, но это безумие приносит радость.

Ждать друг друга очень тяжело, но оно того стоит. Только твой голос, твоя забота, внимание, твоя любовь ведут меня через все сомнения, через неуверенность, через тоску и боль. Это маяк, который притягивает меня и освещает мой путь в кромешной темноте.

Когда я впадаю в депрессию и не остаётся сил даже на самые простые действия, когда даже простой вдох даётся с трудом - только ты даёшь мне силы. Только ты терпеливо и заботливо вытягиваешь меня из этого болота. Только ты угадываешь моё состояние даже на расстоянии и спешишь подбодрить и утешить в самые чёрные дни.
Только ты вселяешь в меня уверенность, что где-то там, за горизонтом, меня ждет наше будущее, будущее, наполненное тобой, наполненное счастьем, теплом и светом.
Пусть прошло уже более шести лет, пусть тысячи километров разделяют нас, но моё сердце всегда будет с тобой. Ты ждёшь меня, ты готов ждать столько, сколько потребуется. И если бы от меня зависело ускорить нашу встречу, то я уже давно была бы в Сеуле. Бог мне свидетель, пешком бы пошла, если бы вдруг перестали летать самолёты. Потому что ты — моя любовь, моя надежда, моя вера. И я знаю, что наша встреча будет самой прекрасной наградой за все наши страдания.

Я помню о тебе каждую секунду, днём и ночью - ты всегда со мной. И только это даёт мне силы жить дальше. Может быть, это полное безумие — любить так сильно, любить вопреки всему. Но разве есть что-то более прекрасное, чем вера в то, что двое сумасшедших когда-нибудь будут вместе?

***

Ты иногда спрашиваешь: "Как там твои детишки?", подразумевая моих студентов и аспирантов. Это я их всегда так называю, вот и к тебе это словечко приклеилось. Детишки, правда, здоровенные детины, иногда не на много младше, а то и старше меня. Я же технарь, так что привыкла иметь дело исключительно с мужским контингентом. А тебя это напрягает, говоришь, что иногда даже ревнуешь, типа, "они молодые, горячие парни, наверняка кто-то влюблён в тебя". Ох, родной, я же смотрю на них, как на детский сад. Правда! Ну ходят хвостом, ну заглядывают в глазки - так ведь это только пока я им нужна, пока от меня зависит их успешная сдача экзаменов, защиты дипломов и диссертаций. А потом - поминай как звали. Так что, зря ревнуешь, милый. Я то ведь тоже могу припомнить всех твоих офисных вертихвосток, которые с придыханием смотрят на такого красивого и талантливого оппа или, для кого-то, аджосси.  Может и мне пора начинать ревновать? А если серьёзно, то какая там ревность... Ты же знаешь, что в моей жизни все мужчины - чистая абстракция. Только ты - и в памяти, и в мыслях, и в сердце.

***

Мой родной, мой единственный любимый человек. Я не знаю, сколько нам отмерено судьбой жить на этом свете, я не знаю, сможем ли мы стать счастливыми вместе. Ничего не знаю и боюсь пытаться что-то предугадать...

Мне кажется, что я умру раньше тебя. Я этого не боюсь, правда. Я только очень боюсь, что это случится внезапно и я не успею хоть как-то предупредить тебя, что бы ты больше не ждал , не ждал меня, не ждал моих звонков, писем. Что бы ты не подумал, что я просто бросила тебя и потому исчезла. Хотя, уверена, ты это почувствуешь, как всегда чувствуешь меня. Боюсь не успеть попрощаться с тобой, боюсь не увидеть тебя, не обнять хотя бы на секунду. Боюсь, что ты так и будешь ждать и даже не попытаешься как-то наладить свою жизнь. Боюсь, что тоска и депрессия причинят тебе вред. Боюсь, что ты останешься один. Боюсь, что покинув этот мир, забуду тебя - ведь кто знает, как там у них всё устроено...

Очень хочу, если вдруг это случится, оказаться рядом с тобой, незримо помогать тебе и оберегать тебя от всех бед и, может быть, ты ощутишь моё присутствие и тебе станет легче. Мечтаю остаться в твоей памяти тёплым, ласковым воспоминанием.
Я очень хочу, что бы ты прожил ещё долгую и счастливую жизнь. Кто, как не ты, заслуживает быть счастливым...

Прости, родной, видимо это депрессия и сезонное обострение старых травм. Две недели на жестком обезболе, но легче не становится, всё равно каждый перелом и трещина как свежие болят. Двигаться, сидеть, стоять, лежать - ничего невозможно без этой выматывающей боли. И с каждым годом всё это усиливается. Скоро совсем рассыплюсь... Вот дурные мысли и дурные фантазии в голову лезут...

Ладно, поныла и хватит.

Кстати, есть теория, что физическая боль заглушает душевную. Проверяю это на себе ежедневно и точно могу сказать - ни фига, это так не работает.

Я всё понимаю и скорее язык себе откушу, чем скажу тебе всё это. Не хочу тревожить тебя своими глупостями, не хочу, что бы стал ещё больше беспокоится обо мне.

***
(продолжение следует)