течение жизни. про бесподобность

течение жизни. про бесподобность



Мы шли в розарий. Она сказала: «Розы — это единственные цветы, которые не просят прощения за свою красоту». Я не согласилась, но поймала себя на мысли, что бесподобность — это именно то же самое. Ты не извиняешься за то, что есть. Ты просто цветёшь, даже если никто не смотрит. Даже если смотрят — и осуждают. Даже если смотрят — и обрывают. Даже если смотрят — и… и как-то ещё реагируют.


У входа остановились. Она смотрела на клумбу, я смотрела на неё. И вдруг поняла: бесподобность — это когда ты не входишь внутрь, а уже внутри. Как будто пространство сворачивается вокруг тебя, как лепесток вокруг капли росы или муравья. Мы не вошли в розарий. Мы стали им на мгновение.


— А если розы — это просто мысли, которые научились пахнуть?
— Тогда бесподобность — это мысль, которая даже не пытается стать цветком. Она просто витает.


Мы ходили вокруг клумбы, и каждая роза была разной. Но ни одна не спрашивала, лучше ли она соседки. И я подумала: вот оно. Бесподобность не знает конкуренции.


Она наклонилась к одной розе — к её почти чёрной, бархатной ночи. Свет падал на неё и… и не возвращался.  И прошептала: «Ты — моё состояние». Я не знала, к кому это — к цветку, ко мне, к себе. Но в тот миг я поняла: бесподобность — это когда ты перестаёшь различать. Кто говорит. Кто молчит. Кто дышит. Всё — одно. И это — не слияние. Это — исчезновение границ.


Мы сели на скамейку. Вокруг розы. Она спросила: «А если бесподобность — это просто навык? Можно ли ему научиться?» Я ответила: «Можно забыть всё, чему учили. И тогда останется только это». Как тот запах, который не объяснить, но узнаёшь с закрытыми глазами.


Она засмеялась. Я запомнила этот звук. Потому что в нём не было ничего особенного. Но он был бесподобным.


— Знаешь, чего мне не хватает в розах?
— Чего?
— Чтобы они шевелились. Как облака. Как колоски на ветру. Как мы, когда думаем, что нас никто не видит.
Мы замолчали. И в этом молчании розы действительно чуть качнулись. Ветра не было. Это просто бесподобность решила пофлиртовать с нами.


Она вдруг сказала: «Я боюсь, что это ощущение исчезнет, как только мы выйдем отсюда». А я ответила: «Значит, мы не будем выходить».
— Ха-ха-ха, — сказали мы.


Мы остались в розарии на ещё какое-то время. Потом ещё... Когда пошёл дождик, розы запахли сильнее. И я поняла: бесподобность — это не момент. Это способ оставаться в моменте, даже когда момент уже кончился.


На выходе она обернулась:
— Мы так и не обсудили главное.
— А главное не обсуждают. Главное — проживают.


Она кивнула. И улыбнулась так, как будто внутри неё тоже распустилась роза — та, которой не нужно имя.


А потом мы вышли. Розарий остался позади. Но он остался и внутри